– Давайте придерживаться версии самоубийства, – предложил Кеннет. – Оно более вероятно.
– Вы так думаете? Почему?
– Очевидное соображение. Он убил Арнольда, думал, что вы раскусили его, потерял присутствие духа и застрелился. Виолетта говорила, он был испуган.
– Она так говорила? – спросил Джайлс. – Почему она так решила?
– Я не спрашивал.
Лесли, преодолевая дрожь в голосе, произнесла:
– Должно быть, он был испуган. Мне тоже так показалось.
– Так вот, а я не заметила у него никаких проявлений страха, – категорично заявила Антония.
Лесли посмотрела ей прямо в глаза.
– Они были, Тони! Я часто видела на его лице испуганное выражение.
– Роджер считал, что ты хочешь его убить, только поэтому, – остервенело выпалила Антония. – Он говорил, что ты… – Она умолкла и густо покраснела. – О господи, что я несу? Разумеется, это была всего лишь шутка! На самом деле он так не думал!
– Да, вряд ли он мог так думать, – спокойно сказала Лесли. – Не могу сказать, что он мне очень нравился, но у меня не было ни малейшего желания его убивать. Однако, может, и хорошо, что у меня есть алиби. – Она повернулась к Ханнасайду и улыбнулась. – Вчера вечером я была с мистером Кеннетом Верекером с четверти восьмого. Мы поужинали в клубе «Карлтон», а оттуда отправились в Альберт-холл, где танцевали до четырех часов. Потом вернулись сюда.
– Мисс Риверс, вы были вместе весь вечер?
– Да, конечно, – ответила она.
Кеннет с непонятным выражением в глазах быстро глянул ей в лицо.
– Вы отправились на бал одни или в компании? – спросил Ханнасайд.
Джайлсу показалось, что она на миг заколебалась.
– Мы присоединились к компании, – ответила Лесли.
– К большой, мисс Риверс?
– Нет, не очень.
– Сколько там было людей?
– В общей сложности около дюжины, – сказал Кеннет. – Мы вместе занимали ложу.
– И естественно, вы танцевали с другими членами компании, не только с мисс Риверс?
– Естественно, – согласился Кеннет.
– Но после каждого танца мы возвращались в ложу, – вмешалась Лесли. – Мы не теряли друг друга из виду больше чем на пять минут, правда, Кеннет?
– Да, – медленно произнес Кеннет. – Скорее всего правда.
«Это ложь, – с упавшим сердцем подумал Джайлс. – А Кеннет лгать не умеет».
– Мистер Верекер, вы не покидали Альберт-холл во время танцев?
– Нет.
Наступила пауза. Ханнасайд полез в карман и достал пенковую трубку.
– Видели вы эту вещь раньше? – спросил он.
Кеннет посмотрел на трубку, потом протянул руку. Ханнасайд передал трубку ему. Кеннет внимательно осмотрел ее и вернул.
– Много раз. Это моя трубка.
– Я нашел ее на каминной полке в квартире вашего единокровного брата.
– Вот как? – сказал Кеннет. – Должно быть, я оставил ее там.
– Когда?
– Два или три дня назад. Я там ужинал.
– Вы не хватились ее?
– Нет, – равнодушно ответил Кеннет. – Я не курю постоянно одну и ту же трубку.
– Пенковой трубкой обычно дорожат, – сказал суперинтендант. – Знаете, я тоже курю трубку.
– Может быть, но вы не Верекер, – ответил Кеннет. В глазах у него появилось озорное выражение. Он отодвинул тарелку и поставил локти на стол. – А можно я задам несколько вопросов?
– Минутку, мистер Верекер. Сперва назовите мне фамилии других членов вашей вчерашней компании.
– У вас будет занятой день, – заметил Кеннет. – Лесли, кто был в нашей компании?
– Так, Херншоу, это один, – начала она задумчиво.
– Два, дорогая. Мистер и миссис Джералд Херншоу, Холтинг, Крейнли. Суперинтендант, вам предстоит приятная увеселительная прогулка.
– И Томми Дру, – продолжала Лесли.
– Достопочтенный Томас Дру, живет в Олбани. Вы без труда найдете его, суперинтендант, но после одиннадцати он уже явно был нетрезв, так что проку от него может оказаться маловато, – сказал Кеннет.
– И какие-то люди по фамилии Уэстли. Я не знаю, где они живут.
– Это та шушера, что пришла с Артуром и Полой? – спросил с любопытством Кеннет. – Я один раз танцевал с этой женщиной. Они живут где-то в Патни-Хилл, разводят шпицев.
– Ты это выдумал, – укоризненно сказала Антония.
– Нет. Эта женщина сказала, что у нее в Ричмонде три первых призера от ее суки Пэнси из Полтмора.
– Тогда Полтмор, видимо, название ее дома, – сказала Антония. – И Пэнси – кличка для собаки отвратительная.
Тут вмешался Джайлс:
– Дело пойдет быстрее, если мисс Риверс станет отвечать на вопросы суперинтенданта, а вы тем временем помолчите.
– Не забудь ту рыжую девицу, – сказал Кеннет, встав и подходя к камину. – Она пришла с Томми и, похоже, пожалела об этом.
Он выбрал трубку из подставки на каминной полке и стал набивать ее табаком из глиняного сосуда. К тому времени, когда он закурил, Лесли дошла до конца своего перечня, и суперинтендант записывал в блокнот последнюю фамилию. Кеннет пыхнул несколько раз и сказал:
– А теперь, с вашего разрешения, когда мой единокровный брат застрелился?
