— Ну, ты и гадина…
— Вся в хозяина, гав! — посмеялась Ева.
Поднявшись на ноги, отряхнул броню. Все приземлились удачно, никто не пострадал. Мы упали в самое начало этажа, у начала белоснежной дороги с колонами. Луч света в конце этажа бил в потолок, отчего тьма подземелья исчезла. Сейчас словно яркий день.
— И это твердыня? — сощурил глаза Артур Светлый, устремив свой взгляд в конец этажа, туда, где виднеется шпиль и два барельефа, — Я думал, это будет крепость.
— Твердыня, это не крепость… — встала у отряда Энигма, — Это тропа, по которой должны пройти избранники. Но легкой прогулки не ждите. Эта тропа — защита к «Источнику Последнего Света». Лишь те, в чьих жилах течёт «Благодать», могут вступить на тропу и побороться за свет… идём–те, поздороваемся со столпом Правосудия.
Без лишних слов мы направились к началу белой тропы. До источника отправиться только мой отряд, Скот на подстраховке. Если с нами что–то случиться, отец пойдёт на выручку и вытащит нас.
Мои размышления прервал мужчина, что стоит в самом начале белой тропы. Белоснежные волосы достают до копчика, золотые глаза с пятью вращающимися огоньками вокруг белоснежных вертикальных зрачков, выражение лица суровое, взгляд надменный, острые скулы и вытянутый подбородок, белоснежная кожа. Его одеяние на секунду смутило меня. Он покрыт чёрными перьями, даже пальцы рук, и тем самым он напоминает чем–то птицу… ворона!
Как мы достигли начала тропы, не пересекая черту, Энигма и Джулиаб упали на одно колено, протянув правую руку к мужчине-ворону.
— Господин Заракс! — не поднимала головы Энигма, — Как и было обещано, мы пришли с Истинным Светом! Время пришло! Он, и его избранники самой судьбы, готовы пройти испытание.
Суровый взгляд пернатого упал на меня. Мои глаза покрылись неестественным жаром. Я начал тереть веки, пытаясь унять жжение. Как убрал руки от глаз… застыл на месте. Я оказался на белоснежной тропе, хотя секунду назад стоял вместе с отрядом за пределами черты.
Заракс подошёл ко мне слишком близко, наши лица примерно в трёх сантиметров друг от друга.
— И это Истинный Свет?… — показали его глаза разочарование.
Голос Заракса мелодичный, звонкий и без фальши в нотах.
Я поменялся в лице и ответил подобающе:
— Знаешь, я тоже не ждал увидеть пернатого мужика! Это типа мода такая у Абсолютов? Если нет, то боюсь тебя расстроить… вкус у тебя полное дерьмо!
Заракс молча развернулся, и пошёл вдоль тропы.
— Что бы добраться до источника, нужно познать самого себя… — говорил он не оборачиваясь, — Я должен понять, достоин ли ты, и твои избранники, обладать истинной силой высших Абсолютов!… Не справитесь, умрёте!
На этом объяснения закончились, и пернатый хрен обратился в белый туман.
Заракс не многословен, но в принципе, задача ясна… осталось только добраться до конца тропы.
Глава VIIПравосудие
— Если что, я вас спасу!
— Не переживайте и ничего не бойтесь!
— Осторожней там!
— Я в тебя верю, сын!
— У вас всё получится!
Под крики поддержки наших родичей и друзей, мы с командой вступили на обширную тропу из белого светящегося мрамора. Колонны идут до конца этажа, прямо к белому лучу света, возле которого расположились два барельефа с высоким шпилем-троном.
Мефисто и Вельзевул, даже слившись с бронёй, не смогли пойти вместе с нами. Их просто выкидывает за черту белого мрамора какой-то невидимой силой.
Скот остался с отрядом Амедео как запасной план, в случае, если с нами что–то случиться. Энигма не сказала, как именно будет проходить испытание… она как всегда молчит.
Мы с друзьями, не спеша, идём по мраморной дороге. Я сжал кулак, ощущая, что моя сила словно сливается с этим местом, становясь единым целым. Странное чувство…
Оторвав взгляд от ладони, я хотел разбавить тишину язвительными разговорами, как я это умею… да вот я остановился, широко раскрыв глаза.
— Какого…
Начал оглядываться по сторонам. Ева, Ваня, Екатерина и Аран пропали. Их нет рядом со мной. Какого хрена⁈ Куда они исчезли⁈
— Эй!!! Ребята!!! Вы где⁈
— Не шуми, племянник.
Приобняв за плечо, и заставив меня идти вперёд… возник мужчина в одних белых штанах с металлическими наколенниками: белоснежные волосы, лицо сухое, глаза ярко алые с белыми вертикальными зрачками.
— Ты не реален… — дрогнул мой голос, так как это покойный Эндрю Ламберт, или как его знают в моём мире — Протос.
— Это так важно?… — зловеще улыбнулся дядя, — Вопрос один… что было правильно, а что нет? Моя Смерть, стала венцом твоего правосудия?
Мраморная дорожка дрогнула и раскололась, покрывшись кровавыми трещинами. Я моргнул, и заметить не успел, как стою в городе из чистого золота. Вокруг огонь войны, люди и боги сражаются в кровопролитной битве.
— Это Пантеон… — признал я место.
Золотые оборонительные стены, тянувшиеся до небес, разрезаны и через брешь открываются виды на просторы бескрайнего океана.
