Турбина Любовь Николаевна окончила БГУ в Минске и Литинститут им. Горького в Москве. Кандидат наук. Работает в ИМЛИ РАН. Автор 14 поэтических сборников; литературный критик, переводчик. Член Союза писателей СССР с 1990 года, член Союза российских писателей и СП Беларуси. Стихи переводились на белорусский, хинди, туркменский, английский, сербский, шведский, болгарский языки. Живёт в Москве.
Картина
Ленинградская весна
Дворы-мешки, дворы-колодцы,
Что там, за каменной стеной?
Ни шагу, чтоб не напороться
На след, оставленный войной.
Вприпрыжку, с улицы, сквозь арку
(Где втайне мы жевали вар),
Вбегала, радуясь подарку,
Но улетал за крышу шар.
Печали детства так мгновенны,
И было нечего копить,
Но предлагает немец пленный
За хлеб копилку смастерить.
Весна поблизости бродила,
Дул тёплый ветер из-за стен…
Тогда с особенною силой
Счастливых ждали перемен.
Памяти П. М. Машерова
…Из горнила боёв выходивший живым,
Не поддавшийся вражеской силе…
Листья липнут к промокшим от слёз мостовым,
Город в горестном карауле.
Дождь, безмерную боль нашу в землю излей!
Ветер, вей! Стань отчаянье – силой!
Прежде скрытая горечь улыбки твоей
С фотографии вдруг проступила.
Вот и площадь Победы. Споткнулся лафет,
Только листьев тревожная заметь,
Только тянется к небу, где в тучах просвет,
Словно деревце – светлая память.
Олег Ширяев
Ширяев Олег Леонидович член литературной мастерской «Живое Слово», лауреат православного фестиваля «Сердце России» (2014), обладатель диплома III степени в номинации «Война оставила свой след» (2017). Много лет служит алтарником в храме Донской иконы Божьей Матери в Перловке, пишет стихи и прозу, рисует акварелью.
Не стоит с временем играть
В прошлое вернуться так непросто:
Всё травой давно уж поросло…
В рюмочной возьмёшь два раза по сто —
И воспоминанье обожгло.
Улицу родную замостили,
И теперь не дышит, там асфальт,
Где в хоккей-футбол порой любили
На проезжей части поиграть.
Не было машин в далёком детстве,
Раза два проедет грузовик,
Или дядя Вова по-соседски
Нас прокатит – добрый был мужик.
Улица родная изменилась —
Сколько лет не виделись с тобой.
Ты, наверно, всё же мне приснилась,
И всё это было не со мной.
В казаки-разбойники играли,
Бегали на взрослое кино,
И деревья с нами подрастали…
Боже мой, как было всё давно!
Сорок пять, квартира восемнадцать —
Этот адрес не забыть вовек.
Памятью своей не стану хвастать,
Жизни только не замедлишь бег.
Время отнимает наше детство,
Новому на старость наплевать.
И в аптеке не купить то средство,
Чтоб туда, на время, но слетать.
Уводит вдаль дорога странствий,
Вслед облакам плыву по ней.
И сколько встретится препятствий,
И хочется любить сильней
Родные рощи и равнины,
И вод текущие стремнины,
И с поволокою рассвет…
Не знаю только, сколько лет
Осталось мне на белом свете
Жить в постоянной суете,
Искать, не находя ответа,
Поддавшись призрачной мечте.
Не стоит с временем играть:
Тебя оно переиграет,
И в срок придется умирать,
И многое уж не исправить.
И – заводи не заводи —
Часы своё уж отсчитали.
Но что осталось позади?
Своё мы время лишь украли.
Ушли навсегда минуты,
Когда я кричала со зла.
И жаль, что уже не вернуть их,
Чтоб скрасить хоть каплей добра..
Не жги моё сердце, не надо!
Но ты всё кричала со зла,
Как будто из самого ада
К тебе эта злоба пришла.
Жалела, что нет, не вернётся
К тебе та минута добра.
Любовь пусть к тебе прикоснётся,
Не бойся, что было вчера.
Сегодня не поздно вернуться,
Прощенья у всех попросить.
Легко в этой жизни споткнуться,
Но главное всё же – любить.
На воду дуешь, раз обжёгшись,
Она была же холодна.
А грех, с тобою крепко сросшись,
Утянет в ад, где нет и дна.
И раз обжёгшись, всё боишься
Идти тем праведным путём,
И на других напрасно злишься —
Они совсем здесь ни при чём.
Николай Юргель
Юргель Николай Викторович окончил Государственный медицинский институт им. М. И. Калинина. Член Союза писателей России. Живёт и работает в Москве.
Вишнёвый сад. Донбасс
Призраки
Миг никогда не повторится.
И я… и ты… и даже тень,
И то дитя, что не родится
В тот чёрный день…
Лишь только раны остаются —
Безумья след.
В далёкой точке зародится
Весь Божий Свет.
Вишнёвый сад. Донбасс
Вишнёвый сад стар,
Густоват.
Лежу,
Под рукой автомат.
Шмели и пчёлки
В цветах
Гудят…
Гудит самоходка.
По нам,
Из засады —
Прямая наводка.
Вокруг весна,
Цветом —
Розово-белая пена.
А я из «МУХИ» —
в железку,
Прямо с колена…
Горит НАША СМЕРТЬ…
Нет
Правосеков.
Будет в саду
Просека!
Героям нашего времениСакральная жертва
Он знал порядок чисел,
И был Поэт.
