— Этот, — Кайя даже не зовет их по именам.
Для неё это отработанный материал. Анна вопросительно смотрит на меня, а затем убивает свою жертву эффектным ударом снизу, практически рассекая тело на две части.
Уровни у "движовых" мелкие, не выше тройки, только Кайя может похвасться пятым. Но за фрагов из других "фракций" опыт начисляется по другому. Так сказать "поштучно". Я немало набил в предыдущей войне с паладинами Бистии, и до открытия следующего божественного навыка мне осталось всего восемь фрагов. Точнее, уже семь.
— И вот этот!
Поддавшись внезапному порыву я складываю оба своих клинка перед собой, и словно ножницами отсекаю голову рослому парню со впечатляющей мускулатурой. Кровь брызжет фонтаном, а тело заваливается на бок, прежде чем рассыпаться пеплом.
— Хочешь служить нам? — спрашиваю, и Кайя отчаянно кивает, — Тогда запоминай новые правила. Эта роща и все, кто ей служит — трофеи клана смерти. Никакой зависимости, никакого вассалитета. Вы, наша собственность, сучка. Наша вещь.
Сейчас, когда она уже вкусила власти, когда она ближе к нам, чем к своим бывшим приятелям, ей легче принять решение. Кайя кивает и… ничего не происходит. Ни нового квеста, ни системных сообщений. Игра не реагирует на наши договоренности. С вассалитетом Теофилии все было точно также. А значит новое приобретение должно поддерживаться исключительно силой.
— Ланс, — оборачиваюсь я, — эта роща должна стать нашим форпостом. Отсюда ближе всего до храма Смерти. Поэтому ты со своими парнями остаешься здесь. Считай себя наместником, или генерал-губернатором, как тебе угодно. Заставь этих голожопых шевелиться, — киваю на Кайю, показывая, что она права голоса тут не имеет. — Задачи две: доставить девять жертв на алтарь Смерти, и зачистить дорогу через лес, чтобы не пришлось каждый раз идти по ней с боями.
Физиономия ТиРекса расплывается в блаженной улыбке, а Кайя наоборот бледнеет еще сильнее. Чувствую, эти двое поладят, едва я успею отойти на безопасное расстояние. Ну и ладно, главное, чтобы делу не в ущерб.
— А жертвы из этих? — Ланс кивает на все еще стоящих на коленях "движовцев".
— Это уже не твоя беда, — отвечаю ему, — они ребята шустрые, пускай вместо себя других наловят. Будут плохо стараться, лягут на алтарь сами.
— Мы наловим, — влезает Кайя. — Это мы умеем.
— Вот видишь, тебе только доставку организовать, — поддерживаю я, — и силовое прикрытие.
— Втроём? — в голосе Ланса звучит сомнение.
— Принимай людей, кто тебе мешает, — отвечаю ему. — К тёлкам здешним присмотрись, они боевитее пацанов. Может кто из пришлых приглянется тебе. Если эти придурки самоутверждаются за счет "недобитков", то нам они пригодятся. Нам нужен не просто клан, нам нужна армия.
— Зачем, — Лансу непонятны мои слова, он привык сражаться один.
— Чтобы быть самыми сильными, конечно, — ухожу от прямого ответа.
Сам для себя я его, конечно знаю. Альянс, который я попытался создать, уже трещит по швам. Значит надо рассчитывать только на себя.
От рощи до города мы дошли минут за десять. Можно было бы сказать точнее, игровой таймер исправно отсчитывал время, оставшееся до конца дневной сессии, но мне было неохота этим заниматься. Дошли и дошли.
По дороге на нас напали несколько пушистых тварюшек совсем мелких уровней, зато, наверное, с огромным агро. Ещё мы прошли мимо рощи с шелкопрядами, полюбовались с отрядами спорщиков в соломенных шляпах, даже перекинулись с ними парой фраз и разошлись миром.
От них мы узнали, что в городе появились ремесла. Пока владели ими только неписи. Открылась кузня, кожевенная мастерская для легких доспехов, ателье для фановых тряпок и даже лавка алхимика. Я пославил себе заметку в памяти — туда заглянуть обязательно.
Игроки пока могли только добывать ингридиенты и покупать готовые продукты. Обучения профессиям не было, хотя некоторые чудики уже обивали пороги кузни или лавки, умоляя обучить их основам мастерства.
И уже абсолютно не удивила весть, что все торговые точки подмял под себя Шило. Квесты на сырье, и продажа готового шмота шла исключительно через него. Поначалу возникли несколько вольнодумцев, заявивших что тут "вольный город", но они быстро исчезли в неизвестном направлении, а им на смену пришли люди осторожные и рассудительные.
Шелк собирали и тихушники, за бабло, и хорошее, и бывшие последователи Бистии, в надежде, что их возьмут в основной состав, то есть бесплатно.
Я черкнул в чате Лансу, что стоит наведаться сюда для вербовки свежих кадров. Больше мы здесь задерживаться не стали, город начинался буквально в двух шагах.
Мы с Анной шли по улице и я не верил собственным глазам. Такое ощущение, что вчера мы вышли из одной игры, а сегодня зашли уже в другую. Понятно, что мир меняется, но не так же быстро… Объяснить это могу только тем, что нейросеть "подслушивает" желания игроков, и подгоняет под них окружающую среду.
