– А еще у тебя есть такие камни? – спросил у него ювелир, осмотрев те, что он принес.
– У меня их целая корзина, – отвечал рыбак.
Ювелир спросил, где он живет, и затем приказал своей прислуге схватить его.
– Это вор, укравший вещи у султанши, – прибавил он.
Ювелир приказала бить его; завязав ему назад руки, и все купцы закричали, что вор пойман, что он-то и украл пропавшие вещи. Абдул-Аллах ни слова не говорил в свое оправдание, и его привели связанного к султану.
– Государь, – сказал ювелир, – когда у супруги твоей пропало ожерелье, ты дал мне об этом знать и приказал нам схватить вора; вот привожу тебе его. И вот драгоценные камни, взятые нами у него.
Султан приказала евнухам взять камни, показать их султанше и спросить, ее ли это камни, которые у нее пропали. Евнух тотчас же отправился к султанше; она пришла в восторг от камней и послала сказать султану, что ожерелье она нашла и что камни эти ей не принадлежат, но что они гораздо лучше тех, что у нее, и что если этот несправедливо обвиненный человек хочет продать их, то она просит султана купить их для нее.
Когда евнух вернулся и передал султану ответ, то султан очень рассердился на ювелира.
– Государь, – возразил ему старый ювелир, – мы знали, что это бедный рыбак, и, увидев у него подобные вещи, конечно, предположили, что он украл их.
– Ах вы, негодяи эдакие! Зачем же вы не спросили у него, откуда она их достал, а опозорили его! Убирайтесь отсюда! – крикнул султана.
Ювелир и купцы в страхе вышли из дворца.
– Ну, человек, – сказал рыбаку султан, – с тобой поступили несправедливо, но скажи ты мне всю правду, откуда у тебя взялись такие камни? Я хотя и царь, но у меня таких камней нет.
– О государь, – отвечал рыбак, – у меня целая корзина таких камней, и вот откуда они.
И рыбак рассказал, как он заключил союз с Абдул-Аллахом Морским и как получил от него корзину камней.
– Ну, счастье твое, – сказал ему султан, – но богатство требует известной обстановки, и я постараюсь обставить тебя так, чтобы тебя не обирали. Но ведь я могу умереть, а новый султан может пожелать завладеть твоими сокровищами, а потому, чтобы обеспечить тебя, я советую тебе жениться на моей дочери, стать моим визирем и потом принять мое царство после меня.
Султан приказал своим людям свести Абдул-Аллаха в баню и одеть его в царское платье, что и было тотчас же сделано. Затем царь назначил его визирем. Кроме того, царь послал царедворцев и придворных женщин к нему в дом, для того чтобы они одели по-царски его жену и детей и на носилках принесли бы ее вместе с младенцем во дворец. Старших детей царь встретил с почетом, обнял их и посадил подле себя. У рыбака было девять сыновей, а у султана совсем не было мальчиков, была только одна дочь по имени Умс-Эс-Сауд. Царица ласково и почетно обошлась с женою Абдул-Аллаха и назначила ее к себе визиршей. Царь отдал приказание заключить свадебное ycловие между своей дочерью и Абдул-Аллахом и назначил ей в приданое все имевшиеся в казначействе драгоценные камни. По случаю свадьбы весь город был убран, и начались празднества.
На другой день после свадьбы царь, сидя у окна, увидал, что зять его, визирь Абдул-Аллах нес на голове корзину с фруктами.
– Что это ты несешь и куда, сын мой? – спросил он у него.
– Я несу фрукты к Абдул-Аллаху Морскому, – отвечал он.
– Да время ли теперь идти к нему? – продолжал султан.
– Я боюсь оказаться перед ним обманщиком, боюсь, чтобы он не сказал мне, что мои личные дела помешали мне прийти к нему.
– Это правда. Иди к своему товарищу.
Абдул-Аллах пошел по городу, и народ, видя его, говорил:
– А ведь это зять султана. Он идет променять плоды на драгоценные камни.
Те же, кто не знал его, спрашивали у него, почем он продает плоды, и он за это не сердился, а ласково отвечал всеми. Придя на берег, он отдал своему товарищу плоды и получил взамен камни. Так ходил он ежедневно; проходя однажды мимо хлебопекарни, он увидал, что она заперта. Она была заперта и на другой день; а на третий день Абдул-Аллах обратился к соседу с таким вопросом:
– Скажи мне, пожалуйста, где твой сосед-пекарь? Не случилось ли с ним чего-нибудь?
– О господин мой, он нездоров и не выходит из дому.
Он спросил соседа, где жил пекарь, и тотчас же отправился к нему, обнял его и спросил:
– Ну, что с тобой? Я, проходя мимо твоей пекарни, увидал, что дверь заперта, и от соседа узнал, что ты болен.
– Господь наградит тебя за твою доброту. Но я вовсе не болен, а мне сказали, что тебя схватили и обвинили как вора. Я этого испугался и, закрыв пекарню, сам спрятался, – отвечал пекарь.
– Это ты не ошибся, – сказал Абдул-Аллах и рассказал пекарю все, что с ним случилось, и прибавил: – царь отдал за меня свою дочь и сделал меня своим визирем. Возьми теперь все, что у меня в корзине, и не бойся.
После этого он пошел обратно во дворец; султан, увидав у него пустую корзину, сказал ему:
– Что это, сын мой, ты, верно, не видал сегодня своего товарища?
