И никто им ничего не сказал, все только кивали и старались погладить по головке.
А уж приемная мама… Нет, плакать она не плакала, но обняла так, что самой захотелось плакать. Ласково так обняла, крылья теплые.
– Сандри, деточка! Ой, похудела-то! Иди сюда скорей. Рэ, ты ее покормил? Детка, кушать будешь? Нет? Ну а хоть фрукты? Ну отдохни. Нет-нет, иди сюда. Вот твоя… как это… комната! Мы постарались сделать похоже. Все как ты рассказывала!
Я просто онемела, когда вошла в мою «комнату».
Вообще-то отдельных комнат в общине не водилось. Если дракон ребенок, то за ним нужен присмотр, и укромные уголочки ему не положены. Разве что иногда, в некоторых случаях. Я спросила, в каких, но мне пообещали потом объяснить.
А когда он взрослым становится, то занимает отдельную пещерку, а если таких нет, то советуется со Старшими и копает. Чтоб было куда жену привести.
Я, по местным понятиям, ребенок ребенком, так что своя комната мне до-о-олго не светила.
А тут…
Представляете, они отгородили мне в пещерке уголок!
Из чего сделали стенку, я не посмотрела – слишком обалдела.
А вы б не обалдели?
На полу лежал ковер! Драконы, чтоб вы знали, коврами вообще не пользуются, не принято! А тут – настоящий палас! Почти настоящий – немножко неровный, и расцветка диковатая, но… где они его взяли?! А возле стенки этот ковер лежал в четыре-пять слоев.
– Постель! – гордо сказала Риэрре. – Похоже? Вот даже подушка! Мы того мага попросили, что тебя лечил, чтоб помог. Похоже ведь?
– Ага, – в ступоре покивала я головой. – А это что?
– Комнатные цветы!
Я закашлялась. Ну да, ну да… цветы. Вид у них интересный. Вы видали когда-нибудь цветочки, которые комаров отлавливают? Да так шустро. Активные такие цветочки.
– Они огнеупорные!
– Цветы?
– И ковер! И постель! – порадовал Дебрэ. – И картина на стене. Нравится?
– Очень.
– Только этот… как его… телевизор мы не нашли. Что-то про него никто не знает.
Я не выдержала и сунула голову под крыло. Не знаю, что мне больше хотелось, смеяться или реветь. Они так старались меня порадовать!
Приемные папа с мамой всполошились:
– Сандри, что ты? Ну-ка, ложись на постель. Отдыхай.
– Но я вся в этом белом… в белой глине.
– Ничего-ничего. Скоро девушки пойдут купаться, и Дебрэ тебя проводит на Девичье озеро. Отдыхай пока. Рэ?
– Провожу. Да, и вот это… Сандри, вот этот фрукт я оставлю у твоей постели. Верхушку я уже скусил, так что пей спокойно. Отдыхай.
– Вот знакомьтесь, это Александра. Та самая, – представил меня разноцветной стае приемный папа. – А это… – И он высыпал мне на голову штук десять имен, причем все с р-р… Попробуй запомни!
И ушел!
Драконьи девицы дружно уставились на меня:
– Так это и есть Александра?
– Оборотень? Не похоже что-то.
– А белесая какая.
Так и знала. Вот всегда с новой компанией девчонок такой геморрой. Ка-а-ак осмотрят (так и видишь, как в глазках цифирки скачут: и во сколько мой прикид папе обошелся, и сколько стоит моя сумка ручной работы, и на сколько браслет от Картье потянет, и где мне такой цвет волос сделали, да подтяжки – что все натуральное, не верят!), да как начнут спрашивать и спагетти на уши навешивать.
И че, у драконов то же самое? Сейчас будут сравнивать, у кого хвост длинней, чешуя красивей и кавалеров больше?
Тьфу.
Мне сразу расхотелось купаться. В смысле мне так и так не хотелось, я уже накупалась за эти пять дней до обалдения, но приемный папа говорил, что здесь, в Девичьем озере, есть особенные каррерсы, от которых чешуя начинает сиять, а у меня шкурка вся в этой целебной глине. И в паутине… и в мхе, и девчонки помогут отмыться, а заодно я и познакомлюсь. Вот, знакомимся.
Но девицы хвосты сравнивать не стали. Они придвинулись поближе:
– Та, у которой сразу два патрона?
– Та, что подралась с двумя дикарями?
– Та, что спасла мою сестрицу? – уточнила хорошенькая бронзовая драконша с блестящими золотом крыльями.
Ну…
– Спасла эту надоеду, что постоянно везде сует свой нос и мне весь хвост оттоптала? – прошипела красотуля.
Она еще и недовольна?
– Это ты напугала мочалки, что они теперь под воду сразу ныряют, если голос повысишь? – как-то по-змеиному наклонила шею красненькая.
– Р-р-р… – прорычала еще одна.
Я попятилась.
А эти… эти нахалки вдруг захихикали!
– Девчонки, хватит шуточек! – распушила гребень серебряная драконша. – Сандри, мы страшно рады с тобой познакомиться!
– Ага. Нам младшие про тебя все уши прожужжали.
– Мы чуть сами в ту пещеру не влезли, так хотелось на тебя посмотреть!
– Вылечили тебе крыло наконец?
– На свадьбу мою прилетишь?
– А ты правда из другого мира? У вас там много драконов?
А-а… это типа розыгрыш был?
Пока соображала, что к чему, девицы наконец рассмотрели мою чешую и уволокли в свое озеро – отчищаться.
