Прислушавшись, я понял, что они обсуждают решение вождя, которое он только что вынес, и ждут суда. На этом моменте у меня немного потекла крыша. Как это может решение выноситься до суда? Зачем он тогда вообще? Я шел рядом со своими сопровождающими и машинально оглядывался, раздумывая над этим парадоксом. Именно поэтому и не сразу заметил странность в аурах людей, столпившихся в центре деревни, но все же осознал увиденное... Каждый пятый из них был магом! Каждый двадцатый – сильным магом! А в центре группы воинов я заметил тройку аур, которые светились так ярко, что могли бы дать фору даже мне самому. Нет, в том случае, если бы я не ограничивал энергетические запасы в своем теле, мы находились бы на равных, но что толку открываться силе, если все равно не имеешь возможности ею воспользоваться? Так что факт был налицо – у горцев есть много магов, которые в случае чего могут из меня котлету сделать!
Прочувствовав это, я понял, что очень мудро поступил, когда решил подождать утра и не спешить освобождаться. Теперь дело нужно было решать только миром, ведь с позиции силы я добьюсь разве что пышных похорон себя, любимого. Шагая со стражами, я быстро просчитывал все вероятности развития событий и искал бескровные пути решения проблемы, но никак не находил. У меня было недостаточно данных о традициях и законах горцев. Ведь если факт вызова для них означает так много, что за поединком будет следить сам вождь, то здесь явно чем-то попахивает, и отнюдь не розами.
За лихорадочными размышлениями я не заметил, как все жители деревни, которые следовали за нами, начали аккуратно распределяться по краям этого большого круга. Он действительно был огромным, места хватило всем, а зрителей пришло немало – порядка полутысячи человек разного возраста. И это не считая группы воинов, перед которыми мы остановились. Окинув меня внимательными взглядами, они расступились, и вперед на передний план вышел седой старик, которого и стариком-то назвать было сложно. Так, пожилой мужчина лет шестидесяти с гаком, воин до мозга костей, крепкий, жилистый, в меховых штанах, рубашке и жилетке, искусно расшитой разноцветными узорами. Как я понял по богатству его наряда, которым не могли похвастать другие, передо мной был сам вождь.
– Приветствую! – сказал я и слегка наклонил голову.
Пусть оценит мою вежливость, потому что нахальство я ему всегда успею продемонстрировать. В ответ он начал меня рассматривать, словно диковинное насекомое. Так как я был не совсем одетым, такое внимание мне не понравилось, поэтому, дождавшись, когда он опустит взгляд на мои босые грязные ноги, я невинно поинтересовался на общем:
– Мне повернуться?
– Зачем? – спокойно спросил вождь.
– Чтобы вы смогли все рассмотреть, – язвительно ответил я.
– Не думаю, что мне доставит удовольствие любование твоим задом, – задумчиво произнес вождь, улыбнувшись краешками губ.
Фу-ух! Пронесло! Контакт начинает налаживаться. Теперь его ход. Я посмотрел на вождя, ожидая продолжения, и оно последовало.
– Тебе известно, зачем ты здесь?
Я мог бы поерничать немного, но решил не демонстрировать наглость сверх необходимого и ответил:
– Нет.
– Тогда позволь мне тебя просветить... – общий вождя был просто безукоризненным, но я заметил, что не все окружающие его понимают, поэтому решил достать одну из своих карт из рукава.
– Может быть, перейдем на ваш родной язык? – поинтересовался я на языке горцев.
– Ты знаешь альтари? – удивился старик.
– С недавних пор, – ответил я.
Вождь немного помолчал, обдумывая услышанное, а потом вновь заговорил, причем холод в его голосе показал мне, что эта карта сыграла не в мою пользу:
– Тебя единогласно признали шпионом эльфов, именно поэтому по нашим законам должна была состояться казнь. Но тебе повезло, что ты успел воспользоваться неопытностью нашей дозорной и священным правом вызова. Именно поэтому ты все еще жив.
«Но ненадолго», – уверенно заявил его взгляд.
– Ваш поединок прервали, и это является позором для всех нас, поэтому для того, чтобы сохранить честь рода и восстановить справедливость, сейчас состоится суд, на котором Тьма сама покарает виновного!
Я почувствовал, что мой мозг сейчас взорвется, столько мыслей в нем ворочалось одновременно. Священное право вызова, суд для сохранения чести, Тьма... Да что все это значит?! Но на моем лице не дрогнул ни один мускул. Несмотря на хаос мыслей в черепушке, я понимал, что сейчас говорить о том, что все это произошло случайно, что ничего такого я не имел в виду, будет глупо. Тогда меня тут же казнят, ведь уже заочно признали эльфийским шпионом, тут вряд ли выкрутишься. Поэтому я решил сразу же определить важные детали и спокойно спросил у вождя:
– Что это за суд?
– Это поединок, на котором Тьма покарает того, кто по своей вине лишился чести, – ответил тот.
– Что произойдет в случае моей победы? – уточнил я.
– Тьма признает твою правоту и законность твоего пребывания на наших землях.