– Нет, я видел его, – отвечал Абдул-Аллах, – но то, что получил от него, я отдал пекарю, которому многим обязан.
– Как зовут этого пекаря? – спросил султан.
– Его зовут Абдул-Аллахом Пекарем, меня зовут Абдул-Аллахом Сухопутным, а моего товарища зовут Абдул-Аллахом Морским.
– И меня тоже зовут Абдул-Аллахом, – сказал султан. – Перед Богом все люди – братья. Пошли за своим другом пекарем, пусть он явится ко мне, и я назначу его визирем с левой стороны.
Оба визиря прожили, служа султану, целый год, и бывший рыбак ежедневно приносил по целой корзине драгоценных камней.
Однажды он по своему обыкновению принес к морю фрукты, получил за них драгоценные камни и, сидя на берегу, беседовал со своим другом Абдул-Аллахом Морским; в разговоре они коснулись могил.
– Говоришь, – сказал Абдул-Аллах Морской, – что пророк погребен у вас на земле? Ты знаешь, где находится его могила?
– Знаю.
– И вы посещаете ее?
– Посещаем; только я не был у гроба его, потому что сначала был слишком беден, а теперь я не имею права уйти от тебя.
– Да что ты! – отвечал ему на это Морской. – Если ты не побываешь на гробе пророка, то кто же заступится за тебя на том свете? И неужели из-за благ земных ты не посетил гроба пророка?
– Для того чтобы посетить гроб пророка, мне надо было получить от тебя позволение, и мне хотелось бы отправиться туда в нынешнем же году.
– Охотно даю тебе это позволение, и когда ты будешь на могиле, то поклонись и от меня, – отвечал морской человек, – и снеси ему от меня приношение. Идем со мною в море, я дам тебе это приношение.
– Ты, брат мой, – отвечал ему бывший рыбак, – родился в море, вода – твоя стихия; но мы, люди земли, переносить ее не можем; и если я окунусь в воду, то тотчас же захлебнусь.
– Не бойся ничего, – сказал Абдул-Аллах Морской, – я сейчас же дам тебе такое натиранье, вследствие которого вода не причинит тебе никакого вреда.
– Если это так, то принеси мне натиранье, и я попробую пойти с тобой.
Абдул-Аллах ушел в море, вернулся очень скоро и принес с собой мазь вроде сала, желтого цвета и приятного запаха.
– Что это такое? – спросил Абдул-Аллах Сухопутный.
– Это жир громадной рыбы дендана, нашего злейшего врага. Эта рыба так велика, что свободно может проглотить и верблюда, и слона.
– Что же ест это ужасное животное, брат мой? – спросил Абдул-Аллах Сухопутный.
– Морских животных, – отвечал Морской. – Сильный уничтожает слабого.
– Право, я боюсь идти с тобой в море, чтобы такое животное не встретило меня и не проглотило.
– Не бойся, – отвечал Морской, – если это животное увидит тебя, то испугается и уйдет. Оно страшно боится детей Адама, и если бы оно съело сына Адама, то тотчас же бы умерло, так как жир человека действует на него как страшнейший яд. Мы добываем его жир, только когда в море утонет какой-нибудь человек, и дендан, не разобрав хорошенько, съедает его и тут же на месте умирает сам. Даже от одного голоса сына Адама все эти животные замирают в страхе и не могут тронуться с места.
– Ну, в таком случае идем с Богом, – сказал зять султана и, вырыв на берегу ямку, снял свою одежду и спрятал ее в эту ямку. После этого он натерся мазью и, войдя в море, нырнул, и увидал, что вода не причиняет ему никакого вреда. Он ходил взад и вперед, поднимался и опускался, и вода, как свод, тянулась над ним. Он шел вслед за Абдулом-Аллахом и проходил мимо различных животных вроде буйволов, быков, собак и даже людей. Но все при виде человека бежали от него.
– Почему это, брат мой, – спросил Абдул-Аллах, – все при виде меня бегуг?
– Бегут от страха перед тобою.
Когда они шли, сын Адама любовался на все морские чудеса, и, наконец, дошли до высокой горы. Проходя у подножия, они вдруг услыхали страшный крик и увидали какую-то громадную массу, спускавшуюся на них.
– Что это такое, брат мой? – спросил Абдул-Аллах у своего товарища.
– Это дендан, – отвечал Морской, – он плывет на меня. Пожалуйста, крикни на него, пока он еще не достиг до меня, а иначе он разорвет меня.
Абдул-Аллах Сухопутный громко крикнул, и зверь упал замертво.
– Слава Тебе, Господи! – вскричал он. – Я не ударил его ни мечом, ни ножом. Но каким это образом такое громадное животное могло умереть от моего крика?
– Не удивляйся, брат мой. Тысяча и две тысячи этих животных не вынесли бы крика сына Адама.
Они прошли в город и увидали, что все обитатели города были девицы; мужчин же между ними не было.
– Что это за город? – спросил Сухопутный. – И что это за девицы?
– Это все морские девицы, изгнанные царем в этот город. Ни одна из этих девиц не может выйти из этого города, так как ее тотчас же разорвут морские звери. В других же городах живут и мужчины, и женщины.
Сухопутный с любопытством осматривал этих женщин и видел, что у них очень красивые лица, вся верхняя часть тела людская, а хвост рыбы. Осмотрев этот город, друзья пошли дальше и пришли в другой город, наполненный и мужчинами, и женщинами, точно так же с рыбьими хвостами, но в этом городе ничего не продавалось и не покупалось.