ТиРекс уже почти перерубил один из стволов. Анна и Ланс работая простыми дешевыми тесаками с двух рук затачивают "на карандаш" еще один, а Шуга с остервенением сшибает ветки и немногоие оставшиеся цветки.
Каждая глубокая зарубка заставляет Движа дергаться и замирать. Да ему же больно!!!
— Рубите! Рубите быстрее! — кричу я, — Сравняем с землей эти сраные кусты! Выжжем тут все нахрен!
Движ топчется на месте. Он растерян. Вместо того, чтобы драться, он мечется, пытаяь развернуться к деревьям, но я постоянно оттягиваю внимание на себя.
— Сдохни тварь! — меня охватывает веселый азарт.
Бог он, или нет, но судя по всему, его можно обнулить, как и всех прочих. Не мы это начали, но мы закончим. Понимая, что не наношу никаких повреждений обычными выпадами, я беру катану в обе руки, и используя навык "пронзающий удар", обрушиваю её на одну из ног-ходуль этого древесного бога-монстра.
— НННЕЕЕЕЕЕТТ!!!
Мне показалось, что стонет сама земля, или ураган воет в кронах деревьев. Но это взревел Вечный Движ. Гулко. Жалобно.
— ПОЩАДИИИТЕ МОЙ ЛЕЕЕС!!!
Он уже не стажается, просто стоит вздрагивая и сотрясаясь словно его раскачивает невидимый ветер.
— Добивай! — кричит Ланс.
Я заношу катану, чтобы окончательно подрубить ногу Движа, обрушив его на землю и останавливаюсь в последний момент.
Не представляю, что за фантазия создала этого персонажа. Из чьих закоулков разума нейросеть вытащила это существо, похожее на худосочного энта-недоросля.
Чем больше я смотрю, тем больше вижу человеческих черт. Даже пальцев на руках пять, как полагается. Лицо, не смотря на плотную кожу-кору кривится от боли. А его черты смутно мне знакомы, хотя я даже предположить не могу, откуда.
— Стойте! — я поднимаю руку, и моя команда лесорубов-мстителей замирает.
Кажется, спасение от достаточно жуткой перспективы, быть заживо погребенными под землей, подняло мой авторитет в команде на недосягаемую прежде высоту. Меня слушаются с полуслова. ТиРекс так и вообще замирает с занесенным топором, очевидно, чтобы Движ был посговорчивее.
Анна подходит, становится рядом со мной, скрестив руки на груди.
— Ну здравствуй, божественный братец, — цедит она сквозь зубы. — Что же ты, за, нахрен, такое?!
Движ чуть отворачивается, словно стеснясь, и старается не смотреть на Анну.
— Пощадите мой лес… — бурчит он, практически себе под нос, и в этот момент совершенно становится похож на человека, даже, скорее на обиженного подростка.
— Вот как они прокачивали себе божественный рейтинг. — говорю я Анне. — А я еще удивлялся, как тут могут прожить пацифисты. Интересно, сколько игроков они уже слопали?
— А ничего, что мы союзники? — возмущается она.
— Наверное добыча оказалась вкуснее, чем желание быть хорошим, — Я пожима. плечами. — Прикинь, и Богиня и первосвященник… Представляешь за такую жертву сколько бы им плюшек отсеяли?
—А ведь точно, — Анна от злости сплевывает себе под ноги, — Стоит здесь хотя бы раз оступиться, и отстанешь насовсем. Вон, твой приятель Ланс тому примером.
— Мой леееес… — невпопад жалобно добавляет Вечный Движ.
Анна прищуривается от любопытства, наблюдая за ним, и Движ снова отворачивается. А я ломаю голову над тем, что делать. Получится ли вот так, истребить на корню одну из божественных фракций, и что за преимущества это мне даст?
Честно сказать, был бы в моём распоряжении огонь, я бы и размышлять не стал. Спалил бы в очистительном огне и рощу-паразита, и её странного бога. А так… рубить все эти деревья вручную… Хочется верить, что победил мой здравый смысл, но и лень тут присустствовала тоже. Да и время…
— Зови сюда своих, — обратился я к Движу. — побеседую с ними для начала.
Движ замахал руками-ветками и стал излавать странные звуки, что-то среднее между жужжанием и пощелкиванием. Впрочем, бесполезно. На краю большой поляны, среди деревьев мелькнули лица, я даже разглядел блондинистую голову Кайи, и снова спрялись. Не сильно-то они уважают собственного бога.
— Прости, дружище, — я пожал плечами, — похоже, у них ты не котируешься.
Движ возмущенно затопал, затрещал и снова загудел, обращаясь в сторону зарослей. В его гуле мне послышалось: "отлучу" и "прокляну", но возможно меня подвело моё воображение. Ну а что еще он должен кричать в этом случае?
Это помогло. Из за кустов стали появляться полуобнаженные фигуры. Они шли медленно и обреченно, понимая, что ничего хорошего их не ждет. Но все же шли.
Я немного отстал от местных реалий, но похоже, быть отлученным оказывалось еще хуже, чем понести наказание. Последней шла Кайя, осторожно переступая красивыми длинными ногами через обрубленные ветки, и уставясь глазами вниз. Всего собралось восемнадцать человек. Двенадцать девчонок и шесть парней. Все, даже парни не вооружены и носили на теле пестрые шелковые ленты вместо доспехов.
Они с опаской смотрели на меня, и я полностью оправдал их ожидания.
