умажнике было четыре отделения – два больших и два маленьких. Кожа была высококачественная и очень хорошо сохранилась. Вероятно, это был свадебный подарок, сделанный кем-то три года назад. В четырех отделениях не было ничего, включая и внешнее отделение, шедшее снаружи по всей длине бумажника. Марч бросил его на блокнот.
– На бумажнике не было никаких отпечатков пальцев, – сказал он.
Мисс Сильвер выпрямилась на стуле.
– Но он же был чистый, Рэндалл.
Он слегка нахмурился:
– Я не вполне вас понимаю.
– Эту вещь нашли у задней стенки комода. Там было полно пыли, но бумажник остался чистым. Как вы думаете, сколько времени он мог оставаться чистым, лежа в пыли?
– Недолго. Но он и не должен был находиться там долго. Рабочая версия заключается в том, что бумажник лежал среди старых газет на дне ящика, а потом его случайно сдвинула к сломанной задней стенке ящика миссис Роббинс, когда положила туда стопку свежевыстиранных рубашек.
Мисс Сильвер кашлянула.
– Вы не ответили на мой вопрос, Рэндалл. Я спросила: сколько времени, по вашему мнению, мог бумажник пролежать в ящике комода и не запылиться?
Фрэнк Эббот перестал писать. Отложив ручку, он уставил взгляд в лицо мисс Сильвер.
– Я не знаю, – сказал Марч.
Мисс Сильвер кашлянула еще раз.
– Конечно, не знаете, потому что у вас нет привычки регулярно вытирать пыль в доме. Любая женщина скажет вам, как быстро садится пыль на любую поверхность. Если бы бумажник пролежал в том месте, где вы его нашли, хотя бы час-два, он бы успел покрыться пылью. Он собрал бы еще больше пыли, если бы пролежал там сутки, а с тех пор как миссис Роббинс положила в ящик чистые рубашки мужа, прошло целых пять дней.
Марч не сразу нашелся, что ответить.
– Этого нельзя утверждать наверняка. Роббинс мог и сам заглянуть в ящик.
– Да, для того чтобы взять оттуда рубашку. Но от этого бумажник не завалился бы за заднюю стенку ящика. Это могло произойти только от того, что рубашки туда положили.
– Что вы подразумеваете?
Мисс Сильвер строго взглянула на Марча:
– Я ничего не подразумеваю. Я просто констатирую факт: кто-то преднамеренно положил бумажник Генри Клейтона туда, где вы его обнаружили, и произошло это не более нескольких часов назад.
Марч нахмурился еще больше.
– Вы хотите сказать, что его спрятал туда Роббинс?
– Нет, этого я как раз сказать не хочу. Зачем ему было так опасно поступать? Он мог бы сжечь его в печке, разрезать на мелкие кусочки и спустить в канализацию – и это только две возможности из многих, вполне доступных для человека его ума.
– Вы явно хотите меня запутать. Случай этот ясен, как божий день. Роббинс, по непонятной причине, хранил этот бумажник – если бы преступники не сохраняли улики, то большая часть из них до сих пор разгуливала бы на свободе. Роббинс хранил бумажник, и когда узнал, что в доме будет обыск, спрятал улику в надежное, как он считал, место.
Мисс Сильвер покровительственно кашлянула. Марч только что совершил вопиющую и очень показательную логическую ошибку. Фрэнк Эббот тоже это понял и теперь с интересом ожидал, как мисс Сильвер ею воспользуется.
– Думаю, что все было не так, Рэндалл. Вы забываете, что Роббинс проработал дворецким тридцать лет. Пока в доме было достаточно слуг, он – согласно своим обязанностям – следил за регулярной уборкой в помещениях, где стояла мебель с выдвижными ящиками – например, два письменных стола в кабинете, бюро в утренней комнате, большой буфет в столовой. В определенное время – например, с наступлением весны – все ящики вынимали из столов, комодов и бюро и тщательно очищали от пыли, как и каркасы мебели. Человек, год за годом наблюдавший эту ритуальную уборку, не мог рассчитывать на то, что полиция будет производить обыск спустя рукава. Я органически не могу поверить в то, что Роббинс сам положил бумажник туда, где вы его нашли.
– Тогда кто положил?
– Тот, кому было нужно, чтобы бумажник нашли именно там.
Марч откинулся на спинку стула:
– Все улики указывают на виновность Роббинса. Дело это абсолютно ясное, и вы просто хотите увести меня в сторону.
Мисс Сильвер кашлянула.
– Я всего лишь делаю свои выводы из фактов. Возможно, мне не следовало этого делать. Но взгляните на факты и сделайте выводы сами. До половины четвертого всем в доме было известно, что будет обыск…
Марч перебил мисс Сильвер:
– Вы говорите, что это было известно. Однако у вас нет никаких доказательств того, что к этому времени о предстоящем обыске знал Роббинс. Я виделся с Джеромом Пилгримом, сказал, что хочу произвести обыск, и получил его разрешение. Он предложил начать с его комнаты и вызвал мисс Элиот. Я попросил ее отвести в комнату Джерома Пилгрима сержанта Эббота и сержанта Смита, что она и сделала. Может быть, вам известно, что она виделась с Роббинсом и предупредила его об обыске?
– Нет, об обыске Роббинсу сказал капитан Пилгрим. Они встретились в холле, когда пришла мисс Фрейн. После этого Роббинс пошел на кухню и устроил сцену своей жене. Миссис Роббинс сказала мне, что он был страшно недоволен и злился на капитана Пилгрима, так как считал обыск бесчестьем для дома. Он так распалился, что не мог остановиться, а потом сказал, что полиция подозревает его, и в этом есть и ее вина, потому что она очень жалеет убитого мистера Генри.
