Спарго прежде не приходилось обыскивать людей, но он неплохо справился со своей задачей, тщательно и аккуратно осмотрев одежду пленника. Через минуту он ловко извлек из кармана тяжелый револьвер, и Майерст, наконец обретя дар речи, разразился ругательствами.
– Прекрасно, – кивнул Бретон. – Спарго, вы убедились, что у него больше ничего нет? Мистер Майерст, теперь – кру-угом! Идите в дом с поднятыми руками и помните, что у вас за спиной два револьвера. Марш!
Майерст выполнил его приказ, продолжая осыпать их грубой руганью. Все трое вошли в коттедж. Бретон ни на секунду не спускал глаз с пленника, Спарго посмотрел на обоих стариков. Кардлтон, бледный и дрожащий, сидел в дальнем углу, опустив голову и бессильно откинувшись на стуле. Элфик, подавленный, поднялся с места и шагнул к ним на подгибавшихся ногах.
– Не бойтесь, все в порядке, – успокаивающим тоном обратился к нему Бретон. – Не надо вставать. Для начала мы разберемся с мистером Майерстом. Майерст, дружище, сядьте на этот стул. Сядьте, я сказал! А вы, Спарго, возьмите вон ту веревку. Свяжите Майерста по рукам и ногам и прикрутите его к стулу. Но крепко свяжите, сделайте двойные узлы и расположите их сзади, чтобы он не мог дотянуться.
Майерст вдруг засмеялся.
– Чертов олух! – воскликнул он. – Связывая меня, ты затягиваешь петлю на шее двух этих мерзавцев. Имейте в виду, молодые простофили!
– Ничего, скоро мы все выясним, – произнес Бретон. Он держал Майерста на мушке, пока журналист затягивал на нем веревку. – И не бойтесь причинить ему боль, Спарго, – добавил он. – Связывайте крепко и надежно. Ему еще долго тут сидеть.
Журналист прикрутил банкира к стулу так, что это сделало бы честь любому моряку. Майерст буквально не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой и лишь громко ругался.
– Хорошо, – кивнул Бретон.
Он убрал револьвер в карман и обернулся к старикам. Элфик опустил голову и сел на стул в самом темном углу комнаты. Кардлтон дрожал как в лихорадке и что-то бормотал себе под нос.
– Не бойтесь, мистер Элфик, – произнес Бретон. – И вы тоже, мистер Кардлтон. Здесь вам ничего не угрожает. Надеюсь, мы со Спарго успели вовремя. Что от вас хотел мистер Майерст?
Опекун Бретона покачал головой. Казалось, он с трудом удерживал слезы. С Кардлтоном дело обстояло еще хуже: он практически не мог держать себя в руках.
Адвокат кивнул журналисту на стоявший в углу шкафчик:
– Спарго, будьте добры, загляните в тот буфет, там наверняка есть виски. И угостите джентльменов: они совсем пали духом. Так в чем дело, мистер Элфик? – продолжил он, снова повернувшись к своему опекуну. – Что ему было нужно? Хотите, я сам скажу? Он вас шантажировал?
Кардлтон начал хныкать, Элфик кивнул.
– Да, да, – прошептал он. – Шантажировал. Забрал наши деньги, бумаги. Все забрал.
Бретон с презрением взглянул на связанного пленника.
– Так я и думал, мистер Майерст, – процедил он сквозь зубы. – Спарго, давайте посмотрим, что у него в карманах.
Журналист начал рыться в одежде лондонского банкира. Все найденное он выкладывал на стол. Было очевидно, что Майерст собирался в долгое путешествие. Он запасся мешочком с золотом, пачкой самых ходовых ценных бумаг и банковскими векселями, которые можно было обналичить в Париже. Кроме того, при нем находился чек на десять тысяч фунтов, подписанный Кардлтоном, и еще один, на пять тысяч фунтов, с подписью Элфика. Бретон внимательно рассмотрел эти находки.
– Что все это значит, опекун? – спросил он. – Почему вы и мистер Кардлтон отдали ему чеки и бумаги? Чем он вас шантажировал?
Кардлтон снова заскулил, Элфик с несчастным видом взглянул на своего воспитанника.
– Он… он сказал, что обвинит нас в убийстве Марбери, – пробормотал он. – Мы ничего не могли сделать.
– Что ему известно об убийстве Марбери и о том, как вы с этим связаны? – спросил Бретон. – Только говорите правду.
– Он провел свое расследование. Он живет в том же доме, что и мистер Кардлтон, прямо над его комнатами. И… говорит, что у него есть улики против меня и мистера Кардлтона, доказывающие нашу вину.
– Это ложь? – спросил Бретон.
– Да! – воскликнул Элфик. – Конечно, ложь! Но… он все так ловко провернул, что…
– Что вы не знаете, как доказать обратное. Значит, он живет над мистером Кардлтоном? Это многое объясняет. В любом случае нам надо вызвать полицию.
Бретон сел за стол и пододвинул листок бумаги.
– Вот что мы сделаем, Спарго, – произнес он. – Я напишу письмо суперинтенденту полиции в Хейвесе. В полумиле отсюда есть ферма, я найду там человека, которого можно послать в город с письмом. Если вы хотите отправить телеграмму в «Наблюдатель», набросайте текст, и я прихвачу его с собой.
Элфик зашевелился в своем углу.
– А полиция обязательна? – спросил он. – Может…
– Обязательна! – отрезал Бретон. – Спарго, составляйте телеграмму, а я займусь письмом.
Через час, вернувшись с фермы, Бретон сел рядом с Элфиком и положил руку ему на плечо:
– А теперь расскажите мне всю правду.