Оказывается, у драконьей красоты есть свои секреты. И дело не только в блеске чешуи. Оказывается, тут дело еще и в стройности шейки, и какой у девушки гребень – гладкий или нет, и какой цвет, и хохолок над ушками тоже важную роль играет.
И глаза, конечно.
А еще татушки. Девчонки об мою глаза протерли, завидовали. Правда, с цветом одной завитушки что-то было не так, но все равно красиво и почетно. Они-то у людей могут нужное только за чешуйки купить, а я – заработать.
Стоп-стоп. Я заинтересовалась:
– Как это – за чешуйки?
Оказывается, если дракончик уже не ребеночек, то он получает право работать на благо племени. И общаться с людьми. Например торговать. Правда, торговать разрешается только чешуйками, ну и иногда дыханием. Раньше разрешали еще кровь продавать или зубки сменившиеся, но Златые Мантии приладились из этого делать оружие на других драконов, вот и запретили.
А в обмен можно получить от людей что-нибудь нужное. Ну сладости, например, или особый шелк, который не горит даже в драконьем огне. Или книжки (только это очень дорого), или особенные такие поющие камушки.
– Я вот всегда сласти вымениваю, – мечтательно вздохнула серебряная. – Фруктовые конфеты, мм… вкусно. Жалко, что чешуйки редко меняются.
– Как это меняются?
Золотисто-оранжевая драконша, которая осторожненько споласкивала мое крыло, удивленно подняла голову:
– А тебе сколько лет?
– Двадцать, а что?
– Странно, должны были уже смениться. Раз в три года, как положено.
– У оборотней циклы не такие, – прощебетала лазурная.
– Да?
– Наверное. Вернется Беригей, спросим. Не болит шея?
Я осторожненько шевельнулась. Нет, все нормально. Даже, наоборот, хорошо. Эта драконья зацикленность на воде мне нравится. Люблю всякие бассейны, моря и даже лечебное Белое озеро с его «невкусным» мхом.
А здесь, на Девчачьем, вообще здорово. Водичка – сказка, у меня в жизни не было такого кайфового бассейна, вокруг суперский декор из той самой живой природы, и девчонки что надо. Да если б и болело, я б, наверное, не сказала, чтоб настрой не портить.
– Нет. Так что там с людьми?
Интересно ж, когда мне все-таки можно будет вернуться?
– С людьми – трудно, – вздохнула Мирра. – Поэтому из племени отпускают не всех – только кто совсем взрослый или кому племя доверяет, тот может с людьми работать. Чтоб не было «межрасовых кон-фли-к-тов». А ты что делала?
– Где?
– Ну тут на метке сказано, что ты уже работала. Лечила, да? И еще что-то важное, для ковена. Как это было?
Я вздохнула. И стала рассказывать.
Про поселок и эпидемию. Про атаку на разбойников, про штурм замка и зловредного мага… и про Рика.
В общем, этот день мы просидели в озере. Даже поели, не вылезая из воды. Слушайте, я так никогда не ела – чтоб я в воде, а моя голова на длинной шее над берегом и уминает копченую рыбку.
К вечеру у меня было одиннадцать подруг, куча интересной инфы про здешнюю жизнь, приглашение на свадьбу и одна очень интересная мысль. И на одну чешуйку меньше. Даже на две.
Что? Вот и вовсе не то, что вы подумали.
С чего бы мне с девочками драться?
Какие парни, что вы в самом деле!
Подарочек на свадьбу надо? Надо. Не идти ж с пустыми… э… лапами. Так что мы с девчонками сговорились вскладчину купить у людей кое-что интересненькое для новобрачных.
Завтра слетаем.
Заодно я, может, узнаю новости.
Завтра.
А на этот вечер в общине намечались посиделки. Или правильно «полежалки»? Нет, постоялки… В общем, как хотите, так и зовите.
Ой, что там было-о…
ГЛАВА 20
А умеют веселиться дракоши! Причем без градусов, без травки и без колесиков. И все б хорошо… но что-то от меня скрывают. И что с шаманом, почему Рик мне снится?
Озеро вечером стало еще красивей: во-первых, луна, во-вторых, здесь, как на карнавале, по воде плавали разноцветные светящиеся шарики. Нет, не как на карнавале, еще лучше. Почему? Потому что они были живые. То в узорчик совьются, то нырнут все вместе, то поплывут парочками. Красота. Я б только на них полночи любоваться могла.
На берегу горел костерчик, тоже разноцветным пламенем – половинка красная, половинка зеленоватая, и все обвито такой прядкой голубого пламени, как ленточкой. Я дома никогда такого спецэффекта не видела. Вокруг лежаки расставлены. Для обряда, как сказала Миррита, золотистая драконша.
Удобненько. Что? Почему я не спросила, для какого обряда? Я спросила.
Это… ну как последний вечер перед свадьбой. У нас бы назвали девичник. Или мальчишник. Только у нас мальчики и девочки собираются по разным местам, а тут вместе. Мирят жениха с невестой. Нет, они не ссорятся, просто такой порядок.
Ну так у них положено перед свадьбой – жениха и невесту надо свести вместе и чтоб они друг другу все высказали. И простили, если есть что прощать. Помирятся – значит, поженятся. Гарри рассказал. Что? Ну да, тут был Гарри. Все мальчики-дракончики были. И те, что замок штурмовали, и незнакомые. Я опять жутко жалела, что мобилки нету или камеры – все эти драконы, да на желтом песочке, да на фоне блестящей воды и цветных шариков – такое я в жизни не фоткала! Эх…