Оперативник потянулся под куртку за пистолетом, но мужчина в кресле директора оставался невозмутимым. Ранее он был кряжистым мужиком, сейчас осунулся и постарел лет на десять. Впалые щеки над чахлой бородкой раздулись в ухмылке:
– Ты не первый такой резвый, начальник. Но закон есть закон.
Толковый электромеханик Иван Митрохин, еще в первую ходку получивший погонялово Электрик, был правой рукой Седого. Два года назад ему присудили немалый срок, он должен был отбывать наказание.
– Ты в бегах? – прямо спросил Валеев.
Электрик выдернул тонкую папку из стопки на углу стола и подтолкнул полицейскому:
– Можете ознакомиться. Актировали в СИЗО. Прошел медкомиссию как полагается. Туберкулез. Дырка в легких и жар иногда такой, что на лбу яичницу можно готовить.
Тяжелобольных заключенных действительно могли освободить по решению медицинской комиссии. Валеев открыл папку, где сверху лежало заключение медиков. Врачи подтверждали тяжелый диагноз Митрохина.
Валеев вернул документ:
– И как же ты сейчас? Выглядишь бодряком.
– Хвала медицине. Держусь на лекарствах. – Митрохин выдвинул верхний ящик стола, продемонстрировал пачки с таблетками. – Жру колеса, как хлеб. Должны убивать палочку Коха, а заодно добивают почки, печень, сердце и желудок.
Электрик изобразил горький смех, но неожиданно затрясся от кашля. Когда приступ прошел, он выпил пару таблеток и прикрыл рот черной маской:
– Для вашего спокойствия, начальник.
Валеев окинул взглядом обстановку.
– Автосалон тебе Седой подарил?
– За прошлое я ответил. У нас новое юрлицо. – Митрохин похлопал по стопке документов. – Никакого криминала, честный бизнес. Скупаем битые авто, ремонтируем и, пожалуйста, как конфетка!
Через стеклянную стену кабинета был виден автосалон с надраенными автомобилями.
– Это твои конфетки?
Митрохин гордо кивнул:
– Обожаю перевертыши, внешний вид – в хлам! А ходовая и движок целехоньки. Дружим с дэпээскниками. Они наши визитки раздают после ДТП. Дружба с ментами не возбраняется, начальник? Вы к нам за авто или как?
Валеев открыл было папку с документами, но тут же прихлопнул ее. В конце концов он не автобизнес приехал проверять.
– Я ищу Виктора Журихина. Он же Беспалый.
– Беспалый, – процедил Электрик, не скрывая презрения.
– Он к тебе приходил?
– Было дело. Явился, не запылился, на работу просился.
– И?
– У меня вакансий нет, половина автосалонов схлопнулись. Да и репутация у Беспалого, сами знаете…
– Какая репутация?
– Беспалый ссученный! Сдал Седого, подставил ребят в западню. За такое… – Электрик осекся и смягчил тон: – Это Седой так решил. Я к Беспалому без претензий.
– И как же Беспалый выжил на зоне?
– Если его прессовали, то за дело. А раз дали выжить, значит, откупился.
– Откуда у Беспалого деньги? – усомнился Валеев.
– Кроме денег бывают и другие условия, – с хитринкой в глазах ответил Электрик
– Какие же?
– Без понятия! Беспалый пришел. Я ему от ворот поворот. На этом всё!
Эмоциональный ответ подтверждал брезгливое отношение рецидивиста Электрика к продажному Беспалому. И очерчивал границы откровенности. «Такой волк не расколется, – убедился Валеев. – Да и верить ему нельзя. Опытный и ловкий противник. Сумел выйти из колонии и прибрать к рукам автосалон. Это говорит о многом».
На директорском столе возвышался плоский монитор. Валеев приметил камеры наблюдения над входом в автосалон и внутри павильона. Он ткнул в темный монитор:
– Сюда видеокамеры подключены?
– Я же директор.
– Включай картинку. Хочу посмотреть, когда приходил Беспалый, сколько пробыл, куда ушел.
Электрик щелкнул по клавишам, дисплей ожил. На мониторе высветилась матрица из нескольких окон.
Валеев указал камеру над входом в автосалон:
– Увеличь изображение на весь экран.
Электрик сделал. Валеев заметил в кадре свой автомобиль.
– А теперь найди момент, когда приходил Беспалый.
Директор беспомощно развел руки:
– Камеры рабочие, картинка есть, но блок записи сдох. Недавно обнаружили. – Для убедительности Электрик пнул ногой черный блок под столом.
– Почему не чинишь, ты же электрик?
– Когда это было? Меня учили на 380 и 220 вольт, а это слаботочная сеть. Мастеров айтишников днем с огнем не найти. За кордон от мобилизации умотали. Один пришел, поковырялся и составил список. Половину оборудования надо менять. Счет выкатил ого-го!
Митрохин выдернул из стопки очередную папку. Валеев оттолкнул ее, хлопнул ладонями по столу, навис над Электриком.
– Слишком гладко у тебя, лысый черт! На каждую хрень – бумажка!
– Я свое пожил, начальник, пенсию оформляю. А вы нервы поберегите, а то до пенсии не дотянете, – невозмутимо ответил Электрик.
– Угрожаешь? Да я тебя посажу!
– Туберкулезника?
– Еще проверим, какой ты больной.
– Ну извернетесь, посадите. Мне и здесь и там уважение. Зачем госденьги на больного зэка тратить? Я за свои покашляю.