В лавках появляются нужные товары а в интерфейсах новые возможности. Иначе как за сутки игровое псевдо-средневековье смогло превратиться в пеструю кланово-футуристическую систему.
Жрицы Лолс из чудаковатых ведьмочек с всклокоченными волосами и голыми сиськами превратились в заносчивых пафосных сучек. Их черные шелковые балахончики которые заканчивались чуть выше попы, подчеркивали куда больше, чем скрывали, а по большей части обнаженные части тела были покрыты вязью сложных клановых татуировок.
В моде у этих дамочек были лаковые сапожки на высоченных шпильках.
Первая жрица, которую мы увидели, шла задрав нос в гордом одиночестве, а рядом с ней бежали три деловитых паука десятого уровня. Не то местность патрулировала, не то питомцев выгуливала.
Еще две, молодые и смешливые, вели за собой мужика в черных латексных плавках и с голым торсом. На мужике был ошейник с короткой цепью которая заканчивалась в ладони одной из жриц. Мужик словно сошел со страниц БДСМовской порнухи. На его лицо была натянута черная латексная маска, оставлявшая открытой только ноздри и глаза. Мужик послушно семенил за жрицами.
— Это, вообще, что? — слегка охренев я обернулся к Анне.
— Они так кандидатов в клан тренируют, — фыркнула Анна, — В основном составе только девочки, но есть и своя гвардия из мужиков. Но туда можно попасть только так.
— Походу им всем это просто нравится, — заметил я.
— Не без того, — подтвердила Анна. — это же игра. Зачем себя сдерживать?
Нехило так, и внутренних демонов накормить, и еще бабки за это огрести в виде хрустящей наличной валюты.
Игра словно раз за разом перетряхивала игроков в огромном миксере, вытаскивая наружу те черты, которые люди прячут в реальном мире, опасаясь последствий, осуждения, или стыда. Тут, в игре, каждый в конечном итоге находит свое место, даже если это место убийцы, раба, вора или шлюхи.
Пестрые стайки сторонников Вечного Движа, напоминали мне кришнаитов, которых я видел на улицах в раннем детстве, в эпоху всеобщей свободы и всеобщего безденежья. Кришнаиты и свобода с тех пор куда-то делись, а вот безденежье и воспоминания остались.
Веселые и беззаботные "движовцы" обоего пола задрапированные в разноцветные шелковые ленты приплясывали босиком на мостовой под медитативные мелодии клановых портативных колонок, улыбались всем встречным и норовили завлечь их к себе в тусовку. Я уже догадывался, где завершается путь таких развеселых компаний, но теперь это было мне на руку, поэтому я одобрительно подмигивал девчонкам, и даже пару раз хлопнул ладонями в такт.
Тихушников, последователей Шептуна было на улицах больше всех. Серые плащи шастали в одиночку и группами, деловито шныряли и слонялись без всякой цели, без особой злости задирали прохожих, с безопасного расстояния выкрикивали пошлые шуточки паучьим жрицам, намного наглее клеились к движовым девчонкам, а порой и увязывались за ними следом.
И тут я увидел интересное. По улице шел паладин. Спокойно так себе шел, даже по сторонам особо не оглядывался. Возле его ника светилась отметка Бистии, а рядом шагали два тихушника. Но вместо того, чтобы напасть на явного врага, они внимательны зыркали вокруг, как заядлые телохранители.
Я хотел подойти и поинтересоваться, что здесь, собственно, происходит, как вдруг по улице пронесся клич:
— Недобитки на прорыв пошли!
— Бегом к площади!
— Опыт! Опыт!!!
— Гаси недобитков!
Всех гуляк тут же словно ветром сдуло. Даже движовцы исчезли, хотя сомневаюсь, что в бою от них будет реальный толк.
— Сходим поглядеть? — поинтересовалась Анна.
— Сомневаюсь, что будет на что смотреть, — покачал головой я, — где бы это не было, там сейчас половина города пирует.
— Слышь ты, черный! А ну стопэ! — вдруг услышал я.
Я обернулся, испытывая невероятное изумление. "Черным" меня могли назвать по цвету доспехов, ладно. Но вести себя так борзо, учитывая мой уровеень могли либо идиоты, либо самоубийцы.
— Вы это нам, мальчики? — опередила меня Анна.
— Тебе соска, и пацану твоему, он у тебя глухой, походу.
К нам вразвалочку приближалась банда тихушников. Назвать эту компанию иначе язык не поворачивался. Шли вразвалочку, полностью уверенные в своей силе.
Разговор вел пятнадцатый уровень по имени Весло, остальные одобрительно скалились. Я чуть прищурился, разглядывая игровые имена, и возле каждого возник крохотный герб, в данном случае веревочная петля на синем поле.
То ли лассо, для поимки жертв, то ли виселица, которая рано или поздно ждет каждого из почитателей теневого Бога. Я в своем мнении склонялся ко второму варианту.
У каждой фракции теперь имелся свой герб, который можно было рассмотреть чуть скосив глаза.
У Бистии золотая дубина на красном фоне, у Шептуна веревочная петля на синем, У Лолс ожидаемо черный паучок на зеленом, а у Вечного Движа лиловая бутылка на оранжевом.
Ну и наконец нащ дом щеголял белой черепушкой на черном фоне. Такой вот Веселый Роджер. Символ немного банальный, зато строгий и эстетичный.