— Не говоря уже о том, что мы слепы, у меня сильнейший откат, и мы не дошли хотя бы до кустов, где могли бы пересидеть, — хохотнул я. Вокруг было тихо. В такие моменты слух обостряется до предела, а звуки, издаваемые подвыпившими гостями, раздавались где-то вдалеке.
— Давай хоть до кустов доползём, — решительно проговорила Ванда. — Мне, если честно, не хочется валяться на полянке у всех на виду с краденым артефактом на пальце, битком забитом другими крадеными артефактами, — еле слышно прошептала она и схватила меня за плечи, чтобы помочь встать.
Я мысленно согласился с ней и позволил себя увести, еле перебирая ногами. Чувство давления в переполненном источнике нарастало, но не так интенсивно, как должно было быть. Но я старался не заострять на этом моменте внимание, говоря самому себе, что разберусь в этом феномене позже.
Наверное, со стороны казалось, что я, как и многие другие, слегка перебрал, и теперь услужливая официантка помогает важному гостю добраться до его комнаты. В принципе, это не было далеко от истины. Переизбыток энергии смерти, который не мог найти выход из источника, можно было принять за сильное опьянение. Да, ощущения были похожими. Я хоть и напивался только один раз в жизни, но этого хватило, чтобы больше не рисковать повторять.
Кусты роз, заботливо высаженные реальным садовником Моро, встретили нас неожиданно. Ветки больно хлестанули меня по лицу, оставляя, судя по ощущениям, глубокие царапины. Судя по ругани и шипению, Ванде тоже прилично досталось, но она упорно тянула меня за собой, не обращая внимания на колючки, которые больно впивались во все доступные места.
— Всё, хватит. Я никуда больше не пойду, пока зрение хоть немного не восстановится, — Ванда отпустила мою руку.
— Я вообще не понимаю, зачем мы ломились через кусты столько времени, но ты так упорно тащилась вперёд, что я даже не подумал тебя останавливать. Ты в такие моменты становишься агрессивной и непредсказуемой, — я тихо засмеялся, в голове шумело, и если я не найду способа выплеснуть хоть немного энергии, то запущу фейерверк. И пусть потом гадают, с чего это Моро так расщедрился, да ещё и тёмный артефакт использовал. Включая, кстати, самого Моро. Но с этим кабаном некастрированным у меня ещё предстоит серьёзный разговор.
— Я даже представить боюсь, что утром подумает садовник, — хмыкнула Ванда и замолчала.
— Что какие-то слоны испортили его творение, это, если садовник культурным окажется, — тихо проговорил я, и на этот раз мы вместе с Вандой рассмеялись.
— Чёрт, у меня блузка порвалась, — прошептала Вишневецкая, когда отсмеялась.
— Тебе всё равно нужно будет уходить в комнату и никуда до отлета не высовываться, — ответил я, начиная часто моргать.
Зрение постепенно возвращалось в норму, по крайней мере, нечёткие очертания окружающих нас предметов уже можно было вполне различить. Я поднялся на ноги, дрожащими руками раздвигая кусты. Как оказалось, до самого дома мы не дошли метров двести, а от дорожки, рядом с которой совсем недавно сновали журналисты, ожидая богатых и знаменитых, нас отделял всего лишь этот один куст, из-за которого я сейчас выглядывал.
— Красавец, — протянула Ванда, подходя ко мне ближе.
— Я так понимаю, что выгляжу сейчас так же, как и ты, — и криво усмехнулся, разглядывая подругу. Её блузка действительно была порвана в нескольких стратегически важных местах, верхние пуговицы отлетели, открывая довольно волнующую картину практически обнажённого тела. Лицо бледное, зрачки расширены до максимального размера.
— Ну, за исключением того, что ты мужчина, а так да, скорее всего, ты выглядишь как мечта любого полицейского из наркоотдела, — заметила она. — Какие планы? Мне сейчас в таком виде действительно не следует никому на глаза попадаться. Да и тебе тоже. Сомневаюсь, что внутри нет журналистов, ищущих сенсацию. Раз они даже на сходку к Муратову умудрились просочиться в своё время, что уж говорить об этом поместье с напрочь проданной охраной.
— Иди в сторону служебного выхода и оттуда к себе в комнату, — немного подумав, проговорил я. — Ну а я как-нибудь незаметно проникну к себе. Стена не гладкая, так что залезть по ней проблем особо не составит. Тем более что моя комната как раз находится на неосвещенном периметре, я это заметил ещё в первый вечер пребывания здесь.
— Зрение не до конца восстановилось. Я вижу то, что вдалеке, но размыто, — Ванда потёрла глаза.
— Минут через тридцать должно пройти, — я старался выглядеть бодро. Потому что, если сейчас покажу, насколько мне хреново, она останется со мной, а нам нужно было разделиться. — Сидеть здесь столько времени незамеченными вряд ли получится, дом рядом.
— Хорошо, но если меня поймают с краденым артефактом, я скажу, что это ты мне его подарил. Тебе будет гораздо проще оправдаться, чем обычной официантке, — серьёзно проговорила она.
— Не поймают, всё, иди, — уверенно сказал я и кивнул в сторону дома.
Ванда внимательно на меня посмотрела, убедилась, что со мной всё в порядке, и тихим, довольно неуверенным шагом, направилась к боковому выходу. Как только она отошла подальше, я схватился за живот и упал на колени, тихонько застонав. Просидев так пару минут, стараясь утихомирить взбесившийся источник, я начал очень хорошо понимать Романа в его вечной борьбе с собственным даром.
