— Это она тебе так сказала? — Роман мерзко улыбнулся. — Ещё и наплела, поди, что у нас с ней ничего не было? Ты совсем идиот? Мы жили в однокомнатной квартире и спали в одной постели. А работа у меня нервная, и мне было восемнадцать лет. Но, знаешь, я особо не расстроился, когда ты влез между нами. В постели она из себя ничего не представляла, но тебе об этом и так всё известно. Хотя для разрядки вполне хватало…
— Да заткнись ты, — протянул Виктор, едва сдерживая себя.
— Это кто? — к ним подошёл Моро, презрительно оглядывая стоявшего на коленях Гаранина.
— Глава второй Гильдии Российской Республики, — устало проговорил Виктор, потирая переносицу.
— Гаранин? И что ты с ним возишься, он и так не жилец, — выплюнул Моро. — Мне нужен тот, кто ограбил хранилище и запер внутри моего человека! И это самое важное, господин Маркелов.
— А ты у девчонки, которая меня сдала, не хочешь узнать, что она здесь делает? — бесцеремонно влез в разговор Роман, глядя при этом в глаза Моро. — Ну та мошенница, Алина. У неё был пропуск в хранилище, и она как раз собиралась туда идти, когда я видел её в последний раз. Вроде бы с каким-то мужиком, но он мне неизвестен. Только не говори, что ты её отпустил, как только она начала давить на твою одержимость, рассказывая про меня, — и он повернулся к Виктору.
— Что? — тихо переспросил Моро, переводя взгляд на Маркелова. — Как она выглядит?
— Наталья Гришаева, двадцать один год, родилась в России, родители неизвестны. До тринадцати лет жила в детском доме номер тридцать пять в Санкт-Петербурге, откуда сбежала и встретилась с Агнешкой Вишневецкой, которую пыталась обокрасть. Та взяла её под опеку и перевезла в Краснодар, где воспитала по своему образу и подобию. Первое сольное дело у неё было в Брюгге в возрасте семнадцати лет, когда она умудрилась выкрасть изумруд под названием «Око дракона» прямо с выставки. Кажется, Джейсон, он принадлежал в то время вам, — Рома с явной издёвкой поведал краткую биографию мошенницы, которая втравила его во всё это. Теперь она вряд ли сможет уйти от разгневанного Моро. — На приёме находится в виде официантки большого зала под именем Алина.
— Найти каждого официанта из тех, кто ещё остался в этом доме. Из-под земли достать эту девку! — рявкнул хозяин поместья сопровождавшим его охранникам. — Ах да, знаете, вы действительно некомпетентны в своей работе, — он ткнул пальцем в Виктора. — Я буду разбираться, как вас вообще допустили до службы, — с этими словами он развернулся и быстро направился в сторону своего особняка.
— Разбирайтесь, — философски протянул Маркелов. — Только я здесь не ради всего этого балагана, тебе ли не знать, — еле слышно проговорил он и вновь сфокусировался на Романе, доставая телефон. — Что с артефактом? — прямо спросил он у ответившего мужчины.
— Ничего! — рявкнул Клещёв, голос которого Рома сразу же узнал. — Его украли, и теперь его активация вообще не сработает без первичной привязки. Ты нашёл Гаранина?
— Да, — он бросил взгляд на внимательно следящего за разговором Романа. Заставить Клещёва говорить тише и не визжать было выше его сил.
— У тебя полгода. Именно столько времени нужно, чтобы сработала привязка, если у тебя не получится его сломать и сделать послушную куклу. Убивать его на территории другого государства нельзя. А посадить на время следствия можно. Но не мне тебя учить, — рявкнул Клещёв и отключился.
— Серьёзно? — рассмеялся Гаранин довольно искренне. — Они хотели меня убить при помощи «Феникса», и ты им в этом помогал? Ты раскрылся передо мной в новом свете, Витенька. Никогда не видел в тебе тяги к суициду.
— Что ты несёшь? — спросил Маркелов, подняв руку, останавливая двинувшегося к ним с наручниками и браслетами противодействия сотрудника СБ.
— «Феникс», Виктор, убивает всех, кто связан какой-то клятвой. Вместе со мной, например, умерли бы все, кто работает на Гильдию, потому что мы все связаны ритуалом Служения. И знаешь, кто бы ещё умер? Ты. Я знаю, что ты до сих пор не снял метку, потому что до сих пор числишься у меня рядовым сотрудником. Я даже за тебя налоги плачу каждый месяц и щедрые отчисления в пенсионный фонд делаю. Я забочусь о своих людях, — смакуя каждое слово, проговорил глава второй Гильдии. — Так что, подумай ещё раз, ту ли ты сторону выбрал в этой войне между мной и моим отцом. Думаешь, я не знаю, кто за всем этим стоит?
— Роман Гаранин, вы арестованы по подозрению в убийстве восьмерых человек, препятствовании следствию, укрывательстве преступника и…шпионаже, — добавил Маркелов безэмоционально. Именно последний пункт даст ему возможность держать Романа у себя без права на звонки и адвоката. До первых разборок, конечно. — Уведите, — махнул он рукой. — А мне нужно поговорить с Георгием.
И Маркелов принялся набирать очередной номер.
— Что у тебя? — если бы Роман был здесь, то он узнал бы в голосе собеседника Виктора своего отца. Значит, он был прав, этот баран работает на него.
