Звонили из Пулхэмптона – тамошняя полиция рвалась в бой. Тайлера просили приехать как можно скорее. Они обнаружили «Олушу», а также получили сведения о мотоцикле, про который их просили навести справки. Тайлер, раздав все возможные указания и оставив сержанта Толуорти за главного, вскоре мчался по направлению к побережью на заднем сиденье полицейского автомобиля. Рядом с ним расположился Найджел.
В участке их встретил суперинтендант Флэксенхэм, рослый человек с румяным лицом, не бойкий на язык, но явно знающий свое дело. Суперинтендант без лишних слов указал на крупномасштабную геодезическую карту, разложенную на столе.
– Видите выемку? Это бухта. Говорят, ее когда-то облюбовали контрабандисты; вода глубокая даже в отлив, берег изрезанный. С обеих сторон высокие скалы, а здесь… – Флэксенхэм постучал крупным пальцем по карте, – здесь Баскет-Даун, малолюдное широкое плоскогорье. Две или три фермы в глубоких долинах, в остальном не заселено; типичный ландшафт для этого края. – Суперинтендант, подумалось Найджелу, явно черпал вдохновение в местном путеводителе. – По некоторым причинам – о них расскажу позже – эта область в последнее время еще больше обезлюдела. После вашего сообщения мы стали наводить справки насчет «Олуши» вдоль побережья: в деревнях, туристических лагерях, на фермах и так далее. Яхту никто не видел, и мы долго не могли ничего выяснить о той ночи. Однако вчера пришел доклад от констебля Харкера. Харкер несет службу в деревушке Биддл-Монакорум, расположенной, как вы сами увидите, в пяти милях к западу от Баскетской бухты. Согласно его докладу, владелец пивной «Веселый монах» сообщил следующее. В субботу вечером в заведении появился бродяга по имени Иезекиил Пенни. В ходе разговора он упомянул, что в ночь на пятницу видел над плоскогорьем пожар. Владелец пивной, Гарри Бин, сказал, что не слышал ни о каком пожаре. Он намекнул, что Пенни просто набрался или перепутал сон с явью. Тот в ответ вышел из себя, поклялся, что был трезв, как судья, и всю жизнь провел в воздержании, а что касается снов, то этого быть не могло, потому как до пожара он именно что спал и ничего не видел, пока не проснулся. Завсегдатаи пивной, конечно, подняли его на смех. Кто-то спросил, не приняло ли пламя форму огненного змея, и так далее. Пенни стоял на своем: он видел зарево в небе, по направлению к Баскетской бухте. Решил, что на какой-нибудь лодке случился пожар, но это было не его ума дело, так что он повернулся на другой бок и опять заснул.
Так вот, джентльмены, Гарри Бин за ночь обдумал эту историю, сложил два и два, а на другое утро, то есть вчера, решил передать разговор констеблю Харкеру. Констебль, не теряя времени, связался с нами и, следуя указаниям, привез Пенни сюда. Я его допросил и выяснил кое-что любопытное. Проще всего будет зачитать протокол. Констебль Оук записал его слово в слово.
Суперинтендант взял лист бумаги, безжалостно откашлялся и начал читать:
«В: Имя?
О: Иезекиил Пенни.
В: Адрес?
О: Все Божьи равнины.
В: Ясно, без определенного места жительства. Опишите своими словами, что случилось в ночь на пятницу.
О: Я шел из Пулхэмптона. Очень милый городок, пользительный для здоровья климат…
В: По делу, пожалуйста.
О: Есть, генерал. Когда на землю опустились тени, я очутился на Баскетском плоскогорье, так вы его называете? Ищу, куда приткнуться на ночь, и вижу ветхий домик ярдах в ста от дороги, слева, каковой беру во временную аренду и устраиваюсь вздремнуть. Чуть погодя просыпаюсь…
В: Во сколько?
О: К сожалению, я где-то затерял свои золотые наручные часы, черт бы их взял, поэтому точно не знаю. Часа в два ночи. Может быть, в три. Итак, просыпаюсь я…
В: Была какая-то причина? Что-то вас разбудило?
О: А! Беда с этим котелком! Совсем забыл. Все так, генерал: должно быть, тот гнусный мотоцикл меня и разбудил.
В: Мотоцикл?
О: Да. Я слышал, как по направлению от берега удаляется мотоцикл. Наверное, проехал мимо, когда выруливал на шоссе.
В: Двигатель, если судить по звуку, был мощный?
О: Не могу знать, генерал. Ничего не смыслю в двигательном ремесле. Уж наверное мощный, так его растак, если меня разбудил.
В: Что было потом?
О: Я встаю, подхожу к двери моего временного особняка, смотрю по сторонам и вижу как будто зарево в небе, прямо над бухтой. Тут я и говорю себе: «Да там, видно, пожар». Потом ложусь и опять засыпаю.
В: И вы ничего не сделали? Почему не доложили?
О: Я что, пожарный расчет? Телефона в коттедже не было, а радиостанцию я с собой не прихватил.
В: Ладно, хватит об этом. Вечером, идя по холмам, вы не видели кого-нибудь подозрительного? Не слышали ничего, кроме мотоцикла?
О: Ни души, генерал. Король всему, что видел, так его растак».
– Это все, чего мы добились от Иезекиила Пенни, – добавил суперинтендант Флэксенхэм, подавив искорку в глазах.
– Странно, что никто больше не видел огня, – заметил Тайлер. – Разве поблизости не было туристов?
