– Вот сейчас и согласуем, – ответил я и стал шарить по карманам.
Монетка-амулет вскоре обнаружилась, хотя и не там, где я ее оставил. Сжав ее в кулаке, я стал ждать ответа.
– Алекс? – спросил сонный голос короля Мардинана.
– С добрым утром, – иронично поприветствовал я его. – У меня хорошие новости...
– Зато у меня наоборот, – оборвал меня Фариам.
– Что случилось? – спросил я, отбросив шутливый тон.
– Твои сведения оказались неверными. Степняки не стали атаковать Зораг. Они напали на соседний Налец, где осталось совсем мало воинов, потому что я по твоему совету перебросил их в предполагаемое место удара.
– И что?
– Город частично сожжен, половина жителей перебита, находившийся там гарнизон вырезан полностью. Кочевников удалось отогнать силами подоспевших полков из Зорага, но было уже слишком поздно. Наши потери составили больше трех сотен бойцов и около тысячи горожан, кочевники потеряли всего две сотни и отошли, когда увидели, что подступают большие силы. А теперь скажи мне, почему так получилось? Откуда ты взял эти сведения?
– ...! ... и ... на ... ... вместе взятых! – выматерился я и тяжело вздохнул.
Блин, я тут строю радужные планы, а в Мардинане все летит кувырком! И ведь так и знал, что загадывать больше чем на сутки для меня просто бессмысленно. Теперь ситуация осложнялась, причем в несколько раз.
– Алекс, ты можешь внятно объяснить, почему это произошло? – осведомился Фариам.
– У меня есть два варианта ответа, и первый мне нравится больше. Так как эти сведения мне сообщил сам Викерн, то можно предположить, что к тому времени он уже догадался, что его Советник мертв, и скормил мне заведомо ложную информацию. Этот вариант вполне объясним, так как трупы в лагерях, возможно, уже обнаружили или же кочевникам показалось странным отсутствие вестей от вояк с севера. Да мало ли что! Я раньше предполагал, что к этому времени о наших действиях уже будет известно степнякам, но надеялся выждать еще один день. И хотя при вчерашнем разговоре мне не показалось, что Викерн слил откровенную «дезу», но я могу и ошибаться.
Я помолчал, вспоминая подробности разговора. Нет, возможно все, поэтому исключать вероятность того, что Викерн уже прекрасно знал, с кем общается, нельзя.
– А второй вариант? – спросил Фариам.
– А этот мне нравится значительно меньше, так как сильно пованивает проблемами. Он заключается в том, что Викерн сознательно изменил план нападения. Может быть, это было сделано от фонаря, по принципу на кого Единый укажет, но я склоняюсь к версии, что он перед этим получил очень ценную информацию, которая и заставила его изменить первоначальную задумку. И мне это очень не по душе, потому что в результате мы имеем предателя в армии Мардинана, который связался с Викерном перед самой атакой. А теперь ты мне скажи, это возможно?
Фариам задумался, а потом ответил:
– Да, ты можешь оказаться прав. После твоего вызова я собрал военный совет, на котором и было принято решение о снятии части гарнизонов из соседних городов и переброске сил в Зораг... Но это очень сомнительно. Ведь если предатель в наших рядах был с самого начала, то почему не сообщал сведения раньше? Ведь степняки тогда давно бы уже знали, что их планы с Городом сорвались, и сразу же начали бы предпринимать иные действия. Почему же они выжидали?
– Не знаю, – вздохнул я. – Именно это является слабым местом в моем варианте, но совсем сбрасывать его со счетов я бы не стал, и поэтому те новости, которыми я хотел с тобой поделиться, пока останутся со мной. Я постараюсь максимально быстро добраться до границы Мардинана и уже на месте разобраться в этой ситуации, а пока могу лишь посоветовать распределить силы по городам и ждать атак. Если степняки знают обо всем, им останется только начать действовать и надеяться, что они пробьют оборону Мардинана. Не забывай, их раза в три больше, чем нас, поэтому не думаю, что Викерн и дальше будет строить хитроумные планы. Нет, он просто задавит массой, но для этого ему еще нужно собрать силы изо всех лагерей в степи. Значит, еще три-четыре дня спокойной жизни у вас есть, а в это время он наверняка будет просто держать границу в напряжении, устраивая такие же налеты на отдельные города... И еще. К вечеру в Городе должны появиться мои ребята. Используй их на полную катушку, как личную гвардию. Пусть подчиняются напрямую только тебе, так ты получишь летучий отряд, который способен противостоять и тысяче степняков. Если мои догадки верны, то информатор еще себя проявит, а так у тебя будет лишний козырь в рукаве.
– Козырь? – не понял Фариам.
– Это такое выражение. Самое главное – поищи предателя. Может, его и нет, но я бы не стал на это надеяться.
– Ты все еще в горах?
– Пока да.
– Что ж, будем держаться и ждать твоего возвращения. Надеюсь, что в горах тебе понравилось, – многозначительно сказал король.
Я понял, что он имеет в виду, и ответил:
– Даже больше, чем ты предполагаешь.
