Жители Янцуня торгуют главным образом хлебом, мукой, холстом и разными материями. Есть три большие склада сукон и холстов.
В Янцуне жил богатый генерал Хао. В его бесчисленных богатых и причудливых палатах, украшенных балконами, садиками, двориками, галереями, цветами, аквариумами и надписями, разместились японские генералы Ямагучи и Фукушима с походным штабом. Их войска расположились также в покинутых зданиях города.
В то время как генерал Линевич всегда располагал свой лагерь вне города, на открытом, видном, приподнятом и сухом месте, избегая грязных китайских улиц и дворов, японские генералы предпочитали становиться на ночлег в китайских домах и дворах, унося и вывозя все то, что еще не успели разграбить бежавшие китайские солдаты.
Ужас бежавших жителей был так велик, что некоторые престарелые китайцы не хотели пережить этого разгрома. Сейчас же после занятия Янцуня, когда иностранцы еще не начали хозяйничать в городе, в одной фанзе, через окно, я увидел седокосого старика, который повесился в своем доме. Его лицо было совершенно спокойно. Видно, беспомощный старик, узнав о нашествии иноплеменников и бегстве китайских войск и жителей, решил покончить с собою, чтобы не быть свидетелем, как заморские дьяволы будут грабить его старый отцовский дом.
Войска союзников отдыхали вечер 24 июля, весь день 25 и утро 26 июля. 25 июля у генерала Линевича, в тени маленькой бедной китайской фанзы, состоялся военный совет, на котором присутствовали командиры иностранных отрядов и начальники их штабов. Решено преследовать китайцев по пятам, не дать им возможности собраться с силами и на другой день выступить в дальнейший поход. Союзные генералы согласились, что японцы будут идти во главе международного отряда, так как у них имеются лучшие карты пути на Пекин. Вторыми будут идти русские войска. За ними англичане и американцы. Генерал Линевич, принимая это соглашение, оставил за собою право повести русский отряд в авангарде всех войск тогда, когда он это сочтет нужным. Французский отряд не мог двинуться вперед вместе со всеми союзниками, так как не имел обоза, и был поэтому оставлен гарнизоном в Янцуне, для этапной службы и охраны города на случай нападения китайцев.
Капитан Горский и рота охотников благополучно пробрались от 6-го моста железной дороги к Янцуню и присоединились к русскому отряду.
Co взятием Янцуня в руках союзников находился узел пересечения водных, грунтовых и железнодорожных путей между Тяньцзином, Тунчжоу и Пекином.
Международный отряд, состоявший почти из тех же частей, которые наступали на Бэйцан и Янцунь, кроме французов, с утра 26 июля двинулся далее на Пекин. Отряд включал приблизительно 6500 японцев, 4500 русских, 1500 англо-индийцев и 1000 американцев. Итого в освободительном отряде было около 13 500 человек.
В состав русского отряда, который выступил в поход в 3 часа дня, входили: 9-й полк под командою подполковника Савицкого, 10–й полк полковника Антюкова, 1-й батальон 12-го полка подполковника Ширинского, 2-го полка 2 1/2 роты полковника Модля, 2-я батарея – подполковника Горошкова, 3-я батарея – подполковника Мейстера, 6-я сотня верхнеудинцев и 3-я сотня читинцев под общею командою войскового старшины Маковкина и пулеметы.
Казаки шли вместе с японской кавалерией и вместе делали рекогносцировки и атаки. В авангарде русского отряда были поставлены 2 1/2 роты полковника Модля. Остальные части чередовались во время похода.
В Янцунь пришел первый транспорт с продовольствием и с боевыми припасами для русского отряда. Общее дело устройства военных речных и сухопутных сообщений было вверено подполковнику Генерального штаба Самойлову и его помощникам, лейтенантам Шванку и Родионову. Интендантской частью заведовали полковник Васильев и подполковник Ашехманов.
При прохождении через Янцунь нашей артиллерии пришлось проскочить через переулок, объятый пламенем: в этом месте японцы нашли дом, наполненный китайскими патронами, и подожгли.
Мы проходили целый ряд деревень, покинутых жителями и опустошенных японцами. По дороге встречались отряды японских войск, японские обозы и множество японских кули. Организация военного дела у японцев превосходна. Тысячи вьюков с продовольствием следовали немедленно за войском. Сотни санитаров, система обозов, быстрота движения, – все делало честь японской армии.
Наконец, тысячи колонистов – кули японцев и тысячи китайцев, которых японцы заставляли носить или возить их тяжести на арбах и тележках, – все доказывало, как японцы умеют хозяйничать в завоеванной стране.
Мы проходили целый ряд живописных равнин и беспредельных полей кукурузы и гаоляна. Из одной деревни стали стрелять по нашим войскам. Генерал Стессель приказал стрелять по деревне. Два китайца-боксера были убиты.
Несмотря на палящий зной, духоту и тучи пыли, наши войска идут бодро и неутомимо вперед. Они питаются сытными прекрасными консервами и пьют воду из колодцев, которых очень много по дороге. Вода очень хорошая. Случаев заболеваний, переутомления и солнечных ударов до сих пор не было. Все офицеры здоровы.
