Тысяча и одна ночь. Сказки Шахерезады. Самая полная версия — страница 154 из 233

Теперь к нам снова возвратилось счастье,

Заботу прогоняя и тоску.

Соединились снова мы, и всех

Завистников мы наших умертвили.

Подул зефир союза ароматный

И оживил в нас сердце, грудь и тело.

И наслажденья красота явилась

С благоуханьями, и в барабаны

Счастливых новостей вокруг нас били.

Не думай ты, что мы от горя плачем.

Нет, наши слезы льются от блаженства.

А сколько ужасов переносили

С тобой мы! Теперь они минули,

Хоть мы нашу тоску несли с терпением.

Но час союза моего с тобой

Меня забыть заставил все, что нас

Состарило от ужасов избытка.

Они поцеловали друг друга и продолжали целоваться, пока от блаженства не лишились чувств.

Когда же они пришли в себя, то Унеэль-Вуджуд продекламировал следующие стихи:

Какой полны отрады и блаженства

Все ночи исполнения обещанья,

Когда верна возлюбленная мне,

Когда союз с тобою неразрывный

Мы заключили, и пришел конец

Всей нашей продолжительной разлуке.

Да, благосклонность возвратила нам

Своя вполне враждебная судьба.

И счастье все время осыпало

Своими милостями нас тогда,

После того как быстро отвернулось

Оно от нас с глубоким отвращеньем и

Благополучия свои штандарты

Над нами развернуло, и мы пили

Им поданную чашу наслажденья.

При нашей встрече радостной друг другу

Мы жаловались на печали наши

И на те ночи, что мы проводили

Без сна под гнетом скорби и страданья!

Но мы теперь забыли наше горе,

Владычица моя, и да простит

Нам Сострадательный то, что минуло!

Как наслаждений наша жизнь полна

И как она отрадна! Наш союз

В моей душе могучей сделал страсть!

После этого они снова упали в объятия друг друга и продолжали наслаждаться и декламировать стихи и рассказывать друг другу разные истории, пока совсем не утонули в море наслаждения. В продолжение семи дней они не различали дней от ночей и все время наслаждались и веселились. Эти семь дней пролетели для них, как один день, и они узнали, что наступил седьмой день, только потому, что к ним явились музыканты. Тут они вышли из своей комнаты и стали дарить деньги и платья. Они жили очень счастливо, пока к ним не явилась разлучница друзей – смерть. Да прославится Тот, Кто не изменяется, не прекращается и к Кому все возвращается.


Глава девятнадцатая

Начинается с половины четыреста пятьдесят пятой ночи и кончается в половине пятьсот тридцать седьмой

История Али Каирского

В городе Каире жил-был купец, очень богатый не только деньгами, но и бриллиантами и несметными имениями; звали его Гасаном, багдадским ювелиром. Господь благословил его сыном очень красивой наружности, стройным станом, румяным и миловидным; звали его Али Каирским. Он обучался чтению Корана, и искусствам, и литературе, и разным другим наукам и торговал вместе с отцом.

Но отец вдруг захворал; болезнь его настолько усилилась, что он почувствовал приближение смерти. Призвав своего сына, он сказал ему:

– О сын мой, на земле мы пребываем временно и все перейдем в мир вечный; все мы должны умереть. И я, сын мой, чувствуя приближение смерти, желал бы оставить тебе завещание. Если ты будешь жить по моему указанию, то проживешь счастливо и благополучно, пока Господь (да святится имя Его) не возьмет тебя к себе; но если ты не станешь жить по моему указанию, то несчастье обрушится на тебя, и ты пожалеешь, что не послушался меня.



– О отец мой, – отвечал ему Али, – как смею я не послушаться тебя и не поступать по твоему завещанию, раз я обязан повиноваться тебе и жить по твоему указанию?!

– Сын мой, – продолжал отец, – я оставляю тебе несметное количество усадеб, домов, земель и денег, так что если ты ежедневно будешь тратить по пятьсот червонцев, то и тогда не проживешь своего состояния. Но, сын мой, помни страх Божий и повиновение Ему и помни указ пророка (да спасет его Господь) и все, что он дозволяет и что он запрещает своим законом. Старайся оказывать благодеяния и быть всегда добрым; дружись с добрыми, справедливыми и учеными людьми и помни, что такие люди заботятся о бедных и нуждающихся, избегают скупости и жадности и не знаются с дурными и подозрительными личностями. С прислугой, с домашними и в особенности с женой будь ласков, так как жена твоя из знатного рода, твоя помощница; с помощью Господа она одарит тебя добрым потомством.

Он, не переставая, поучал его и плакал, и говорил:

– О сын мой, я прошу у Господа, Царя небесного, чтобы Он спас тебя от всякой напасти и отстранил от всякого зла.

– О, отец мой, – горько плача, говорил сын, – клянусь Аллахом, что слова твои глубоко запали мне в душу, и ты говоришь, точно речами самого Господа.

– Я чувствую, сын мой, – продолжал отец, – приближение своей смерти и прошу тебя не забыть моего завещания.

Старик начал после этого молиться и читать Коран, пока не ослабел еще более; тогда он приказал сыну подойти к нему поближе.