Пускай знает, что у меня все получилось. Это даст ему дополнительную надежду, так как вскоре Мардинану придется весьма несладко. Спрятав амулет в карман, я сказал:
– Вы все прекрасно слышали, поэтому нам нужно торопиться.
– Я ничего не понял, – сказал Ренард на альтари и смущенно добавил: – Так вышло, что я не говорю на общем.
Я взглянул на него:
– Ничего, сейчас исправим.
Поднявшись, я приказал ему расслабиться и заглянул в глаза. Всего несколько секунд, и мое знание плавно перетекло в мозг братишки и прочно в нем укоренилось.
– Готово. – Я кратко пересказал ему наш разговор и повторил: – Нужно спешить. Воины, которые собрались здесь, пешие или имеют лошадей?
– Меньшая часть приехала на своих лошадях, еще для трех сотен мы подыщем, а остальные – пешие, – ответил Вакарин.
Так, ситуация осложняется. Теперь в три дня мы никак не уложимся, но делать нечего – придется обходиться тем, что есть.
– Постараемся добыть лошадей в ближайших селениях, – сказал я. – В крайнем случае будем бежать посменно, пока есть возможность. Но чем быстрее мы достигнем Марахи, тем больше вероятность закончить войну в короткий срок. Если мы опоздаем и Викерн с войском покинет ее, то я даже не знаю, насколько это все может затянуться.
– Тогда я отправляюсь готовить людей, – сказал Ренард и, дождавшись моего кивка, покинул дом.
Я задумался, все ли учел, обо всем ли побеспокоился, и внезапно наткнулся на внимательный взгляд Вакарина.
– Что? – спросил я.
Покачав головой, вождь задумчиво сказал:
– Похоже, я в который раз ошибся в тебе. Ты совсем не сопливый юнец, который мог сломаться под грузом ответственности, ты опытный командир, который просто на краткий миг позволил взять верх своим эмоциям...
– И которому за этот миг очень стыдно, – закончил я. – Хватит об этом. Есть проблемы поважнее, чем мое душевное равновесие. Например, связаться со всеми отрядами, которые находятся в этом районе.
Я вновь ткнул пальцем в карту.
– Это как раз меньшая из проблем, – сказал Вакарин. – У каждого командира десятки есть разговорный амулет, так что не пройдет и часа, как все будут знать, что им следует делать.
– Отлично. Тогда нужно подготовить воинов, собравшихся в долине, раздать запасы продовольствия...
– Со всем этим справится Ренард. Или ты думаешь, что командир всей пограничной стражи может что-нибудь упустить?
О, будем знать, какую должность занимает братишка. Я свернул карты, засунул в карман, пододвинул стул поближе и заявил:
– Ну, тогда наша главная проблема – как наполнить мой поистине бездонный желудок!
Взяв ложку, я принялся с аппетитом очищать тарелки с остывшей кашей, мясом и прочими вкусностями. Поглядев на меня, Вакарин усмехнулся, а потом тихонько покинул дом, не мешая мне насыщаться. Я жевал и думал, что сейчас наконец началось то, чего я так долго ждал и втайне опасался, – война. Стычки нашего отряда, зачистка лагерей – это еще не военные действия, а так – прелюдия к ним. Теперь же начинается заварушка, развитие которой весьма сложно предугадать, а еще сложнее контролировать. Радовало только то, что сейчас в моих руках находилось достаточно большое количество рычагов управления этой адской машиной. И возможно, я в итоге смогу сделать так, чтобы этот механизм перемолол как можно меньше жизней моих друзей. Во всяком случае, буду очень стараться.
Глава 24Большой поход
Когда я заморил червячка, прикончив остатки еды на столе, и вышел из дома, то обнаружил бурную деятельность. Везде, куда бы я ни глянул, находились воины, которые занимались подготовкой к походу. Кто затачивал новоприобретенный меч, кто аккуратно упаковывал запас еды в сумки, кто занимался лошадьми... В общем, все были при деле, и только я ощущал себя здесь лишним. Механизм вертелся без меня. Пробежавший мимо Ренард сообщил, что вскоре можно будет выдвигаться, и я решил просто подождать. Но через несколько минут, в течение которых я прикидывал, где же мне найти свое оружие, которое мне отчего-то не соизволили вернуть, в кармане куртки вдруг ожил разговорный амулет. Тот самый, который обеспечивал связь с Викерном. Ну что ж, теперь все должно проясниться. Я достал его и сжал в кулаке.
– Здравствуй, Алусий! – донесся из амулета жизнерадостный басок.
– Приветствую, – коротко отозвался я, не желая говорить лишнего.
– Как продвигаются дела?
– Великолепно.
Ну а что еще я мог сказать? К сожалению, с деталями плана знаком не был, поэтому даже мало-мальски значимые подробности могли меня выдать. А я хотел сперва понять, известно ли обо мне Викерну, или же он все еще полагает, что говорит с настоящим Алусием.
Подошедший ко мне Вакарин хотел было что-то сказать, но я остановил его жестом и спросил:
– А у вас как?
– И у меня просто замечательно, – ответил Викерн. – Представляешь, я внезапно поменял цель удара и отправил один отряд кочевников не в Зораг, а в соседний город. И все прошло удачно, как тогда, в Гадене, ну, ты помнишь.