Электрик демонстративно закашлялся. Валеев отшатнулся.
– Бумажки любишь. Тогда пиши!
– Что? – Митрохин вытер рот маской, изучил выделения, нацепил новую.
– Когда видел Беспалого? О чем говорили? Пиши по минутам!
Очередной нервный срыв заставил Валеева вспомнить о сигаретах. Он год, как бросил курить, но сорвался в тот злополучный вечер. Купил новую куртку, а потом и сигареты. Марат достал начатую пачку, похлопал себя по карманам. Зажигалки не было.
Электрик протянул подарочную коробочку, снял крышку. Внутри лежала черная зажигалка с белым логотипом «Ауди»:
– Сувениры остались. Дарю! Вы там за столиком покурите. А то мои дырявые легкие…
Оперативник высек зажигалкой огонь, выпустил дым в лицо Электрика и бросил зажигалку на стол:
– Подарки от братвы не принимаю. Пиши!
Валеев опустился в кресле у маленького столика. Докурил сигарету до половины, убеждая себя, что курит не всерьез, примял в пепельнице, забрал показания Митрохина и покинул кабинет.
С территории автосалона он уехал не сразу. Обошел главный павильон, окинул взглядом закрытые ангары, походил между ними. Тут было где укрыться десятку таких, как Беспалый.
Оперативник задумался. Вдруг, Беспалый и правда затаился где-то здесь? Неплохо бы устроить обыск. Но без напарника – пустые хлопоты. Ловкий преступник уйдет, если не контролировать запасные выходы.
Электрик по монитору проследил за полицейским и убедился, что тот уехал. Несколько минут опытный зэк морщил лоб и тер лысину. Затем столкнул в чистый пакет зажигалку, которой пользовался Валеев, и туда же сунул его окурок.
Глава 16
Звонок дежурного по отделу полиции капитана Гаврикова застал Валеева за рулем автомобиля. Марат ткнул в телефон, закрепленный на торпеде, подключилась громкая связь.
– Слушаю!
– Валеев, ты где прохлаждаешься? Думаешь, раз начальник в госпитале, на службу можно забить?
– Забить можно свинью, если нож острый.
Упоминание ножа в свете нападения на Петрова не понравилось капитану.
– Сплюнь, дурила!
Оперативник прекрасно знал, что дежурный ради пустой болтовни звонить не станет.
– Гавриков, что случилось?
– По твоему делу звоню. Соседи сами вычислили хулигана, который на машинах Z рисовал.
Упоминание раскраски автомобилей прозвучало как эхо из далекого прошлого. Когда это было? Всего два дня прошло. Но это случилось до рокового столкновения в Школьном сквере, считай, в прошлой жизни.
Оперативник напряг память. Он по горячим следам запросил сведения о владельце автомобиля «УАЗ-Патриот». Тот единственный не бросился оттирать знак и не стал подписывать заявление. Запрошенный файл с информацией пришел в тот же день, но Валеев так и не удосужился его раскрыть.
На светофоре Марат дважды коснулся дисплея телефона и увидел регистрационную карточку собственника «УАЗа». Внедорожник куплен неделю назад. Имя владельца…
– Игорь Денисов? – с вопросительной интонацией прочел оперативник.
– Откуда знаешь? – удивился Гавриков.
– Работаю, – пробурчал опер.
– Короче так. Гражданка Мордовина из потерпевших требует разобраться с Денисовым. Она дежурит у его квартиры, не выпускает. Судя по ору – бой-баба!
– Принято. Еду. Адрес знаю, – отчитался Валеев.
Он приехал в знакомый двор, подошел к нужному подъезду. Прислушался – скандального ора с улицы не было слышно. Не такая уж потерпевшая и бой-баба! Марат задрал голову. К балкону шестого этажа был прикреплен голубой флаг с самолетиками и парашютом. Ему туда!
Голос холеной женщины с повадками базарной склочницы оперативник оценил как только вышел из лифта. Мордовина узнала полицейского, проводившего расследование, и завопила:
– Ну, наконец! Явились! И чем только наша полиция занимается!
– Здравствуйте, Мордовина. В чем дело? – вежливо поинтересовался оперативник.
На женщину спокойный тон не подействовал, она продолжала орать и указывать на дверь:
– Это Денисов! Он испортил мою машину! Я в сервис обращалась, эвакуатор вызывала!
– Из-за одной буквы Z не завелась?
– Вы с ума сошли! Как я с таким клеймом по улице поеду?
– Разберемся. – Валеев оттеснил даму и позвонил в дверь
– Денисов вообще ненормальный, – зудела за спиной Мордовина. – В подъезде георгиевскую ленту нарисовал. Глаза б не смотрели, но как? Над почтовыми ящиками во всю длину!
– К празднику Победы, – попытался успокоить женщину Валеев.
Мордовина вскипела:
– Празднуй у себя на кухне! Играй в патриота в своей квартире! А в обществе изволь уважать наше мнение!
– Полностью согласен. Он ваше мнение должен уважать, а вы его.
Женщина опешила и на минуту замолкла. Валеев расслышал шаги за дверью и раскрыл служебное удостоверение перед глазком.
– Денисов, открывайте. Полиция.
Дверь распахнулась. Мордовина пришла в себя и закричала:
– Я требую компенсации! Материальной и моральной! И никаких флагов и лент в нашем доме!