Дэниэла видела смерть любимого мужа, но знала, что самое главное – это спасти дочь Мариэтты, которая могла свернуть горы и перевернуть мир с ног на голову в будущем, если только захочет. Темноволосая оттолкнула убийцу, который успел ранить ее в бок, и, поднявшись на ноги через боль, направилась в детскую. Послышались шаги убийцы за ее спиной. Дэни вздрогнула, но продолжила думать о маленьком ангеле, который неожиданно показался в дверном проеме, сонно потирая глаза.
– Спрячься, Эла! Быстро! – приказала ей няня и, взяв вазу у окна, запустила ее в голову преследователя.
Девочка широко раскрыла глаза, не понимая, в чем дело, но, почувствовав магию матери, которая нежно подталкивала ее в детскую, вернулась в спальню. Ваза попала в стену, разбившись вдребезги, но совсем не коснулась незнакомца. Убийца ухмыльнулся и вынул меч из-за спины, собираясь убить Дэниэлу. Девушка схватилась за бок, где была рубиновая кровь. Все это было неважно. Ей нужно было защитить ребенка!
Мариэтта разнесла половину первого этажа, стараясь не пустить убийц наверх. Мертвые тела окрасили полдома в красный цвет. Дэниэла с криком бросилась на незнакомца и неожиданно для него подняла с пола осколки вазы, которыми стала наносить порезы мужчине, что выронил свой меч, когда магия Даркнессы окружила его. Мариэтта Рэванс даже сейчас пыталась помочь подруге, как и всегда. Боль потери любимых была невыносимой, но спасти девочку было важнее.
Дэниэла смогла смертельно ранить противника, но сама прекрасно чувствовала, как смерть ждет ее в своем загробном мире. Она, сжав зубы, медленно спустилась вниз, где увидела Мариэтту на полу, над которой убийца занес длинный меч. Подруга Рэванс бросилась на мужчину с осколками вазы в руках. Убийца не растерялся, ведь он сразу переключил все свое внимание на няню девочки, отражая удар. Они все были уже мертвы, смертный приговор был подписан, но у маленькой Элариэль Рэванс все еще было впереди. Целая жизнь.
Неожиданно по лестнице вниз, что вела со второго этажа на первый, кувырком покатились трое убийц, которые проникли в дом через крышу, а вслед за ними ровными шагами шла босоногая маленькая девочка с белоснежными волосами до поясницы, держа правую руку на уровне груди. Ее глаза источали белый свет, а темная магия Элы витала во всем доме, проникая в каждый уголок особняка. Она довольно легко прижала троих убийц к стене, где висела пара картин с портретами семьи всего рода, а затем подошла к ним. Некогда маленький ангел напоминал сущего дьявола. Вены девочки набухли, почернев, по всему телу. Дар Элариэль наконец вышел на свободу, принося в мир хаос.
Мужчины стали задыхаться и хвататься за горло. Магия девочки душила их. Дэни осела на полу, теряя связь с миром, когда Мариэтта убила того, кто прижимал ее несколько минут назад к окровавленному полу. Белые волосы тоже были в крови, но в чужой, как и простое, некогда голубое, платье. Она посмотрела на свое дитя, осознавая, что происходит и к чему близка шестилетняя Элариэль.
– Элариэль! – позвала дочь Рэванс, поднимаясь на ноги, но та совсем ее не слышала.
Маленькая наследница рода Касалроя медленно убивала мужчин, которые посмели прийти в ее дом и убить часть семьи. Дар Даркнессы не только пробудился, но и взял ее под контроль. Могущественная сила, что таилась в этом маленьком ребенке, вырвалась в мир, исполняя волю богов.
– Эла! – отчаянно произнесла Мариэтта, пытаясь остановить дочь, чтобы та не брала на себя грех, но было поздно.
Все трое замертво упали на пол, больше не дыша, и в этот же миг руки девочки пронзила острая боль. Она закричала, смотря на свои ладони аметистовыми глазами. Теперь ее маленькие руки украшала метка прирожденной убийцы. Золотая монета с полумесяцем в центре была взята в объятия лозой прекрасной розы. По контуру рисунка выступили капли крови, которые напоминали алые бусины. Казалось, что золотая монета пылала огнем в то время, пока Элариэль была в шоке от всего происходящего.
– Мама! – воскликнула девочка с ужасом, переводя взгляд на родную мать.
Мариэтта бросилась к дочери, подняла ее на руки и прижала к груди. Казалось бы, все закончилось: незваные гости были мертвы, как и половина семьи, но это было только начало. Мариэтта Рэванс успела подняться через боль на второй этаж с дочкой на руках, прежде чем услышала грохот на первом, в гостиной.
– Спрячься в комнате, ангел! – сказала девочке мать. – Сиди тихо! Я пойду вниз, посмотрю, что там, и если Дэни еще жива, то помогу ей!
Этими словами Рэванс пыталась успокоить напуганную дочь, зная, что няня дочери и ее лучшая подруга всей жизни уже не дышала. Рана в боку оказалась смертельной. Элариэль кивнула, послушавшись маму, она спряталась в угол между кроватью и стеной, а потом прижала руками к себе колени. Кровь была повсюду, даже на ночной сорочке Элариэль. В доме пахло смертью, а царил здесь хаос.
Мариэтта Рэванс спустилась медленно вниз, где лежали одни трупы в крови. Она и сама выглядела не очень, ведь ее знатно потрепали незнакомцы.