Ну, спасибо, утешил! Получается, мне просто нужно убить одну девушку, чтобы иметь возможность беспрепятственно пообщаться с вождем. Красота! А я уж было начал волноваться...
– Начнем суд! – объявил вождь, видя, что я больше ничего не желаю добавить.
Все воины аккуратно отошли назад вместе с вождем и заняли место у края круга. С противоположного конца, пройдя через толпу, вышла знакомая мне девушка, вооруженная прямо до зубов. Лук за спиной, кинжал на поясе, метательные ножи на жилетке, меч в руке. Но главное – она была увешана всевозможными амулетами, словно новогодняя елка. И каких на ней только не было! Защитные, огненные, воздушные, парочка явно водных (хотя я и не представлял, что они могли тут сделать, ведь речки поблизости я не заметил) и десяток таких, которые я даже не сумел распознать, причем все наполненные энергией под завязку. Подготовил ее наставник, постарался.
Сам вышеупомянутый шел рядом со своей ученицей, что-то нашептывая ей перед боем. Я повернулся к стоящему невдалеке вождю и поинтересовался:
– А мое оружие мне вернут? Или хотя бы уздечку снимут?
– Нет, – последовал ответ. – Ты же сделал вызов, когда в твоих руках не было оружия, а наш закон запрещает чужакам-магам находиться на наших землях без уздечки.
– Ладно, – пожал я плечами.
Не очень-то и хотелось. Я спросил об этом больше для проформы, так как мелькнула мыслишка, что это как-то не совсем честно, когда выходишь без оружия против до волос вооруженной противницы. Причем до волос – это не преувеличение, ведь в прическе у девушки также были спрятаны два амулета. Повернувшись к Лакре, я увидел, что наставник, хлопнув ее напоследок по плечу, отправился в толпу зрителей, притихших в ожидании зрелища. Краем уха я уловил шепотки в рядах воинов, говоривших о том, что это не совсем справедливо – выпускать против стража абсолютно беззащитного противника. Хмыкнув, я подумал, что горцы точно заработали еще один плюсик к оценке. Похоже, им было известно понятие честной схватки.
Лакра дошла до центра круга и застыла в ожидании. Я понял, что настал мой черед, и неспешным прогулочным шагом направился к ней, бормоча вполголоса:
– Итак, дамы и господа, в правом углу ринга – действующий чемпион мира шпион Алекс, истребитель кочевников и трехкратный обладатель титула «Мистер Вселенная», по его собственной версии. В левом углу ринга – претендент... ша, которой в недалеком будущем придется умереть...
Дойдя до центра этого ристалища, я услышал, как вождь громко произнес:
– Взываю Тьму на суд чести!
Не было ни удара молнии, ни порыва ветра, ни грома среди ясного неба. Не было вообще никаких спецэффектов, поэтому я понял, что это была ритуальная фраза. И правда, после нее наступила гробовая тишина, а с десяток стоящих на границе круга магов быстро сформировали большие, но простенькие плетения и активировали их, создав своего рода барьер, который окружил место нашего будущего поединка. Высотой метров пять, по структуре он способен был выдержать попадание мощных плетений, защищая зрителей от промахов бойцов на ринге.
«Солидные у них тут меры безопасности», – подумал я и сосредоточил внимание на своей противнице.
Лакра посмотрела на меня с вызовом. Ее лицо было маской ледяного спокойствия, но я стоял достаточно близко, чтобы чувствовать ее волнение и страх. Она знала, что сейчас ей, возможно, придется умереть, и очень этого боялась. Задумавшись над этим, я внимательнее посмотрел на девушку и пришел к выводу, что ей всего семнадцать-восемнадцать лет, никак не больше. Грустно умирать в таком молодом возрасте... Так, а ну-ка мысли в сторону! Еще начни ее жалеть, развозить сопли и в итоге схлопочи плетением по кумполу. Ты должен ее убить, чтобы потом иметь полную свободу и возможность поговорить с вождем, и нечего тут стесняться или раздумывать!
Девушка, все так же глядя мне в глаза, подняла вверх руки, сжимая в одной из них короткий меч, а во второй один из огненных амулетов. Я напрягся и попытался просчитать, с какой стороны последует атака плетением. Меч – не проблема, можно элементарно уклониться, а вот амулет – штука серьезная, ведь я не знал ни радиуса его действия, ни зоны поражения, ни скорости активации. Так что придется положиться на интуицию. Я ждал, стоя на месте, но атаки все не было. Лакра не двигалась и смотрела на меня. Похоже, что она ожидала каких-то моих действий, но почему?
И тут я вспомнил ту полянку на берегу речки, где впервые ее увидел. Вспомнил, как она приказывала мне не двигаться и встать на колени, а потом ринулась в атаку, когда я поднял руки. И ключевым здесь было именно то, что я пошевелил своими конечностями и принял позу... такую же, как и замершая напротив меня девушка. Значит, общепринятый жест мирных намерений, который ну никак не ассоциировался у меня ни с чем другим, у горцев являлся вызовом на поединок до смерти? Не мои слова, не мой вид, а только вот этот мирный жест. И сейчас этой девушке придется умереть из-за глупых обычаев ее народа?