– Вашего единокровного брата, мистер Верекер, застрелили прошлой ночью – видимо, до полуночи, однако на этот счет у меня пока нет достоверных сведений.
– Из какого оружия?
– Из автоматического кольта тридцать второго калибра.
Кеннет приподнял брови:
– Вот как? Тони, где твой пистолет?
Она встревожилась, увидела хмурый взгляд Джайлса и отрывисто сказала:
– К чему ты клонишь? Я не убивала Роджера.
– Никто не говорит этого, детка. Где он?
– В верхнем левом ящике моего стола.
Кеннет пошел к ее столу.
– Готов держать пари, его там нет.
– Ну, на этот раз ты проиграл бы, – сказала Антония. – Я знаю, что он там, так как доставала и смазывала его в тот день, когда мы делали здесь генеральную уборку.
Кеннет открыл ящик и перебрал лежавшие там бумаги.
– Я выиграл, – сказал он. – Постарайся вспомнить.
– Но я знаю, что клала его туда! – побледнев, сказала Антония. – Под старые чеки. Лесли, ты была здесь. Не помнишь?
– Помню, как ты его смазывала, но не видела, куда положила, – ответила Лесли. – Кеннет, загляни в правый ящик.
– И там нет, – сказал Кеннет.
– Я уверена, что положила его в левый ящик! – заявила Антония. Она встала, подошла к столу и переворошила содержимое ящика. Потом испуганно сказала: – Да, пистолета здесь нет. Кто-то взял его.
– Ты абсолютно уверена, что потом не доставала его и не забыла об этом? – спросил Джайлс.
– Да. Он всегда лежит в этом ящике. Я не брала его оттуда.
– Не трудись, – сказал Кеннет.
Ханнасайд спокойно спросил:
– Мисс Верекер, кто-нибудь, кроме вашего брата и мисс Риверс, знал, где вы храните свой пистолет?
– Да многие знали!
– Нельзя ли поточнее?
– Все, кто хорошо знал эту квартиру. Например, ты, так ведь, Джайлс?
– Да, Тони, я знал, что ты держишь пистолет в письменном столе. Кажется, по моему совету. Но разве я не советовал еще и запирать ящик?
– Вроде бы советовал, но я давным-давно потеряла ключ, да и все равно вечно забывала держать ящик на запоре.
– Мисс Верекер, думаете, ваш единокровный брат знал о пистолете?
Она задумалась:
– Роджер? Видимо, он обнаружил его, так как сам сказал, что рылся в моем столе в поисках денег. Кеннет, ты к этому клонишь? Думаешь, Роджер взял его?
– Да, конечно, – ответил Кеннет. – А мой друг-суперинтендант думает, что взял я.
Ханнасайд не обратил на это внимания, но спросил Антонию, знает ли она номер пистолета.
– Тони, он указан в твоей лицензии, – подсказал Джайлс. – Можешь ее найти?
– Она наверняка где-то в моем столе, – с надеждой сказала Антония.
Изнурительные поиски, в которых ей помогали Кеннет, Джайлс и Лесли Риверс, привели наконец к находке лицензии на владение оружием. Антония торжествующе вручила ее Ханнасайду, извиняясь при этом за ее растерзанный вид. Сказала, что однажды, когда Джуно была щенком, лицензия стала добычей собак.
Ханнасайд записал номер пистолета, вернул лицензию хозяйке и пошел к выходу. Кеннет остановил его:
– Друг Озрик, насколько вы серьезны в мнении, что это может не быть самоубийством, – спросил он.
– Вы сами напомнили мне, что я не Верекер, – ответил Ханнасайд. – Я не шучу такими вещами.
– Есть какая-то тайная причина считать это убийством?
– Да, – сказал Ханнасайд. – Несколько причин. Хотите узнать еще что-нибудь?
– Конечно, – несколько неожиданно ответил Кеннет. – Очень хочу узнать, кто очередной наследник после меня.
Его слова вызвали изумленное молчание. Нарушил его Ханнасайд.
– Это не моя сфера, – сказал он.
– Неприятно возражать вам, – заговорил Кеннет, – но это именно ваша сфера. Если это убийство, то я, похоже, стану очередной жертвой. И честно говоря, не представляю себя в этой роли. Я прошу защиты полиции.
Глава двадцатая
Суперинтендант смотрел на него несколько секунд, нахмурив брови. Но тут в разговор вступила Антония.
– А разве не я очередная наследница? – спросила она. – Джайлс, разве не я?
– Не знаю, Тони. Ваш отец, составляя завещание, не предвидел смерти всех троих сыновей. Возможно, и ты.
– Что из этого следует? – вкрадчиво спросил Кеннет.
– Скотина! – в сердцах обругала брата Антония.
– Если вы всерьез хотите защиты полиции, то наверняка получите ее, подав заявление в соответствующий отдел, – сказал Ханнасайд. – А пока что я хотел бы поговорить с вашей служанкой.
– Наверное, это очень важно, – заметил Кеннет, неторопливо подошел к двери и позвал Мергатройд.
Служанка тут же вошла и, услышав, что с ней хочет поговорить суперинтендант, посмотрела на него с нескрываемой враждебностью.
– Ну? – спросила она. – Можете не говорить мне, что случилась какая-то гадость. Сама вижу.
– Однако ты нипочем не догадаешься, что именно стряслось, – сказал Кеннет. – Роджер мертв.
Мергатройд быстро перевела взгляд с одного на другого.