– Ганем, сын Эюба, – отвечала она, – потому что он не делал никаких бесчестных попыток относительно меня из уважения к тебе, о царь правоверных!
– Сила и власть в руках Аллаха! – вскричал халиф. – А ты, Кут-Эль-Кулуб, – прибавил он, – требуй от меня, что хочешь, и я исполню твое желание.
– Я желаю от тебя, – отвечала она, – моего возлюбленного Ганема, сына Эюба.
Услыхав ее слова, он сказал ей:
– Я прикажу привести его сюда, если на то будет воля Аллаха.
– О царь правоверных, – продолжала она, – если ты прикажешь привести его сюда, то подаришь ли ты меня ему?
– Если его приведут сюда, – отвечал он, – то я подарю тебя ему, и честный человек подарков своих не требует назад.
– О царь правоверных, – сказала она ему на это, – позволь мне в таком случае поискать его? Может быть, Господь сведет нас.
– Поступай, как знаешь, – отвечал он.
Она очень обрадовалась и, взяв с собой тысячу червонцев, тотчас же пошла посетить шейхов ради Ганема, а на следующий день пошла на рынок и шейху рынка дала денег, говоря ему:
– Раздай эту милостыню чужестранцам.
На следующей неделе она опять взяла с собой тысячу червонцев и, придя в ряды кузнецов и золотых дел мастеров, позвала к себе управляющего рынком, а когда он пришел, она дала ему тысячу червонцев и сказала ему:
– Раздай их чужестранцам.
На это шейх, который и был вышеупомянутый шейх, сказал ей:
– Не пойдешь ли ты со мной ко мне в дом, чтобы взглянуть на молодого чужестранца и полюбоваться, какой он изящный и какой очаровательный? Может быть, он и есть Ганем, сын Эюба, по прозванию Раб любви.
Шейх рынка не знал, что это за Ганем, и думал, что это какой-нибудь бедняк, запутанный в долгах и потерявший свое состояние, или возлюбленный, разлученный со своей подругой. Услыхав его предположение, она почувствовала, что сердце у нее забилось и любовь вспыхнула с большей силой.
– Пошли со мной кого-нибудь, чтобы проводить меня к твоему дому, – сказала она.
Он послал с нею мальчика, который проводил ее до дому, где был помещен чужестранец, и она поблагодарила его за это. Она вошла в дом и поклонилась жене шейха, которая, узнав ее, поцеловала прах у ног ее. Кут-Эль-Кулуб сказала ей:
– А где тот больной, что живет у вас в доме?
– Вот он, о госпожа моя, – отвечала хозяйка и заплакала, – он из порядочной семьи, и видно, что прежде жил в довольстве.
Кут-Эл-Кулуб посмотрела на постель в надежде увидать на ней Ганема, но наружность его так изменилась и он так похудел, что стал походить на зубочистку; а потому она не узнала его и не приняла за того, кого искала, но больной показался ей таким жалким, что она заплакала и вскричала:
– В самом деле, как жалки чужестранцы, хотя дома они, может быть, занимают положение эмиров.
Она приказала принести ему кушанья, вина и лекарств и, посидев у его изголовья, села на мула и отправилась во дворец. Таким образом она ездила по всем рынкам и продолжала искать Ганема.
Вскоре после этого старшина рынка привел мать Ганема и сестру его Фитнеху и отправился с ними к Кут-Эль-Кулуб, и сказал ей:
– О благотворительная госпожа! К нам в город пришли женщина и девушка благородного происхождения, очевидно, жившие прежде в довольстве, но они одеты в лохмотья из волосяной материи; у каждой из них на шее висит котомка; они плачут и горюют. Я привел их к тебе для того, чтобы ты их приютила и избавила бы их от бедствий нищеты, так как они рождены не для того, чтобы просить подаяния у прохожих, и если Господу будет угодно, то мы через них попадем в царствие небесное.
– Клянусь Аллахом, о господин мой! – отвечала она. – Вы возбудили во мне желание приютить их! Где они? Прикажи им войти.
Таким образом Фитнеха и мать ее попали к Кут-Эль-Кулуб, которая, увидав их и заметив, как они обе красивы, заплакала о них и сказала:
– Клянусь Аллахом, эти женщины из зажиточной семьи, и видно, что они привыкли к довольству.
– О госпожа моя! – отвечал старшина. – Мы любим бедных и несчастных ради будущей награды, и, вероятно, грабители обидели этих двух женщин, отняли у них имущество и разорили их дома.
Обе женщины горько заплакали, а когда они вспомнили Ганема, сына Эюба, по прозванию Раб любви, горе их усилилось, и Кут-Эль-Кулуб заплакала вместе с ними.
– О Господи, – вскричала мать Ганема, – соедини нас с тем, кого мы ищем! А ищем мы моего сына, Ганема, сына Эюба.
Услыхав эти слова, Кут-Эль-Кулуб поняла, что она видит перед собою мать своего возлюбленного и что девушка – сестра его. Она плакала до того, что упала в обморок. Придя в себя, она сказала:
– Вам бояться нечего, потому что с сегодняшнего дня дела ваши поправятся и бедствия ваши прекратятся; поэтому перестаньте горевать.
Старшине рынка она приказала взять их к себе в дом, попросить жену свою свести их в баню, одеть их в хорошее платье; заботиться о них и обращаться с ними почтительно. Сказав это, она дала ему для них денег.