Постепенно источник пришёл в подобие нормы, и я тяжело поднялся на ноги, понимая, что это далеко не конец, и что следующий приступ мне лучше встретить в своей комнате. Там Эд, он обязательно мне поможет.
Глава 9
Ванда дошла уже до служебного входа, когда дорогу ей перегородил какой-то парень. Она прищурилась, разглядывая не совсем трезвого молодого человека, который, в свою очередь, оценивающе рассматривал её с головы до ног с какой-то мерзкой ухмылкой. Ванда его даже узнала. Это был капитан команды, в которой играл Дима на игре в поло. Кажется, его звали Уилсон.
Она лишь на секунду остановилась, решив просто пройти мимо, но парень схватил её за руку, резко останавливая и разворачивая к себе лицом.
— Эй, девка, стой, я к тебе обращаюсь, — слегка надменно процедил он сквозь зубы.
— Да, что вам угодно? — Ванда, улыбнувшись ему, решила разрешить непростую ситуацию мирным путём, стараясь не привлекать излишнего внимания.
— Ты, похоже, со свидания идёшь, — хохотнул Уилсон.
— Вас это нисколько не касается, — выдохнув, проговорила она, стараясь не идти на конфликт, и едва удержалась от того, чтобы прикрыть разорванную блузку от направленного в разрез взгляда парня.
— О, это меня касается. А что, твой ухажёр оказался невоспитанной свиньёй и даже не предложил проводить тебя до дома после вашего горячего свидания? — проговорил он, рывком притягивая Ванду к себе.
— Пустите меня, — воскликнула девушка и потянулась к волосам, которые были скреплены несколькими заколками в тугой пучок. Ей это совсем не нравилось, но как избавиться от столь навязчивого внимания, она не знала.
— Да не сопротивляйся, тебе понравится, — усмехнулся Уилсон, не обратив на движение Ванды внимания.
— Тихо, не надо, — раздался совсем рядом голос Гаранина, перехватившего её руку, в которой она уже сжимала тонкую спицу, появившись рядом с ними практически бесшумно. — Он слегка перебрал и проспит до утра, не нужно этого делать, — глядя в глаза Ванде, проговорил Рома тихим голосом, не обращая внимания на вскинувшегося Уилсона.
А капитан Диминой команды в это время отпустил девушку и повернулся к Роману, довольно развязно сложив на груди руки.
— О, а вот и ухажёр пришёл, я правильно понимаю? — процедил Уилсон. — Парень, твоё место на кухне. А девушка решила провести эту ночь со мной.
— Рома, — выдохнула она. — Я не…
Гаранин покачал головой и, пристально посмотрев в глаза местному аристократу, махнул рукой. Уилсон закатил глаза и грузно упал на асфальтовую дорожку, не подавая признаков жизни.
— Ты его…
— Я же сказал, что он перебрал и проспит до утра, — холодно проговорил Роман и, взяв Уилсона за ноги, оттащил в ближайшие кусты. — Слишком много смертей сегодня и без этого.
— Родовое? — тихо уточнила Ванда, когда из кустов раздался громкий храп.
— Да, но действует только на обычных людей. Пошли, нечего в таком виде ночью по улице болтаться, — он схватил её за руку и потащил в сторону входа в дом.
— Рома, пусти, — Ванда попыталась вырваться из довольно болезненного захвата.
— Если я обломал тебе свидание, то извини, но одна ты на улице не останешься, — процедил Роман, стараясь максимально держать себя в руках. То, что какой-то пьяный урод вообще притронулся к Ванде, вызвало слишком много негативных эмоций. Он едва удержался, чтобы просто не пристрелить эту пьяную свинью. И сейчас он думал только о том, что случилось бы, если бы он опоздал хотя бы на секунду.
— Рома, ты совсем идиот, какое свидание? — возмутилась Ванда. — Куда мы идём? — уже более спокойно спросила она, когда они зашли в дом и направились к крылу, где располагались комнаты, выделенные приглашённой на эту вечеринку прислуге.
— Туда, где я тебя запру, раз ты не можешь провести вечер без того, чтобы не вляпаться в неприятности. Если просто не можешь сама посидеть, поскучать и поразгадывать какой-нибудь кроссворд в комнате отдыха, — тихо ответил Роман, выходя в прямой коридор из-за угла. Резко остановившись, он толкнул Ванду обратно и приложил палец к её губам, показывая, чтобы она молчала.
— Ну что там? — раздался раздражённый голос Моро, который Ванда сразу же узнала.
— Пусто. Здесь, похоже, вообще никто не появлялся, — а вот этот голос был ей незнаком. Она смотрела в глаза напрягшегося Романа, стараясь не шевелиться. — Похоже, в следующий раз, вам нужно прислугу отбирать более тщательно.
— Этим занимался специальный человек, — прорычал хозяин поместья. Судя по шагам, они отдалялись от них.
— Которым оказался мошенник из всё той же Польши. Его, разумеется, вы не найдёте, он ушёл ещё до того момента, как вы перекрыли выходы. Приятный молодой человек, из высшего эшелона Гильдии. Их любой уважающий себя офицер Службы Безопасности любой страны должен знать в лицо. Какой позор, ты даже этого проверить не смог вовремя, — Ванда уставилась на Романа, узнав пренебрежительный голос Андрея. — Это была последняя комната. Ну что, гений фландрийского сыска, что будете делать дальше?