Спарго обернулся к своему напарнику:
– Элфик выписывает чек. И еще один у Майерста в руках. Готовьтесь: когда он возьмет второй чек, то, скорее всего, выйдет на улицу.
Бретон кивнул. Через минуту журналист шепнул снова:
– Внимание, он выходит.
Адвокат покинул свой пост и бросился к двери, Спарго выскочил из-за куста и сделал то же самое. Дверь открылась. Они услышали резкий голос Майерста, остановившегося на пороге и с угрозой говорившего куда-то в глубь дома:
– Не забудьте, что я вам сказал! И помните: вы оба у меня в руках, со всеми потрохами!
В следующий момент он шагнул в темноту – и наткнулся на мускулистую фигуру адвоката, который, вскинув револьвер, уверенно направил его дуло в переносицу банкира. Майерст взглянул в сторону – там стоял еще один атлетически сложенный мужчина и смотрел на него с мрачным видом, не обещавшим ничего хорошего.
– Доброе утро, мистер Майерст, – с иронией произнес Бретон. – Какая неожиданная встреча! Будьте добры, поднимите руки. Живо!
Майерст торопливо потянулся к заднему карману, но Бретон предупреждающе его окрикнул, и тот поднял руки.
– Вот так-то лучше, мистер Майерст, – усмехнулся адвокат, сжимая в руке «браунинг». – Благоразумие – лучшая тактика в данной ситуации. Спарго, проверьте карманы мистера Майерста. Только осторожно. Нам не нужны документы и бумаги, поищите у него какое-нибудь оружие.
Спарго прежде не приходилось обыскивать людей, но он неплохо справился со своей задачей, тщательно и аккуратно осмотрев одежду пленника. Через минуту он ловко извлек из кармана тяжелый револьвер, и Майерст, наконец обретя дар речи, разразился ругательствами.
– Прекрасно, – кивнул Бретон. – Спарго, вы убедились, что у него больше ничего нет? Мистер Майерст, теперь – кру-угом! Идите в дом с поднятыми руками и помните, что у вас за спиной два револьвера. Марш!
Майерст выполнил его приказ, продолжая осыпать их грубой руганью. Все трое вошли в коттедж. Бретон ни на секунду не спускал глаз с пленника, Спарго посмотрел на обоих стариков. Кардлтон, бледный и дрожащий, сидел в дальнем углу, опустив голову и бессильно откинувшись на стуле. Элфик, подавленный, поднялся с места и шагнул к ним на подгибавшихся ногах.
– Не бойтесь, все в порядке, – успокаивающим тоном обратился к нему Бретон. – Не надо вставать. Для начала мы разберемся с мистером Майерстом. Майерст, дружище, сядьте на этот стул. Сядьте, я сказал! А вы, Спарго, возьмите вон ту веревку. Свяжите Майерста по рукам и ногам и прикрутите его к стулу. Но крепко свяжите, сделайте двойные узлы и расположите их сзади, чтобы он не мог дотянуться.
Майерст вдруг засмеялся.
– Чертов олух! – воскликнул он. – Связывая меня, ты затягиваешь петлю на шее двух этих мерзавцев. Имейте в виду, молодые простофили!
– Ничего, скоро мы все выясним, – произнес Бретон. Он держал Майерста на мушке, пока журналист затягивал на нем веревку. – И не бойтесь причинить ему боль, Спарго, – добавил он. – Связывайте крепко и надежно. Ему еще долго тут сидеть.
Журналист прикрутил банкира к стулу так, что это сделало бы честь любому моряку. Майерст буквально не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой и лишь громко ругался.
– Хорошо, – кивнул Бретон.
Он убрал револьвер в карман и обернулся к старикам. Элфик опустил голову и сел на стул в самом темном углу комнаты. Кардлтон дрожал как в лихорадке и что-то бормотал себе под нос.
– Не бойтесь, мистер Элфик, – произнес Бретон. – И вы тоже, мистер Кардлтон. Здесь вам ничего не угрожает. Надеюсь, мы со Спарго успели вовремя. Что от вас хотел мистер Майерст?
Опекун Бретона покачал головой. Казалось, он с трудом удерживал слезы. С Кардлтоном дело обстояло еще хуже: он практически не мог держать себя в руках.
Адвокат кивнул журналисту на стоявший в углу шкафчик:
– Спарго, будьте добры, загляните в тот буфет, там наверняка есть виски. И угостите джентльменов: они совсем пали духом. Так в чем дело, мистер Элфик? – продолжил он, снова повернувшись к своему опекуну. – Что ему было нужно? Хотите, я сам скажу? Он вас шантажировал?
Кардлтон начал хныкать, Элфик кивнул.
– Да, да, – прошептал он. – Шантажировал. Забрал наши деньги, бумаги. Все забрал.
Бретон с презрением взглянул на связанного пленника.
– Так я и думал, мистер Майерст, – процедил он сквозь зубы. – Спарго, давайте посмотрим, что у него в карманах.
Журналист начал рыться в одежде лондонского банкира. Все найденное он выкладывал на стол. Было очевидно, что Майерст собирался в долгое путешествие. Он запасся мешочком с золотом, пачкой самых ходовых ценных бумаг и банковскими векселями, которые можно было обналичить в Париже. Кроме того, при нем находился чек на десять тысяч фунтов, подписанный Кардлтоном, и еще один, на пять тысяч фунтов, с подписью Элфика. Бретон внимательно рассмотрел эти находки.
– Что все это значит, опекун? – спросил он. – Почему вы и мистер Кардлтон отдали ему чеки и бумаги? Чем он вас шантажировал?