— «Феникс» похищен, но, Георгий Ярославович, это правда, что при активации он убил бы всех, у кого есть метка Гильдии…
— А ты что же, так её не снял? — в голосе Гаранина-старшего послышалось брезгливое удивление. — Ну, это были бы твои проблемы. В любом случае «Феникс» неизвестно где, и у тебя есть полгода, Витя. Не подведи меня, ещё раз.
Он отключился, а Маркелов долго смотрел на телефон. Затем он повернул голову и внимательно посмотрел на Романа. Ну что же, Георгий прав, он сам идиот, что не сумел избавиться от ритуала Служения. Теперь же у него есть целых полгода, и за это время он сумеет стереть эту ухмылку со смазливого лица главы второй Гильдии. «Ничего, Ромочка, скоро ты передо мной на коленях ползать будешь», — промелькнуло у него в голове, и он посмотрел вслед своим людям, уводившим Гаранина.
— Что скажешь? — я посмотрел на Эда, который в этот момент внимательно изучал сначала шкатулку, а потом и сам артефакт. Мы летели домой, все были вымотаны, но разобраться с Фениксом, ради которого эта каша заварилась, нужно было сразу.
— Ты прав. На шкатулке вязь символов, вплетённая в саму основу. Эти чары были наложены тем же самым артефактором, кто и изначально сделал шкатулку. Когда бы ты её открыл, произошёл бы взрыв достаточной мощности, чтобы уничтожить не только тебя, но и весь самолёт, — ответил Эдуард, подтверждая мои первоначальные догадки. — А следом произошла бы активация «Феникса».
— На кого он был настроен? Ты разобрал руны? — напряжённо спросил я.
— На Романа, — Эд провёл рукой над артефактом, и вся вязь символов, которые так тщательно выводил в хранилище Клещёв, распалась в яркой синей вспышке. — Теперь он безопасен.
— Мне связаться с Рокотовым? — прямо спросил Андрей, наблюдавший за нами с напряжённым вниманием.
— Нет, ещё не время, — я сжал кулаки. — Артефакт же выкрали, значит, я никак не мог узнать обо всём этом ещё в самолёте. Это очень сильный рычаг, на который я буду давить в будущих отношениях с Моро. Он очень влиятельный и богатый человек.
— Да, такой раб нам не помешает, — философски закончил за меня Эдуард.
— Что-то не вяжется, — медленно проговорил Егор, массируя виски. — Даю девяносто девять процентов — Моро сам не знал, что тебя постараются убить. Вот Романа — да. Скорее всего, они заверили его, что никто, кроме Гаранина, не пострадает. А Моро благополучно плевать на главу второй Гильдии, — добавил Дубов, приложив руку ко лбу и глядя на меня покрасневшими глазами.
— Незнание от ответственности не освобождает, — сухо прокомментировал я его прогноз. — Как же Клещёв хочет влезть в Совет Гильдий, ни перед чем не останавливается. Ему Лёшка Бойко нужен. Без банд создать беспорядки на улицах не получится. Вот только хрен ему, я в Лисе уверен.
— Откуда? — Андрей внимательно посмотрел на меня. — То, что ты ему однажды в детстве помог, можно легко нивелировать заманчивыми предложениями.
— Это сложно объяснить, — я покачал головой. — Наши отношения сложно объяснить. Мне кажется, что я иногда применял к ним магию, и не только ментальную. Я был ребёнком и не понимал, что делаю. — Эд бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал. Для него почему-то всё, что касалось моего детства, было под глубочайшим табу. И я никак не мог понять почему. Нормальное вроде детство было, с Ромкиным не сравнить. Вздохнув, я продолжил: — Надо вытаскивать Ромку оттуда. У них когда-нибудь может и получиться его достать. Что у тебя? — я повернулся к Ванде, которая всё это время, как только появлялась связь, пыталась дозвониться до Романа.
— Ничего, — выдохнула она. — А что если он просто решил пока скрыться? У него бывают подобные затмения.
— Это вряд ли, — проговорил Эдуард, задумчиво оглядывая статуэтку. — Он решил не просто так кардинально свою жизнь поменять. Роман договорился с Громовым о встрече и согласился с ним работать после того, как вернулся от Демидова, где составлял тебе ночью компанию, — он перевёл взгляд на Ванду.
— Ты же его читал, — я вспомнил происшествие, которое, казалось, произошло не вчера, а больше года назад.
— Ты не запрещал мне его читать, — пожал Эд плечами.
— Хорошо. Но старайся не злоупотреблять этим, — я покачал головой. — Ладно, выждем немного времени. И, Андрей, пусть Ваня всё-таки будет наготове. Если меня не устроит разговор с Моро, мне потребуются ваши услуги. На тормозах я это спускать точно не буду. Думаю, месяца на ожидание должно хватить.
Глава 13
— И она заявилась в «Радость волка», чтобы убедиться в своих подозрениях, — рассмеявшись, проговорил Гена, обводя победным взглядом сослуживцев, собравшихся за небольшим столиком в углу заведения.
— И что случилось? — делая небольшой глоток пива, поинтересовался Егор. За прошедший месяц у него со всеми сотрудниками из отдела аналитики сложились вполне дружеские отношения. И сегодня он впервые принял предложение своих коллег закончить рабочий день за кружкой пива в недорогом баре на отшибе Москвы.