Предвидел наперёд:
Карьера, золото,
Сатрапа милость —
Всё в песок уйдёт.
Он вместе с экономикой
Нырнул…
Ногой от дна технично
Оттолкнулся,
Два раза воздуха
Вдохнул…
Но только влево отвернулся,
Сурово кто-то сзади
Вдул…
Но не печалься, по перу собрат,
Поэта в грязь втоптать
Любой правитель рад!
Останься
Ангелу
Мне миг твой хочется поймать,
Найти в глазах любовь, улыбку.
Не дай нам совершить ошибку,
Не отпускай меня опять…
Глаза, руки прикосновенье
И времени безумный бег…
Пойми: я просто человек,
И мне недостаёт смиренья!
Ты далеко и близко так,
Я не пойму – чего же ради
Ищу я нежность в грустном взгляде.
Ужель огонь в душе иссяк?
Не покривив своей душой, —
Знай: просто не уйти тебе! —
Прошу любви… побудь со мной,
Останься, Анж, в моей судьбе.
Наталия Ячеистова
Ячеистова Наталия Изяславовна — москвичка. Член Союза писателей России. Автор ряда книг поэзии и прозы. В 2020 г. в издательстве «У Никитских ворот» вышла книга «Пути земные и небесные» (серия «Московские поэты»).
Поэзию Наталии Ячеистовой отличают глубокий лиризм, проникновенность, тонкая ирония, умение запечатлеть привычные явления с неожиданного ракурса.
Стихи Великого Поста и Пасхи
По пустыне жаркой с караваном
Ехал путник – знатен и богат,
Занемогши вдруг среди барханов,
Был он ничему уже не рад.
Об одном лишь грезил неустанно,
Тяжело откинувшись в седле:
Чтоб приникнуть жадными устами
К роднику в холодной полумгле.
Так и мы, боримы суетою,
Унываем, видно, неспроста,
И душа, влекомая к покою,
Ждёт испить из глубины Поста.
Незваная гостья
Пост наступил – и тут же Искушенье
Явилось в мой, не слишком прочный, дом.
Уселось, не спросивши приглашенья,
И завело беседу о былом:
«Скажи, зачем же ты ушла с работы?
На что ты променяла блеск и свет?
Ужели о невидимом заботы
Тебе заменят славу прежних лет?
Бывало, ты на форумах блистала —
То Вена, то Неаполь, то Париж.
А нынче вместо мраморного зала
Ты в тёмной церкви средь старух стоишь».
Я рассмеялась: «Глупости какие!»
И выгнала дурную гостью вон,
Но сердце вдруг предательски заныло,
И улетели враз покой и сон.
«Зачем ушла?..» – на то была причина:
Неправда, суета и пустота…
Но почему ж тогда томит кручина,
И к сердцу подступает маята?
Зовёт и манит шумный, многоликий,
Безумный мир и сонм лукавых дней…
Но зазвучала вдруг в тиши молитва:
«…Любоначалия не даждь душе моей…»
И стало всё незыблемо и просто:
Один источник – это Бог живой —
Хлеб и вода, Вселенная и звёзды,
И радость, и спасенье, и покой.
Лазарева суббота
Ещё недавно в сумраке глухом
Деревьев голых стыли силуэты,
Казалось, спит природа мёртвым сном,
И снегом, словно саваном, одета.
А нынче, в праздник, у плакучих ив
Набухли почки, зазвенели песни
Весёлых птиц! И слышится призыв:
«О Лазаре! Восстани и воскресни!»
Так каждый год природа восстаёт,
Бинты снимая, расправляя плечи,
Как раненый, что снова в бой идёт,
Как переход от смерти к жизни вечной.
Вербное воскресенье
Господь входил в Иерусалим —
На ослике, смиренно.
Весь град навстречу выходил
И славил вдохновенно.
Ветвями пальмы устлан путь,
Кричат ему: «Осанна!»
Но прозревал ли кто-нибудь
Зерно самообмана? —
Земного чаяли царя,
Мирской хотели славы —
И, в Нём величья не найдя,
Возжаждали расправы!
Пока же – радостный приём
И гул толпы неверной…
И мы на утреню идём
С букетиками вербы.
Дай, Боже, в вере устоять,
Не соблазниться миром,
Не повернуть внезапно вспять
За призрачным кумиром!
Пройти с Тобою трудный путь
И обрести спасенье,
И в третий день – восстать, вздохнуть,
Восславить Воскресенье!
Христос воскресе!
Ум превосходит эта весть,
А радость – сердце.
Повержен ад, разбита смерть,
Христос воскресе!
Отныне каждый обретён
Для жизни вечной.
Христос воскрес – для всех времён,
Для всех наречий!
Благая весть – душевный пир:
Живит, спасает!
И славит Господа весь мир
Под небесами!
На Светлой Седмице
На Светлой Седмице и ночи как будто короче,
И сердце, не зная печали, о горнем поёт.
По рощам свистят соловьи – до зари, что есть мочи,
А на небе тихие звёзды ведут хоровод.
Промыты дождями дворы, и в глухом переулке
Кустов и деревьев теснится зелёный редут.
А в дальнем овраге, где ключ пробивается гулко,
Уже аметистовой гладью фиалки цветут.
Как небо высоко! Бескрайни небесные арки!
До самого рая отверсты Святые Врата!
И первой грозою – и мощной, и шумной, и яркой —
Весь мир, обновляясь, поёт и величит Христа!