Когда сын подошел, он поцеловал его и, тяжело вздохнув, отдал Богу душу, и был взят Господом (да святится имя Его).

Сын его был страшно огорчен; в доме у них слышались громкие вопли, и товарищи и приятели отца все пришли утешать его. Он приготовил тело к погребению и сделал богатые похороны. Тело снесли в молельню и молились о нем, после чего перенесли на кладбище, похоронили и стали читать над ним Коран. После этого все вернулись домой и стали утешать сына покойного; затем разошлись по домам, а сын в продолжение сорока дней приказывал читать на могиле Коран. Сам он никуда не выходил из дому, за исключением кладбища, на которое ходил каждую пятницу.

Долгое время он постоянно молился и читал Коран, пока, наконец, к нему не пришли его приятели, купеческие сыновья, и, поздоровавшись с ним, не сказали ему:

– Долго ли ты будешь еще горевать и пренебрегать своими занятиями, торговлей и знакомствами? Ведь это тебе надоест и, пожалуй, доведет тебя до болезни.

Вместе с ними к нему в дом пробрался и дьявол, нашептывавший им дурные мысли. Поэтому они неустанно уговаривали его пойти с ними на рынок, а дьявол подстрекал его исполнить их желание, так что, наконец, он согласился и пошел с ними, чтобы исполнить то, что было предопределено его судьбой.

– Ну, садись на мула, – сказали ему товарищи, – и поезжай в такой-то сад, для того чтобы повеселиться с нами и размыкать твое горе.

Он сел на мула и, взяв с собой раба, поехал с приятелями в сад. По прибытии туда один из них занялся приготовлением обеда, который им вскоре и был подан. Они ели, веселились и беседовали до самого вечера, когда сели на мулов и отправились по домам. На следующее утро приятели снова пришли к нему.

– Ну, едем же с нами, – сказали они.

– Куда?

– В сад, – отвечали они, – только в другой, потому что он лучше того, в котором мы были; в нем будет веселее.

Он сел на мула и поехал с приятелями в сад. По приезде туда один из них приготовил обед, принес его в сад и вместе с ним принес вина, и все сели угощаться. Когда вино было подано, Али спросил:

– Это что же такое?

– Это то, что разгоняет тоску и делает человека счастливым, – отвечали ему приятели.

Они, не переставая, уговаривали его, пока не уговорили, и он начал пить с ними. Они ели, пили и болтали вплоть до вечера, когда разъехались по домам. На Али Каирского вино сильно подействовало, он опьянел и в таком состоянии пришел к жене.

– Что это, какой ты странный? – сказала она ему.

– Сегодня мы забавлялись и веселились, – отвечал он, – один из нас принес вина, все стали пить, и я с ними, вот оттого-то я такой и вышел.

– О господин мой, – сказала ему на это жена, – разве ты забыл завещание отца, что поступаешь против его воли, заводя дружбу с подозрительными людьми?

– Это купеческие сыновья, – отвечал он, – а вовсе не подозрительные люди, они только любят повеселиться.

Он продолжал ежедневно кутить с приятелями. Они ездили по разным садам, ели, пили, и, наконец, приятели сказали ему:

– Наш черед кончился, теперь наступил твой.

– Очень рад, – отвечал он, – добро пожаловать.

И, встав утром, он приготовил все, что было нужно для кутежа, как еду, так и питье, в гораздо большем изобилии, чем бывало приготовлено у его друзей, и взял с собой поваров, и судомоек, и приготовителей кофе, и отправился на Эр-Родах и Нилометер. Там они прожили целый месяц, ели, пили, слушали музыку и кутили, а по прошествии этого месяца Али увидал, что он истратил довольно крупную сумму денег, но дьявол обманул его и шепнул ему:

– Если ты ежедневно будешь тратить такую сумму, какую ты теперь истратил, то и в таком случае состояние твое не убавится.

Вследствие этого он не стал беспокоиться о средствах и прожил таким образом три года. Жена его постоянно упрекала его и напоминала о завещании отца, но он не слушал ее, до тех пор, пока наличных денег у него не оказалось. Тут он начал брать драгоценные вещи и продавать их и жил на их стоимость, пока не продал их все. После этого он принялся продавать дома и другое недвижимое имущество, пока не распродал всего, как распродал поля, сады, и у него не осталось ничего, кроме того дома, в котором он жил. Он вынул из него и продал сначала мрамор, потом деревянную резьбу, затем продал и самый дом и прокутил деньги, так что продавать ему более уже не осталось ничего. Человек, купивший у него дом, пришел и сказал ему, чтобы он выбирался куда-нибудь, так как дом ему нужен.



Он подумал, что теперь ему нужно нанять помещение для жены, которая родила ему сына и дочь и была лишена даже прислуги; он нанял угол где-то на дворе и стал там жить, несмотря на привычку жить роскошно в больших хоромах, со множеством прислуги, – и едва мог прокормиться.

– Вот этого-то я и боялась, – сказала ему жена, – поэтому-то я и напоминала тебе о завещании отца. Но ты не слушал меня, и теперь нам остается уповать только на милость Господа. Чем мы будем кормить детей? Ну, вставай и обойди своих друзей, купеческих сынков. Может быть, они подадут тебе чего-нибудь, и мы пойдем сегодня.