Неожиданно она почувствовала чужую магию, которая звала ее на улицу. Девушка сжала кулаки, надеясь, что ее дочь тихо сидит в укромном месте. На улице была ночь, а в душе девушки огромная боль. Ее муж и подруга мертвые лежали на полу первого этажа, оставив ее одну защищать девочку с редким и могущественным даром.
Рэванс выпрямилась и вышла из дома, точно зная, кого встретит там. Перед ней стоял мужчина, за спиной которого было три Тени, что являлись наемными убийцами из соседнего королевства. Все они пришли за ней и за ее дочерью. Темные волосы с синим отливом мага, которого Рэванс знала не первый год, были заплетены тугую косу, а на мужских плечах красовался красный плащ. Густые брови были прямыми, а глаза казались черными, как крыло ворона. Мужчина улыбнулся Мариэтте широко, показывая золотой зуб.
– Герх Сафитос! – презрительно произнесла Рэванс, понимая, кто пришел за ее семьей.
– Здравствуй, прекрасная наследница древнего рода Касалроя! – усмехнулся мужчина. Тени позади него не двинулись.
Если б не магия, она бы вряд ли заметила их присутствие.
– Двуличная тварь! Это твои люди убили моего мужа и подругу!
– Их целью была ты, – брезгливо произнес Герх, не скрывая правды. – И твоя дочь. Видишь ли, до моей госпожи дошли слухи, что дар малышки велик и, – короткая пауза, которая совсем не понравилась Рэванс, – опасен!
– Для кого?! – спросила Мариэтта, чувствуя подступивший ком к горлу.
Герх Сафитос даже не пошевелился, когда услышал вопрос. Его поганая улыбка стала шире, а желание Рэванс убить его собственными руками еще больше. Она ненавидела таких людей, как этого продажного мужчину.
– Для ее сына и королевства! – легко ответил человек с плащом цвета крови. – Такие, как вы, должны гнить в земле, Мари!
Сокращенное имя заставило девушку вздрогнуть. Ей совсем не понравилось, с какой интонацией он это сказал. Мариэтта всем сердцем желала защитить ребенка и убить всех тех, кто желал ей смерти. Она была матерью уже чуть более десяти лет и готова была рвать глотки за своих детей.
– Я убью вас всех! – заявила девушка, призывая темную магию.
Герх Сафитос тоже окружил себя черной магией, смотря на белоголовую с хищной улыбкой. Он прекрасно знал о ее силе, но куда больше его волновала младшая из рода Рэванс и последняя из Касалроев.
– Смерть придет за всеми вами, – прошептала Рэванс, готовясь нанести удар. – Даже если не в моем лице!
– Передавай привет Винсу на том свете, – оскалился Герх, обнажив зубы, – и Дэниэле с ее мужем. Они были хорошими людьми! – засмеялся мужчина.
– В отличие от тебя! Ты не достоин даже произносить их имена! – прошипела Мариэтта Рэванс и бросилась в атаку.
Она была сильной в древнем роду Касалрой, но ее сила не могла сравниться с той, какой обладала дочь. Вены Мариэтты по всему телу почернели и набухли, лицо стало бледным, а ногти превратились в острые когти. Она напоминала саму Смерть, став истинной Даркнессой. Черный огонь она из темной материи мира направила на своих врагов. Тени были умелыми убийцами, потому сразу кинулись врассыпную, отвлекая Мари. Герх Сафитос улыбнулся, и в один миг его глаза покраснели, а из кончиков пальцев вырвался синий свет.
Завязалась магическая битва. Сколько прошло времени, Мариэтта не знала, но чувствовала, что силы не равны. Раны от первой встречи с незваными гостями все еще болели и немного кровоточили, но она не могла сдаться. Маленькая Элариэль сидела, не двигаясь, на месте. Она слышала шум на улице и видела мертвые тела родных, только не совсем осознавала происходящие. Кровь на руках засыхала, а страх в груди только рос. Ужас охватил маленькую девочку в свои объятия, не позволяя пойти на помощь к матери. Ее трясло. Она вздрагивала от каждого грохота на улице.
На дворе еще была ночь, даже когда за окном повисла гробовая тишина. Девочка не заметила, как умудрилась запачкать сорочку в крови, а на ладонях красовался рисунок, значение которого она не знала. В один момент девочка перестала ощущать магию своей матери, как и чужую, но она не решилась проверить дом и найти хоть кого-нибудь, потому что боялась. Она была трусихой. Тишина пугала Элариэль больше грохота за окном, которого уже не было несколько минут.
Герх Сафитос был не самым сильным в своем роду. Однако он смог добраться до семьи Рэванс, которая была связана с древним родом Касалрой. Герх видел, что Мариэтта долго не продержится в бою, ведь она была ранена, потому он пару раз атаковал ее мощными ударами темной магии, а потом оставил Теням, которые должны были закончить дело. Ему не хотелось пачкать руки в крови той, что когда-то была дорога его сердцу, и он просто покинул это место, где правила Смерть.
Избегая нападения Теней, женщина вернулась в дом на первый этаж. Ее силы были на пределе. Она знала, еще немного – и обратного пути не будет. Весь запас магии был исчерпан. Убив одного наемника, Мариэтта вытерла пот со лба, не обращая внимания на кровь, которая была повсюду: на высоких стенах, на деревянном полу и даже в воздухе. Осталось еще двое врагов. Мариэтта Рэванс думала только о дочери, которую желала спасти от этих бессердечных тварей. Мари не сдавалась до последнего, но она просто выгорела, переступив черту, и замертво упала под гнетом атак Теней, но прежде девушка успела одного из них смертельно ранить и подарить дочери самый последний подарок. А дальше для нее наступила вечная темнота.