– Но, дорогая мисс Сильвер…
– Одну секунду, Рэндалл. Жена Роббинса свидетельствует о том, что ее муж знал об обыске, был им страшно недоволен и знал о том, что полиция подозревает его в убийстве Генри Клейтона. Если бы он знал, что бумажник Клейтона спрятан в ящике комода, то скорее всего побежал бы в свою комнату, чтобы убрать из комода убийственную улику до начала обыска. Вместо этого он идет на кухню, где некоторое время возмущается обыском и ругает жену за жалость к Генри Клейтону. Выйдя из кухни, он сталкивается с мисс Колумбой, которая уводит его в утреннюю комнату и заставляет заниматься окнами. Мисс Фрейн уходит домой, а капитан Пилгрим поднимается в свою комнату. Роббинс – в течение двадцати минут, что продолжается обыск – тратит время на ссору с женой, а затем поднимается наконец наверх, но идет не к себе, а в комнату капитана Пилгрима, стучится в дверь и, проявляя настойчивость, убеждает Лону Дэй в том, что ему надо непременно поговорить с мистером Джеромом. Мисс Дэй отсылает его прочь, и только после этого он идет наконец в свою комнату. Неужели вы действительно думаете, будто так может вести себя человек, знающий о том, что смертоносная для него улика лежит в ящике комода, где ее неизбежно найдут во время обыска?
Глава 36
Рэндалл Марч мельком посмотрел на Фрэнка Эббота, а потом уставил взгляд в лицо мисс Сильвер и заговорил, отбросив остатки официальности.
– Послушайте, – сказал он, – что все это значит? У вас что-то припасено в рукаве? Другими словами, вы куда-то клоните?
– Действительно, Рэндалл!
Марч мрачно рассмеялся.
– Что значит «действительно»? Я задал вам вопрос и вполне уважительно, но и решительно жду недвусмысленного ответа. Я хочу знать, что вы припрятали в рукаве, и если там на самом деле что-то есть, то вы должны мне сказать, что это. Вы сами видите, что это дело уже стоило жизни четверым. Я не вполне разделяю мнение о том, что все смерти были убийствами, но дело это чрезвычайно серьезно, чтобы играть в кошки-мышки. Если вы знаете то, чего не знаю я, то вынужден попросить вас поделиться со мной своими важными знаниями.
Мисс Сильвер внезапно одарила Рэндалла Марча своей самой очаровательной улыбкой. Фрэнк Эббот однажды заметил, что такая улыбка может растопить айсберг или смирить гиену.
– Я ни в коем случае не жажду скрывать важную информацию. Я готова сказать вам все, что знаю, но мне кажется, вы не придадите ей должного значения.
– Но вы поделитесь со мной этой информацией?
Прежде чем заговорить, мисс Сильвер выдержала довольно долгую паузу.
– Важно или не важно? Это ведь всего лишь слова, не правда ли? Если вы собираете мозаику, то важным может оказаться не большой, а именно маленький фрагмент, который позволит завершить целостную картину. Все зависит от расположения других частей – разве нет?
Фрэнк подумал: «У нее что-то есть. Интересно что? То, что она знает, Марчу не понравится, и она хочет обставить все дело помягче».
Марч выдавил улыбку:
– Я не откажусь и от маленького фрагмента. Прошу вас.
Мисс Сильвер выпрямила спину и положила руки на колени, всем своим видом напомнив учительницу, которая собирается приступить к трудной и малопонятной теме.
– У меня есть два маленьких факта и одно доказательство. Возможно, вы помните, что Мэгги Пелл, сестра Глории Пелл, работала здесь служанкой в то время, когда исчез Генри Клейтон… – Она выдержала многозначительную паузу и поправилась: – В то время, когда убили Генри Клейтона. Ее призвали в армию, и сейчас она находится здесь в отпуске. Сегодня после обеда Мэгги пришла навестить мисс Колумбу, и я воспользовалась этой возможностью, чтобы поговорить с ней.
– И о чем вы говорили?
– Мне пришло в голову, что человек, который заколол Генри Клейтона, а потом спрятал его тело в подвале, наверняка испачкал одежду, возможно, даже сильно – настолько сильно, что одежду надо было либо вычистить, либо уничтожить. Я подумала, что Мэгги, возможно, вспомнит об исчезновении каких-то предметов одежды либо о том, что какие-то вещи отправили в химчистку. Я спросила ее об этом, и Мэгги рассказала весьма интересную историю. Во всяком случае, эта история меня заинтересовала, и, надеюсь, заинтересует и вас. На следующий день после того вечера, когда, как мы теперь знаем, был убит мистер Клейтон, мисс Джанетта, как обычно, собралась выпить утреннюю чашку какао, но, по несчастью, опрокинула – даже не чашку – кувшин с напитком, залив фиолетовый халат, в который она была в тот момент одета. Какао, как всегда, ей подавала мисс Дэй, которая варит его в ванной на спиртовке. Сама мисс Дэй была в красиво вышитом китайском халате, который она надела, так как в доме в тот момент было холодно. Этот халат тоже пострадал от какао. Мисс Джанетта сильно расстроилась и обвинила мисс Дэй в том, что та проявила беспечность и опрокинула кувшин с какао, но мисс Дэй в разговоре с Мэгги сказала, что мисс Джанетта сама опрокинула кувшин. В тот же день мисс Джанетта велела Мэгги отправить халат в химчистку. Кроме испорченного халата в чистку отправили также пару других вещей, которые надо было просто освежить. Мэгги спросила у мисс Дэй, не хочет ли она отправить в чистку и свой китайский халат, но мисс Дэй отказалась, сказав, что уже замочила халат и самые большие пятна удалось отмыть. Правда, мисс Дэй опасалась, что халат будет испорчен навсегда.