— Такой уж я, этого не изменить во мне, — подмигнул я подруге.
Поговорив пару часов, мы пришли к соглашению. Следующим утром мы идём обратно в лес. Нам надо всем поспать, а мне восстановить магию и отдохнуть.
Утром мы встали одновременно. Только Арана пришлось будить от сладкого сна. Он бормотал и целовал кого-то. Ева, махнув рукой, дала знак нам с Ваней следить за ней. Девушка села рядом со спящим Араном и протянув тому ногу, отдала её во владения блондина. Аран обнял стопу, и начал целовать пятку Евы. Мы с Ваней не сдержались и начали смеяться. Гогот пробудил Арана ото сна, и когда он увидел, что он целует, онемел на пару секунд. Дальше пошли крики, что переросли с смех. Если бы мы не прикалывались друг на другом, то давно бы сошли с ума от этого жестокого и пугающего внешнего мира…
Я чувствую, что магия восстановилась и мой запас полон.
Спустившись со здания, мы, не теряя времени, направились в лес. У нас было новое задание. Не от штаба. Наше личное… Спасти узника!!!
Зайдя в лес, я все не мог не налюбоваться здешними красотами. Всё так спокойно. Так красиво… но, эта чёртова могила и клетка. Первые впечатления бывают обманчивыми.
Пробираясь вглубь леса, я заметил странности. Появились птицы и немного животных. Мы прекрасно чувствовали, что можем выйти, если захотим.
— Что-то не так, — остановил я свою команду. — Здесь есть животные. Как-то это странно, не находите?
— Да, я тоже заметил, — оглянулся Аран. — Может быть, цветок умер?
— Он не умер. — Послышался голос сверху. — Я всего лишь запретил ему пользоваться силой и открывать/закрывать лес. Всё-таки я был прав, вы вернётесь обратно.
Повернувшись и посмотрев вверх, я увидел златовласого мужчину, стоявшего на ветке дерева и одетого лишь в одну набедренную повязку. Его руки были покрыты чешуёй, как и подобает третьему поколению Богов. Это странно, он что, эксгибиционист? Но на его шее я отчётливо видел букву «B»… Адам говорил, что стоит бежать, если мы встретим ранг от B до S.
— Ты Бог Охоты? — спросил я тарзана. — Или Бог обезьян? Где огненный?
— Вам не об этом надо думать, ребятки, а о другом. Понимаете, о чем я? Смертные.
— Ты хочешь сразиться? — достал я меч из ножен. — Давай! Нападай!
— Да, хочу. Но не поединок на мечах и тому подобное. Я хочу сыграть в игру под названием «охота». Правила просты: один день кто-то охотник, а кто-то жертва, а на следующий день нужно меняться. И так пока охотник не убьёт свою жертву. Да, и жертва не имеет права охотиться на охотника, ей разрешено только убегать и в случае обнаружения сразиться с ним.
— Тогда, если мы победим, ты дашь уйти Огненному вместе с нами! И мы расходимся! — выдвинул я свои требования.
— Видно, что у тебя есть мозги, — усмехнулся златовласый. — Ну, тогда я выдвину свои требования. Если я побеждаю, то вы остаётесь в этом лесу до конца своих дней и будете прислуживать мне. Как тебе идея⁈
— Мы вчетвером ведём на тебя охоту или по отдельности? — спросила Ева.
— Нет, девочка. Вы выберете одного из вас, он и будет играть в мою игру.
Одного? Против Бога? Это нечестно и несправедливо, как ни посмотри. Извини, огненный, но я не буду ставить на кон своих друзей.
— Я пойду! — выкрикнула Ева. — Но у меня есть одно условие в этой игре.
— Слушаю тебя, — прошипел с улыбкой Бог.
Что она делает! Хочет сыграть с ним⁈
— Я простой человек и меня можно убить любым оружием. Но ты ¬– это другой разговор.
— Продолжай, — глаза Бога горели огнём, он словно восхитился Евой. — Мне становится уже интересно.
— До первой крови! Если я раню тебя, даже если это будет маленький порез, я выиграла.
Бог начал смеяться и аплодировать Еве.
— Да-а-а ты умна, как и твои товарищи. Другие люди недодумывались предложить такое. Хорошо, я, Бог Охоты Ронлак, согласен с твоими требованиями. Ты сражаешься до первой крови, я же до твоей смерти. Прими мою похвалу, девочка. Уступлю тебе. Первый день ты охотник. Начинаем сегодня ночью. А вы, друзья этой девочки, должны уйти и ждать у начала леса. Выйдет только один. Я или ваша подруга.
Бог пропал из поля зрения. Он был так быстр, что глаза не успевали проследить за ним.
— Ты что делаешь? — дал я подзатыльник Еве. — Одна против Бога? Ты с ума сошла, мы ещё не так подготовлены.
— Хе-хе, теперь ты понимаешь нас с Араном, почему вечно так ворчим, пока вы с Ваней переубеждаете нас. Я же рассказывала, что дедушка сделал из меня охотницу, так что не надо переживать. А теперь уходите, мне надо подготовиться к охоте. И никаких возражений.
— Будь осторожна, — сказал Ваня.
Я сжал кулаки. Я был очень раздражён. Но увидев на лице Евы улыбку… я поверил ей.
Мы все пожелали ей удачи, и пошли к выходу из леса.
— Мы правда вот так просто уйдём? — спросил Аран.
— А что ещё остаётся делать? — вздохнул Ваня.