— На колени, — скомандовал я. — Все до единого. Сейчас я вас буду казнить и миловать. И сразу предупреждаю, миловать мне вас не за что. Да и, честно говоря, не хочется.
Глава 19
Вижу как кривится личико Кайи. Гордячка. Я таких сразу чую. Даже когда она ластилась к нам, чтобы заманить в рощу, я заметил её презрительно поджатые губы. Тогда было даже забавно смотреть, как она старается, проявляя гостеприимство.
Сейчас перед ней достаточно простой выбор, свернуть своё самомнение в трубочку и засунуть его… куда хочет. туда пускай и засовывает. Или просто послать меня нахрен, сдохнуть по быстрому от моего меча и улететь на точку возрождения.
И все же, она медлит. И скорее всего, как раз, из за своей, сука, гордости. Ну не могут такие телки проигрывать, не заложено у них в башке такой программы. Уже понятно, что в отсутствии Джи Бо именно она тут рулит всем.
А раз такая цаца пробралась наверх, она за своё место и свои привилегии зубами будет грызть. У меня еще живо в памяти, как Мариночка за мной стоя на коленках по квартире гонялась. И это не игра — жизнь реальная. А тут, твори, что хочешь, всё не по настоящему, а значит, не считается.
— Думаешь, я вас убивать буду? — подталкиваю её в правильном направлении, — Если ты и остальные будете выёбываться, через пару часов от вашего леса будут одни пеньки. Ты будешь никем. НИКЕМ! Жрица без бога. Нахер вы будете никому не нужны! — Я вспомнил страх и отвращение, которые накатили на меня при виде корней-щупалец и все свои эмоции вложил в следующую фразу, — На колени, падлы!
— Мой ллеееэээсс… — заохал и запричитал Вечный Движ.
На своих последователей, ему было наплевать, его беспокоила судьба только драгоценного леса-паразита. Вряд ли он так сильно любит природу. Скорее деревья качают в него божественный опыт из убитых игроков. Такой вот живой алтарь. А что касается верующих, возродятся и вернутся. А не вернутся — значит новые прибегут.
Древоподобный бог ежится под пристальным взглядом Анны. Ему почему-то неуютно внимание с её стороны. Движ отступает за деревья а, потом и вовсе разворачивается, и качаясь при каждом шаге уходит прочь, повторяя:
— Вы обещааааалииии…
Для Кайи это становитя последней каплей. Блондинка опускает глаза, её колени подламываются. За ней опускаются и остальные. ТиРекс гыгыкает с довольным видом, и расстегивает ремешок на штанах. Кайя бледнеет.
Перевожу взгляд на Анну, опасаясь, что она начнет возмущаться, но та только с любопытством смортит за происходящим. Судя по её виду, даже если всех пленниц сейчас разложат на траве и пустят по кругу, она не будет возражать.
Я не останавливаю ТиРекса, пусть Кайя сполна прочувствует свое положение. Только когда он протягивает руку, чтобы взять блондинистую жрицу за волосы, я придерживаю бойца.
— Где Джи Бо, Кайя?!
— В городе… у Шила в храме… — она отвечает старательно и охотно, словно отличница.
— Он знает, чем ты тут занимаешься? — делаю шаг и становлюсь рядом с ТиРексом.
Вдвоем мы нависаем над ней. На него она старается не смотреть, тщательно отворачиваясь в мою сторону.
— Он сам приказал… нужны жертвы…
— Даже союзники?
— Сейчас везде одни союзники, — Кайя зло кривится. — Недобитки только в городе остались. Кто их сюда пустит?
— Как ты сказала? "Недобитки"?! — удивляюсь странному слову.
— Те, кто отреклись от Бистии, — поясняет Кайя. — Это Шило придумал. Отреклись от своей Богини, и решили, что их простят и примут в другие кланы. Хрена с два! Нигде их не ждут. Шило предложил их бойкотировать.
— Почему? — вступает в разговор Анна.
— Надо же на ком-то качаться. — спокойно поясняет Кайя, — всем нужно мясо для алтарей.
— А ты теперь кто? — приподнимаю её лицо за подбородок. — Тоже мясо?
— Не надо, — голос Кайи дрожит, заискивает. — Я пригожусь вам, я могу быть полезной.
Понимаю, что правда пригодится. Таким все равно, кому служить, лишь бы иметь свой кусочек власти. Но и доверия к ним никакого, стоит появиться кому-то чуть более сильному или перспективному, и они продадут тебя с потрохами.
— ВСТАНЬ!
Не даю ей задуматься, рывком поднимаю на ноги.
— Сначала расплата за наши жизни! За пять наших жизней — пять их! — тычу пальцем в стоящих на коленях. Говори, кого ты отдашь в уплату?!
Кайя соображает даже быстрее, чем я думал. Похоже, я даже недооценил эту изворотливую сучку.
— Этот! — показывает она рукой.
Киваю Лансу и голова одного из стоящих на коленях парней отделяется от тела.
— Эта! — ТиРекс бьет мощно, острием меча пронзая сердце, и картинно, ногой сталкивает тело с лезвия.
— Она!
— Вот сука! — коротко стриженная девчонка пытается вскочить, но Шуга ловко перехватывает ей горло.
Все остальные ждут, терпеливо уставившись в землю конца этой безумной лотереи. Если для проигравших это всего лишь полет до точки возрождения, то это, по большому счету, фигня. Но что-то мне подсказывает, что назад убитых могут и не принять, если Кайя доберется до власти. Цепкая тёлочка. Как там она сказала? Недобитки? Хорошее слово. Надо запомнить.