На следующий день Кут-Эль-Кулуб снова села на мула и поехала к дому шейха рынка, желая посетить его жену, которая, встав, поцеловала прах у ног ее и поблагодарила ее за ее милости. Она увидала, что жена шейха водила мать Ганема и сестру его в баню и сняла с них лохмотья; теперь привычки их к порядочности стали еще заметнее. Она посидела с ними и поговорила, а потом спросила у жены шейха, как поживает тот больной, что лежит у них в доме.
– Он все в одинаковом положении, – отвечала она.
– Ну, так встань, – сказала Кут-Эль-Кулуб, – и проводи нас к нему.
Они встали обе, как встали и мать Ганема и его сестра, и, придя к нему, сели около него; и когда Ганем, сын Эюба, по прозванию Раб любви, услыхал, как кто-то упомянул имя Кут-Эль-Кулуб, несмотря на свою душевную и телесную слабость, он пришел в себя и, подняв голову с подушки, воскликнул:
– Кут-Эль-Кулуб!
Она тотчас же посмотрела на него, узнала его и закричала:
– Это я, возлюбленный мой!
– Подойди ко мне поближе! – сказал он ей.
– Так ты Ганем, сын Эюба, по прозванию Раб любви? – спросила она его.
– Да, это я, – отвечал он.
Услыхав это, она упала в обморок, а когда его сестра и мать услыхали их разговор, они также воскликнули:
– О радость!
Затем они точно так же упали в обморок.
Когда они пришли в себя, Кут-Эль-Кулуб сказала Ганему:
– Слава Господу, соединившему нас с тобой и с твоей матерью и сестрой!
Подойдя к нему, она передала ему все, что случилось с нею и с халифом, прибавив:
– Я сказала ему: о царь правоверных, я сказала тебе всю правду! И он поверил мне, похвалил тебя и теперь хочет повидать тебя.
Это известие очень обрадовало его, и Кут-Эль-Кулуб сказала им:
– Не уходите отсюда, пока я не вернусь.
Она поспешно встала и отправилась во дворец, и, открыв сундук, который она привезла от Ганема, достала нисколько червонцев, которые отдала шейху рынка, сказав ему:
– Возьми эти деньги и купи всем им по четыре полных костюма из хорошей материи, по двадцати платков и все, что им будет нужно.
После этого она свела их в баню и приказала вымыть их, приготовила им вареного мяса и яблочного чая, чтобы они пошли после бани и оделись. Три дня пробыла она с ними, угощая их дичью и мясом, и шербетом из очищенного сахара; через три дня они совершенно пришли в себя, оправились. После чего она снова отправила их в баню, и когда они вышли, она переменила им одежду и, оставив их в доме шейха рынка, отправилась к халифу, и, поцеловав прах у ног его, рассказала ему всю историю, прибавив, что Ганем, сын Эюба, по прозванию Раб любви, явился и что его мать и сестра также прибыли. Услыхав это от Кут-Эль-Кулуб, халиф сказал своим евнухам:
– Приведите ко мне Ганема.
И Джафар отправился за ним вместе с евнухами, но Кут-Эль-Кулуб опередила его и, придя к Ганему, сказала ему:
– Халиф прислал к тебе, чтобы привести тебя к нему; постарайся говорить хорошо, красноречиво и не робей. Она одела его в великолепную одежду и дала золота в изобилии, сказав ему:
– Щедро одари прислугу халифа, когда войдешь во дворец.
В эту минуту Джафар приблизился к нему верхом на муле, а Ганем вышел, чтобы встретить его, и приветствовал его молитвой о его долгоденствии, поцеловав прах у ног его.
Планета его благосостояния появилась, и звезда его снова зашла. Джафар взял его с собой, и они прошли во дворец царя правоверных. Ганем, подойдя к халифу и увидав визирей и эмиров, и царедворцев, и других придворных чинов и воинов, и обладая даром слова и умением держать себя, поник головой, и, прикоснувшись ею к земле, он взглянул на халифа и обратился к нему с приветствием в стихах. Когда он окончил это приветствие, халиф пришел в восторг от его внешности, от его красноречия и приятного голоса, и сказал ему:
– Подойди ко мне поближе.
Ганем подошел.
– Расскажи мне свою историю, – сказал ему халиф, – и сообщи мне все по истинной правде.
Ганем сел и рассказал халифу от начала до конца все, что с ним случилось, и халиф, увидав, что он говорит правду, подарил ему почетную одежду и сказал ему:
– Сними с меня всякую ответственность.
– О царь правоверных, – отвечал ему Ганем, – раб и все, что он имеет, принадлежит своему господину.
Халиф остался доволен и отдал приказание отвести Ганему отдельный дворец, назначил ему большое жалованье и передал ему мать и сестру. Халиф, услыхав, что сестра его Фитнеха была соблазнительно хороша собой, просил ее руки.
– Она твоя служанка, а я твой мамелюк, – отвечал на это Ганем.
Халиф поблагодарил его, дал ему тысячу червонцев и, позвав кади и свидетелей, заключил брачный контракт. Как он, так и Ганем посетили своих же в один и тот же день: халиф направился к Фитнеху, Ганем, сын Эюба, к Кут-Эль-Кулуб, и на следующее утро халиф приказал, чтобы все случившееся с Ганемом сначала до конца было написано, для того чтобы потомство могло читать и удивляться превратностями судьбы и ночью и днем полагаться на милость Аллаха.