Глава тридцать пятая. Майерст рассказывает
С самого начала Спарго было ясно, что оба старых джентльмена пережили шок и до смерти напуганы. Кардлтон трясся, как паралитик, и не мог вымолвить ни слова, Элфик тоже дрожал. Когда Бретон властным тоном предложил своему опекуну выложить все начистоту, журналист решил вмешаться:
– Оставьте его, Бретон. Вы же видите, старик не в себе. И другой тоже. Мы не знаем, через что им пришлось пройти, пока нас тут не было. Ясно, что они совсем не спали. Дайте им немного отдохнуть и прийти в себя. В конце концов, теперь они от нас никуда не денутся, и он тоже.
Спарго ткнул большим пальцем через плечо, и Бретон невольно перевел взгляд на сидевшего на стуле Майерста. Заметив это, банкир усмехнулся:
– Считаете себя большими умниками? Правда, сосунки?
– Достаточно умными, чтобы поймать тебя, – отозвался Бретон. – Так что сиди и жди, пока тебя заберет полиция.
– А на каком основании вы намерены сдать меня полиции? Боюсь, вам будет очень трудно сформулировать свое обвинение, мистер Бретон.
– Ничего, разберемся, – заверил адвокат. – По крайней мере, нам уже ясно, что ты угрозами вымогал деньги у этих джентльменов.
– Неужели? А откуда вам известно, что они не доверили мне свои деньги как своему поверенному? Ну-ка, отвечайте! Нет, лучше пусть они сами скажут, если у них хватит духу. Эй, Элфик, Кардлтон – разве вы не сами поручили мне средства как доверенному лицу? Говорите, живо!
Спарго заметил, что старики вздрогнули от голоса Майерста. Кардлтон опять начал хныкать.
– Послушайте, Бретон, – прошептал он, – похоже, этот негодяй очень запугал наших бедолаг. Надо их куда-то увести и успокоить. А ты прикуси язык! – бросил он Майерсту. – Мы скажем, когда тебе нужно будет говорить.
Но Майерст лишь рассмеялся:
– Ах, сколько гонору, мистер Спарго из «Наблюдателя»! Еще один высокомерный болван. Молокосос, вообразивший о себе бог знает что. Слушайте…
Но Спарго уже повернулся к нему спиной. Он подошел к Кардлтону и, пощупав его руки, с беспокойством повернулся к Бретону.
– Дело плохо, – заметил он. – Старик не просто испуган – он болен! Что будем делать?
– Я попросил полицию привезти доктора, – ответил адвокат. – А пока давайте уложим его в постель – в соседней комнате есть две кровати. Накроем одеялом и дадим что-нибудь горячее. Пока это все, что я могу придумать.
Они уложили Кардлтона в кровать и, по удачной идее Спарго, приложили к его ногам две горячие бутыли, вскипятив воду на ржавой плитке. Потом они проводили в постель Элфика. Когда старики заснули в спальне, Бретон и Спарго вдруг сразу почувствовали, что сильно устали, насквозь промокли и буквально умирают с голоду.
– В шкафчике должна быть еда, – произнес адвокат, роясь на полках. – Консервы и все такое. Ага, вот они – сардины и копченый язык. Спарго, вскипятите кофе, а я пока открою банки.
Майерст внимательно следил за ними, и его глаза блестели.
– Кстати, я тоже не прочь позавтракать, – заявил он, когда Спарго поставил кофейник на стол. – Вы не имеете права морить меня голодом. Дайте мне поесть!
– Не бойся, с голоду не умрешь, – буркнул Бретон.
Он отрезал хлеб, большой кусок мяса, налил в чашку кофе и поставил все это перед пленником.
– Развяжите ему одну руку, Спарго, – попросил он. – Рискнем, ведь его револьвер у нас.
Несколько минут все трое ели и пили молча. Наконец Майерст отодвинул свою тарелку.
– Вот что я вам скажу, – произнес он. – Вы считаете, будто много знаете об этом деле, но есть только один человек, которому известно о нем все. Это я!
– Вот и прекрасно, – отозвался Спарго. – Наших знаний хватило, чтобы найти тебя здесь. А об остальном сообщишь в полиции.
– Можно рассказать и сейчас, если вы готовы слушать, – возразил Майерст с циничной усмешкой. – Я не собираюсь ничего скрывать. У вас сложилось обо мне не самое благоприятное мнение, но, уверяю, вы ошибаетесь. Предлагаю честную сделку! У меня в сумке есть коробка сигар. Дайте мне одну из них, угостите хорошей порцией виски, и я расскажу все, что известно. Это лучше, чем торчать тут и ничего не делать.
Молодые люди переглянулись. Бретон кивнул.
– Почему бы и нет? – тихо сказал он журналисту. – Мы не обязаны ему верить. А вдруг сболтнет что-нибудь интересное? Дайте ему сигары и выпивку.
Майерст с жадностью глотнул из бокала, который поставил перед ним Спарго, потом рассмеялся и затянулся сигарой.
– Я не собираюсь врать, – начал он. – Раз уж все так сложилось, нет смысла запираться. На самом деле мне нечего бояться. Вы не можете предъявить мне обвинение, поскольку эти джентльмены сами предоставили мне юридическое право распоряжаться своими средствами. В этом очень легко убедиться, Бретон: документ лежит в моем бумажнике. В ваших руках он будет так же надежен, как в моих, – вы адвокат и не станете нарушать закон. Но я могу обвинить вас в незаконном задержании и физическом насилии. Впрочем, я не мстительный, поэтому…