— Что для тебя жизнь⁈ Каково твоё правосудие⁈
Дрогнул, и резко обернулся. В десяти метрах от меня стоит человек в чёрно–красном Царском доспехе, испускающий красную ауру Разрушения.
Я и не заметил, как на мне оказался мой царский доспех, или по–другому: «Режим Фиолетового Дракона».
— Отвечай!!! — выпустил из себя Протос царскую ауру, — Какой твой путь⁈ Каково твоё правосудие⁈
— Да что ты несёшь… — сжал я кулак на правой руке, конечность покрылась чёрным льдом и фиолетовым огнём, — Смерть Протоса, принесла мир моему народу!
— Мир?… — усмехнулся дядя, — Смерть Эндрю стала лишь началом к истинным испытаниям. Ты обрёк свой мир на страдания, в лице Интулы и первых детей Адама и Евы.
— Это была судьба! — встал я в боевую стойку, отведя кулак за плечо, — Прописанное событие, которое мне не обойти! Моё правосудие — это то, чем я всегда жил. Я хочу защитить людей, богов и подарить миру процветание!
— Ложь… — встал Протос в боевую стойку, — У тебя не было цели, как и сейчас. Ты лишь идёшь туда, куда тыкнут пальцем.
Дядя пошёл в атаку, обратившись в стремительный поток красной энергии, что выглядела как тайфун. Я обратился в поток чёрной ауры, и мы встретились ударом кулаков.
Возник взрыв, сметающий всё на своём пути и уничтожающий любую жизнь. Меня отбросило назад, и я упал на чёрную, рыхлую землю покрытую белым дымом. У меня нет левой руки, всё тело в глубоких или сквозных ранах, отчего я дышу так, словно захлебываюсь водой.
— В тебе нет правосудия… а если есть, то докажи обратное.
Я повернул голову, увидев в двух метрах от себя Екатерину в потоке «Созидания». Её тело медленно исчезает, а рука из молний тянется в мою сторону. Перед нами пейзаж третьего купола, чёрное небо покрыто разрядами молний.
— Что для тебя правосудие?… — решил я уточнить, — Это закон? Правда? Правильный поступок, не смотря, к каким последствиям он приведёт?
— Вы — люди и боги, не понимаете ценности правосудия и его истинной формулировки, — усмехнулась Екатерина, — Правосудие — это свет, разгоняющий тьму. То, что стоит над всеми, неся свою кару.
— Другими словами, я был прав… это закон!
— Закон жизни, да! — ответила уже не Екатерина.
Перед нами возник низкорослый бог в золотом доспехе, красные волосы до плеч. Это был Рамн — Бог А класса, которого я убил, впервые обратившись к своей истинной сущности.
— Значит, тебя интересует, как именно я отнимал жизнь? — приподнял я правую бровь, — Что за бред⁈ Как я должен был убивать врагов? Задумываясь, как им было больно? Или мне нужно было взвесить их жизнь и понять, достойны ли они смерти от моего меча?… Взвесить жизнь! — дошло до меня наконец–то.
— Именно!
Теперь я стою в небольшом кратере, а передо мной Каин в покрове «Второй Царской Клятвы». Его облик: броня из чистого света, над головой нимб, в правой руке золотое копьё. Его глаза золотые с белыми вертикальными зрачками.
— Именно так! — ударил он копьем об землю, — Правосудие — это суд жизни. Отнимая жизнь, ты должен дать что–то взамен. Если цена отнятой жизни, не сопоставима с твоей платой… то это не справедливость, а самосуд в алчных целях. Это не путь Истинного Света, это путь Тёмного.
Мир погряз во тьме. Под ногами чёрная бескрайняя река по щиколотку.
В пяти метрах от меня возникли: Рамн, Эндрю Ламберт, Протос — третий сын Адама и Евы, Каин и Фамольгал. Все они умерли из–за меня, даже Протос… по факту, он суециднулся, не приняв то, что я его сильнее. Так что да, можно сказать — это я его убил.
Передо мной, скрипнув цепями, появились золотое весы, выглядящие как буква «Т». Слева висит чёрная чаша, слева белая.
— Давай посмотрим, что ты дал взамен отнятой жизни… — послышался по всему чёрному миру резонирующий мужской голос, — Если весы покажут, что твоя цена оправдывает смерти, то ты обретёшь Свет. А если нет… ты не получишь силу!
Первым ко мне подошёл Рамн. Он прикоснулся к груди, и на его торсе появилась змеиная рана, идущая от таза до шеи. Просунув руку в свою плоть, он достал из тела бьющееся сердце и швырнул его на золотую чашу.
— Одна смерть, спасла сотни невинных жизней… ты хотел защитить людей, и ты справился со своей задачей.
Рамн растворился в пространстве, став чёрным сгустком тумана. Белая чаша чуть опустилась, приподняв с другой стороны чёрную чашу.
Отлично! Уже есть один.
Следующий подошёл Эндрю Ламберт, он так же достал из своего тела сердце.
— Отнятая жизнь, погубила сотни других… ты убивал меня, даже не задумываясь, зачем ты это делаешь. Ты был опьянён властью! У тебя не было цели! Лишь жажда крови!
Он швырнул своё сердце на чёрную чашу, обратившись в чёрный туман.
Я вздохнул, и принял такую оценку. И правда, тогда я был опьянён Царской Кровью.
Следующий подошёл Протос — сын Адама и Евы. Он бросил своё сердце на чёрную чашу, отчего я широко раскрыл глаза, не понимая, почему его жизнь не имела равноценной платы⁈