Кардлтон снова заскулил, Элфик с несчастным видом взглянул на своего воспитанника.
– Он… он сказал, что обвинит нас в убийстве Марбери, – пробормотал он. – Мы ничего не могли сделать.
– Что ему известно об убийстве Марбери и о том, как вы с этим связаны? – спросил Бретон. – Только говорите правду.
– Он провел свое расследование. Он живет в том же доме, что и мистер Кардлтон, прямо над его комнатами. И… говорит, что у него есть улики против меня и мистера Кардлтона, доказывающие нашу вину.
– Это ложь? – спросил Бретон.
– Да! – воскликнул Элфик. – Конечно, ложь! Но… он все так ловко провернул, что…
– Что вы не знаете, как доказать обратное. Значит, он живет над мистером Кардлтоном? Это многое объясняет. В любом случае нам надо вызвать полицию.
Бретон сел за стол и пододвинул листок бумаги.
– Вот что мы сделаем, Спарго, – произнес он. – Я напишу письмо суперинтенденту полиции в Хейвесе. В полумиле отсюда есть ферма, я найду там человека, которого можно послать в город с письмом. Если вы хотите отправить телеграмму в «Наблюдатель», набросайте текст, и я прихвачу его с собой.
Элфик зашевелился в своем углу.
– А полиция обязательна? – спросил он. – Может…
– Обязательна! – отрезал Бретон. – Спарго, составляйте телеграмму, а я займусь письмом.
Через час, вернувшись с фермы, Бретон сел рядом с Элфиком и положил руку ему на плечо:
– А теперь расскажите мне всю правду.
Глава тридцать пятаяМайерст рассказывает
С самого начала Спарго было ясно, что оба старых джентльмена пережили шок и до смерти напуганы. Кардлтон трясся, как паралитик, и не мог вымолвить ни слова, Элфик тоже дрожал. Когда Бретон властным тоном предложил своему опекуну выложить все начистоту, журналист решил вмешаться:
– Оставьте его, Бретон. Вы же видите, старик не в себе. И другой тоже. Мы не знаем, через что им пришлось пройти, пока нас тут не было. Ясно, что они совсем не спали. Дайте им немного отдохнуть и прийти в себя. В конце концов, теперь они от нас никуда не денутся, и он тоже.
Спарго ткнул большим пальцем через плечо, и Бретон невольно перевел взгляд на сидевшего на стуле Майерста. Заметив это, банкир усмехнулся:
– Считаете себя большими умниками? Правда, сосунки?
– Достаточно умными, чтобы поймать тебя, – отозвался Бретон. – Так что сиди и жди, пока тебя заберет полиция.
– А на каком основании вы намерены сдать меня полиции? Боюсь, вам будет очень трудно сформулировать свое обвинение, мистер Бретон.
– Ничего, разберемся, – заверил адвокат. – По крайней мере, нам уже ясно, что ты угрозами вымогал деньги у этих джентльменов.
– Неужели? А откуда вам известно, что они не доверили мне свои деньги как своему поверенному? Ну-ка, отвечайте! Нет, лучше пусть они сами скажут, если у них хватит духу. Эй, Элфик, Кардлтон – разве вы не сами поручили мне средства как доверенному лицу? Говорите, живо!
Спарго заметил, что старики вздрогнули от голоса Майерста. Кардлтон опять начал хныкать.
– Послушайте, Бретон, – прошептал он, – похоже, этот негодяй очень запугал наших бедолаг. Надо их куда-то увести и успокоить. А ты прикуси язык! – бросил он Майерсту. – Мы скажем, когда тебе нужно будет говорить.
Но Майерст лишь рассмеялся:
– Ах, сколько гонору, мистер Спарго из «Наблюдателя»! Еще один высокомерный болван. Молокосос, вообразивший о себе бог знает что. Слушайте…
Но Спарго уже повернулся к нему спиной. Он подошел к Кардлтону и, пощупав его руки, с беспокойством повернулся к Бретону.
– Дело плохо, – заметил он. – Старик не просто испуган – он болен! Что будем делать?
– Я попросил полицию привезти доктора, – ответил адвокат. – А пока давайте уложим его в постель – в соседней комнате есть две кровати. Накроем одеялом и дадим что-нибудь горячее. Пока это все, что я могу придумать.
Они уложили Кардлтона в кровать и, по удачной идее Спарго, приложили к его ногам две горячие бутыли, вскипятив воду на ржавой плитке. Потом они проводили в постель Элфика. Когда старики заснули в спальне, Бретон и Спарго вдруг сразу почувствовали, что сильно устали, насквозь промокли и буквально умирают с голоду.
– В шкафчике должна быть еда, – произнес адвокат, роясь на полках. – Консервы и все такое. Ага, вот они – сардины и копченый язык. Спарго, вскипятите кофе, а я пока открою банки.
Майерст внимательно следил за ними, и его глаза блестели.
– Кстати, я тоже не прочь позавтракать, – заявил он, когда Спарго поставил кофейник на стол. – Вы не имеете права морить меня голодом. Дайте мне поесть!
– Не бойся, с голоду не умрешь, – буркнул Бретон.
Он отрезал хлеб, большой кусок мяса, налил в чашку кофе и поставил все это перед пленником.
– Развяжите ему одну руку, Спарго, – попросил он. – Рискнем, ведь его револьвер у нас.
Несколько минут все трое ели и пили молча. Наконец Майерст отодвинул свою тарелку.
– Вот что я вам скажу, – произнес он. – Вы считаете, будто много знаете об этом деле, но есть только один человек, которому известно о нем все. Это я!