Сделав 15 верст, в 9 часов вечера наши войска пришли в китайский город Наньцайцунь, где остановились на ночлег. В этот день наша 6-я казачья сотня, производившая разведку, налетела на китайскую кавалерию, которая дала несколько выстрелов и поспешно отступила, не причинив казакам никакого вреда.
Хэсиву
27 июля, в 6 часов утра, наши войска двинулись дальше и, обогнав англичан и американцев и сделав 20 верст, подошли в 1 час дня в Хэсиву. Здесь предполагалось столкновение, но китайцы еще накануне бежали при приближении японского авангарда, который открыл по ним артиллерийский огонь. У японцев были раненые.
Русские и союзные войска идут по правому берегу реки Пэйхо. По левому идет 1 батальон японцев и 2-й батальон 10-го полка. Завтра мы идем дальше, чтобы не дать возможности китайским войскам где-либо остановиться и укрепиться. Лазутчики японцев передают, что китайцы отступают по двум дорогам: на Пекин и в юго-западном направлении. К китайским войскам присоединился генерал Ли Бин Хэн с 20 инами – 10 000 человек. Китайцы отступают в полном беспорядке. По деревням встречаются места их стоянок, брошенных как попало: попадается форменное платье, патроны и ружья.
Японский авангард находится в 4-х верстах впереди нас. Японцы действуют в полном согласии с русскими.
До Пекина осталось 50 верст.
В этот день, 27 июля, две казачьи сотни, 3-я и 6-я, под командою войскового старшины Маковкина, в 8 верстах к юго-западу от Хэсиву, встретили китайские регулярные войска, под начальством генерала Ма. Китайцы открыли по нашим казакам и по японцам, которые шли вместе с ними, огонь, который продолжался с перерывами с 8 часов утра до 12 часов дня. Расстояние между казаками и китайцами было от 500 до 700 шагов. Это был арьергард китайских войск, численностью около 3–4 тысяч. Учащенные и меткие залпы казаков и японцев заставили китайцев отступить. Ранены 1 казак и 1 японский кавалерист. Две наши казачьи сотни и 2 эскадрона японцев уже второй день преследуют китайцев. Несколько китайских кавалеристов убито.
Когда наши войска отдыхали на биваке в Хэсиву, к генерал-лейтенанту Линевичу приехал на совещание генерал-майор Фукушима, недурно говорящий по-русски, и сообщил следующие подробности о последних действиях японских войск. Японцы прошли город Хэсиву и встретили перед собой несколько колонн китайских войск. Китайские солдаты, насколько было видно в бинокль, были одеты в новые мундиры. Японцы сейчас же двинули вперед свою горную батарею. После трех выстрелов, которые очень метко попали в самую гущу китайских войск, китайцы сейчас же отступили и обратились в поспешное бегство. Преследовать их была отправлена японская пехота. Русские казаки и японская кавалерия бросились преследовать ближайшую китайскую колонну, которая также бежала.
В этом деле особенно отличились черномазые бенгальские уланы англичан. Они стояли на правом фланге, любовались ходом боя, но с места не двигались. Когда японская кавалерия и наши казаки перестреливались с китайцами и двое наших уже было убито, японский полковник Мориока, общий начальник соединенной русско-японской кавалерии, послал гонца к англичанам, прося, чтобы их бенгальские уланы поддержали русских и японцев и обстреляли китайцев с той стороны, где они стояли. Английский офицер, командовавший уланами, прислал интересный ответ: «Бенгальские уланы не могут стрелять, так как очень устали и берегут свои силы для финальной атаки на Пекин».
Это был уже не первый случай, что английские войска уклонялись от боя и не хотели содействовать союзникам. Японцы и русские решили за поддержкою к англичанам больше не обращаться и остальную часть похода делали без их участия.
К сожалению, обещанной замечательной финальной атаки бенгальских улан на стены Пекина союзники так и не увидели.
28 июля, в 3 1/2 часа утра, две наших казачьих сотни – 3-я и 6-я и два эскадрона японской кавалерии вышли из Хэсиву на разведку. В 4 часа утра двинулись дальше в поход из Хэсиву японцы: пехота и артиллерия.
В 5 часов выступили русские войска, которые двинулись по главной грунтовой дороге, едва ли заслуживающей этого названия. Дорога то тянется по высокой насыпи, то совершенно пропадает в поле и снова возобновляется, делая целый ряд поворотов. Местами дорога тонет в песке, местами теряется под травою.
По такому пути, под немилосердно палящим зноем, в клубах пыли и песку нашим и союзным войскам пришлось пройти около 120 верст, чтобы добраться до Пекина, взять его и спасти посланников. На наше счастье, пока мы могли повсюду достать питьевую воду, местами очень хорошую, чистую и вкусную.
Китайцы, поспешно убегая при нашем появлении, не хотели или не успели ни загрязнить, ни отравить колодцев.