– В том-то и соль. Как я сказал, эта часть плоскогорья в последнее время совсем опустела. Все дело в том, что Министерство военно-воздушных сил выкупило землю для тренировочного бомбометания.
– А! – сказал Найджел себе под нос. – Solitudinem faciunt, pacem appellant[22].
– Так вот, джентльмены, получив эти сведения, мы провели расследование, в результате которого вчера вечером обнаружили неподалеку от входа в бухту затонувшее судно. Его уже подняли и доставили на берег. Есть все основания полагать, что это останки яхты, которую вы ищете. Если не возражаете, мы сейчас же туда отправимся. Я связался с Элайей Фоуксом – это человек, который присматривал за «Олушей». Он поедет с нами. У вас есть какие-нибудь новости о мистере Джозефе Баннете?
– Самого пока не нашли, но о подвигах наслышаны, – мрачно ответил инспектор, после чего вкратце описал Флэксенхэму открытие в доме Джо.
– Ну и ну! – воскликнул суперинтендант. – Крепкий, должно быть, орешек! Скверно, очень скверно. Да, а я-то думал найти мистера Баннета и Блоксэма на «Олуше».
– Что? – подскочил Найджел. – Блоксэма?
– Да. Он рыбак – или был рыбаком, когда тут еще водилась рыба. Баннет взял его на борт в последнюю минуту.
– Забыл вам сказать, мистер Стрейнджуэйс, – прибавил Тайлер.
– Черт возьми, но ведь это в корне меняет дело! Разве не видите…
– Мою теорию это не меняет, сэр, – ответил инспектор в своей невероятно раздражающей манере. – Все сходится идеально.
– А, так у вас есть теория? И когда ждать сеанса разоблачения?
– Дайте сперва взглянуть на яхту.
– Хм-м… Надеюсь, ваша теория объясняет два удивительных и вопиющих противоречия, которые преподносит нам этот круиз.
– Противоречия? – переспросил Тайлер, делая вид, что для него это не новость. – Именно, противоречия. И какие бы вы назвали противоречия?
– Ха, все вам расскажи! Что ж, слушайте. Во-первых, мы знаем, что Джо Баннет – опытный моряк, презирает двигатели, с детства на «ты» с парусом…
– Зачем ему разговаривать с парусом? – перебил его Флэксенхэм.
– Да, это я сглупил. И все же, почему наш морской волк без всякой на то причины ставит на яхту дополнительный двигатель? Противоречие номер один.
– Вы же слышали: он боялся не справиться в одиночку.
– Именно. Но если он ставит двигатель, потому что собирается путешествовать в одиночку, то зачем в последнюю минуту берет напарника? Противоречие номер два.
Инспектор Тайлер задумчиво поскреб подбородок.
– Очень проницательно, сэр. Но, по-моему, все сходится. Мою теорию ваши выкладки не опровергают.
– Сфинкс Мэйден-Эстбери на допросе заявил, что сказать ему нечего. «Оракулы молчат, и вновь не зазвучат слова лукавы в капище великом»[23]. Разве только мотоцикл прогудит вдалеке.
– Да, – сказал Тайлер. – Мотоцикл. Как раз мотоцикл все и доказывает.
– Что ж, если вы, джентльмены, кончили говорить загадками, то нам пора в путь, – подытожил Флэксенхэм.
Он познакомил их с Элайей Фоуксом, загорелым молчуном, и они вчетвером сели в полицейскую машину. По дороге к бухте Тайлер засыпал Фоукса вопросами. Этот дополнительный двигатель – когда мистер Баннет решил его поставить? Фоукс понятия не имеет, когда он это решил. Он только знает, что Баннет известил его о своих намерениях примерно три недели назад и вскоре приехал, чтобы лично проследить за установкой. Фоукс сам кое-что понимает в судовых двигателях и помог в работе. Тайлера это очень заинтересовало. Когда именно приезжал Джо Баннет? Третьего и четвертого июля. Он ночевал в городе или вернулся в Мэйден-Эстбери? Ночевал – в той же гостинице, что и обычно. Что за человек этот Блоксэм, надежный? Парень что надо: хороший рыбак, немного ленивый. Он разбирается в судовых двигателях? Нет, но руку набить недолго, любой за десять минут научится. Почему мистер Баннет нанял именно его и почему так долго откладывал? Фоукс не знает, почему он откладывал, но мистер Баннет всегда мог рассчитывать на помощь Блоксэма. Тот живет тем, что сдает туристам лодки внаем, а это дело нехитрое: его парнишка, Берт, может справиться в одиночку, пока отец зарабатывает лишнюю монету на «Олуше». К тому же Блоксэм за мистера Баннета горой – несколько лет назад тот вытащил Берта из воды, когда его шлюпка попала в шквал.
– Шлюпка! – воскликнул Найджел, будто очнувшись от глубокого сна. – Где шлюпка «Олуши»? Ведь должна быть шлюпка?
– Когда он выходил из порта, одна была на буксире, – подтвердил Элайя Фоукс.
– О шлюпке сведений не поступало, – заявил Флэксенхэм.
– Что ж, если в бухте затонула именно «Олуша», шлюпка должна быть где-то поблизости. Не вплавь же он добрался до берега?!
Найджел вопросительно посмотрел на Элайю Фоукса, но тот хранил молчание, словно бронзовый идол. Найджел отчаянно порылся в памяти и вспомнил:
– Контрабандисты! В Баскетской бухте когда-то прятались контрабандисты. Может быть, там есть пещера?