— Аран, просто верь в неё, — сказал я.
POV ЕВА
Солнце ушло за горизонт. Я сидела у начала леса и вспоминала всё, чему учил меня мой дедушка. Да, охота на лося или зайца отличается от охоты на Бога. Но дичь есть дичь.
Так, с чего же мне начать? Хм. Пойду к цветку, оттуда и начну свои поиски.
Идя по цветущему лесу, я добралась до гнилой части. Мне надо понять, как он передвигается. Найти его следы или что-нибудь, указывающее на него.
Подойдя к месту, я обнаружила, что камня с цветком нет, вместо него разрытая яма. Осмотрев яму, я нашла следы, которые вели в цветущую часть. Теперь я на месте, где мы его первый раз встретили. Дальше нет следов. Он очень хорошо прячется. Надо соорудить ловушки и поставить их там, где он ходил. Кто знает, может, вернётся.
Срубив ветки и маленькие деревья, я сделала пронзающие натяжные ловушки. Придётся потратить немного крови. Достав меч, я порезала себе руку.
Нить крови. Натянула я нить по всему лесу и напоила ловушки своей магией. В случае, если нить порвётся или сработает ловушка, я точно буду знать, где он. Теперь мне надо осмотреть места, где я могу спрятаться. Надо передвигаться по деревьям, меньше шансов, что он меня найдёт.
Вспомнив, что мы с друзьями видели речку в этом лесу, я направилась туда.
Придя, я сняла доспех и спрятала его в одном дереве. На мне осталась одна майка и обтягивающие штаны. Эта одежда специально предназначена для того, чтобы не голыми быть в доспехе и чтоб он не натирал нам кожу. Занырнув в речку, я сразу же вышла и начала обтирать своё тело грязью с ног до головы. Это немного собьёт мой запах.
Солнце начало заходить, и наступила ночь. Залезла я на одно дерево и спряталась за его огромные ветки с листвой.
Так, запах я скрыла, ловушки поставила, теперь мне остаётся выжидать и надеяться, что хотя бы одна сработает. Одно меня пугает: в этом лесу невозможно спрятаться, если не знаешь его на все сто процентов. Из-за этого на душе становилось пасмурно. Казалась, что Ронлак уже наблюдает за мной.
Я смогу. На меня все рассчитывают.
Просидела несколько часов на дереве, жуть как захотелось спать от скуки. Ловушки не сработали, и теперь мне становится страшно. Уверенность, что я выиграю, падает и падает. Надо взбодриться.
Только меня закемарило, я почувствовала, что одна ловушка сработала на западе леса.
Пространство. Передвигалась я по деревьям очень быстро. Пыталась наступать на ветки мягким шагом, дабы не оставлять следы.
Вот это место. В ловушку попал маленький оленёнок. Ему проткнуло кольями живот и часть ноги. Он стонал и брыкался. Я не должна выходить. Должна оставаться в тени. Но в голову лезли воспоминания о дедушке…
— Сожми нож!!!
Маленькая Ева, сидя у еле дышавшего оленя, направила маленький ножичек в сердце зверю. Она зажмурила глаза, из которых потекли слезы. Рядом дедушка в камуфляжном костюме. Он смотрел на свою внучку с такой печалью, словно его сердце вот-вот разорвётся.
— Мы должны, Ева! — дедушка сжал маленькие ручки девочки. — Если мы не будем убивать их… то не выживем!!! Того мира больше нет!
Нож вошёл в плоть оленя. Ева раскрыла глаза запечатлела в памяти саму смерть. Она крылась в глазах и последнем вздохе.
Ева отпустила нож, встала и начала пятиться назад. Девочка заплакала и начала кричать:
— Ненавижу тебя, Дед!!! Зачем!!! Почему я должна это делать!!!
Дед вынул нож из тела бедного животного. Вытер кровь об рукав. В его глазах словно что-то умерло. Он встал перед своей внучкой, взял её за плечи и обнял её.
— Прости меня… прости! — зашептал дед. — Ты должна была жить другой жизнью… Пойми меня. Я стар… мне осталось жить не так долго, как ты думаешь. И за это время я должен научить тебя выживать!.ведь Мамы и Папы больше нет, — ещё сильнее сжал в объятьях дед, а на плечах Ева почувствовала слезы старика. — Если бы я мог… если бы я только мог оградить тебя от этого нового мира! — старик резко перестал обнимать девочку, впился страшным взглядом в её глаза. — Но знай! Я учу тебя отнимать жизнь, когда тебе это надо! Если ты убьёшь кого-то без нужды… если я узнаю… да даже если я уже буду в могиле! Я прокляну тебя! Поняла⁈
Ева остолбенела. Глаза дедушки передавали всю его боль. Его слова — это не простой фарс…
Вытерев слезы, Ева кивнула и сказала:
— Я поняла тебя, Дедушка!!!
— Я прокляну тебя, — прошептала Ева, глядя на бедного оленя в ловушке.
Мой дед всегда меня учил отнимать жизнь по нужде. Ведь жизнь — единственное, что есть у каждого живого создания.
Спрыгнув с дерева, я подбежала к оленю. Животное начало брыкаться сильнее. Я положила руку на голову оленя. Поглаживая, я начала напевать шёпотом песню:
— Баю-баю-баю-бай,
Спи мой ангел засыпай,
Баю-баюшки-баю,
Песню я тебе спою.
Ева, аккуратно и без лишних движений, достала кинжал.
— За окном совсем темно,
Солнце спит уже давно,