— Много бабок — все класс. Вот. — Парень с зажигалкой вытянул руку. — Ребята башляют, и все класс. Ребята в галстуках отстегивают бабки.
— Дай ему жетоны, — сдавленно произнес Вик.
Рэгл отсчитал в раскрытую ладонь четыре жетона из шести.
Парень низко поклонился, пук волос коснулся тротуара. Его напарник стоял не шевелясь, никак не реагируя на происходящее, будто истукан.
— Может, ребята в галстуках хотят заторчать? — бесстрастно спросил парень с зажигалкой. — А то совсем отмороженные…
Оба молодых человека кивнули. Теперь они приняли какой-то торжественный вид, словно речь зашла о важном предмете.
— Есть хлоп-хлоп, — продолжил тот, что с зажигалкой. — Хороший хлоп-хлоп для ребят в галстуках. — Он действительно хлопнул несколько раз в ладоши, как тюлень ластами.
Вик и Рэгл с изумлением следили за его действиями.
— Конечно, — согласился Вик.
Молодые люди пошептались. Затем, выпустив клуб дыма и нахмурившись, парень сказал:
— За мертвые бабки можно классно заторчать. Будет хлоп-хлоп. Для ребят в галстуках хороший хлоп-хлоп. — Он вытянул руку. — Мертвые бабки.
Рэгл достал кошелек.
— Один. — Он положил на ладонь парня долларовую бумажку. — Это много.
Парни опять пошептались, и тот, что с сигарой, выкинул два пальца.
— Ладно, — сказал Рэгл. — У тебя есть по одному? — спросил он Вика.
Роясь в карманах, тот пробурчал:
— Ты уверен, что нам это надо?
Альтернатива состояла в том, чтобы остаться здесь, на углу, не имея ни малейшего понятия, в какую сторону идти.
— Давай рискнем, — ответил Рэгл, передавая парню доллар Вика. — Теперь, — обратился он к парням, — хороший хлоп-хлоп.
Парни закивали, поклонились и исчезли в темноте. Поколебавшись, Рэгл и Вик двинулись следом.
Путь пролегал по пахнущим сыростью кривым улочкам. Наконец, миновав заборчик, вся компания поднялась по ступенькам и остановилась у двери. Один из парней постучал.
— Тут два типа в галстуках, их надо быстро в комнату, — прошептал он в открывшуюся дверь.
Помещение заливал дрожащий коричневый свет. Рэглу показалось, что это обычная, скудно обставленная квартира.
Маленький коридорчик вел на кухню с раковиной, столом, плитой и холодильником. Две другие двери были закрыты. В комнате сидели несколько парней, на полу. Обстановка состояла из торшера, стола, телевизора и стопки книг. Кое-кто из сидящих был в тоге и сандалиях, остальные — в однобортных костюмах, белых рубашках и кроссовках. Все уставились на Рэгла и Вика.
— Здесь заторчим, — сказал парень с сигарой. — Вы давайте, надо сидеть. — Он показал на пол.
— Что? — переспросил Вик, а Рэгл предложил:
— Может, мы возьмем хлоп-хлоп с собой?
— Нет. Садитесь и нюхайте.
Приведший их парень с сигарой исчез на кухне. Спустя некоторое время он вернулся и вручил Рэглу бутылку. Все внимательно наблюдали. Рэгл извлек пробку и тут же понял, что внутри. Вик тоже понюхал.
— Это же самый натуральный тетрахлорметан!
— Да, — подтвердил Рэгл. Значит, они сидят здесь и балдеют от тетрахлорметана. Это и есть хлоп-хлоп.
— Нюхай, — приказал кто-то.
Рэгл нюхнул. За свою жизнь ему приходилось пару раз вдыхать четыреххлористый углерод, и, кроме головной боли, никаких ощущений он не испытывал. Он передал бутылку Вику.
— Нет, спасибо.
Парень в костюме сказал высоким голосом:
— Ребята в галстуках ломаются.
Все заулыбались.
— Это девушка, — пробормотал Вик. — Посмотри.
Оказалось, что все, кто в костюмах, рубашках и кроссовках, — девушки с выбритыми наголо головами. От парней их отличали разве что более хрупкие и маленькие фигуры. Косметикой они не пользовались. Если бы девушка не заговорила, Рэгл и Вик никогда бы не догадались.
— Торчковый хлоп-хлоп, — сказал Рэгл, — но слабенький.
Наступила тишина.
Одна из девушек попросила кого-то:
— Сыграй странную песню.
Лица парней потемнели. Потом один поднялся и прошел в угол комнаты, где стояла высокая кожаная сумка. Он вытащил из нее пластмассовую трубку с дырочками. Один конец засунул в нос, прикрыл дырочки пальцами и заиграл. Носовая флейта.
— Классная флейта, — сказала одна из девушек.
Парень опустил инструмент, вытащил из рукава яркую цветную тряпочку, вытер нос и спросил, обращаясь к Вику и Рэглу:
— Как оно, быть лунатиком?
Значит, могут говорить и не на жаргоне, подумал Рэгл.
— Лунатиком? — робко переспросила одна из девушек. — Что, действительно?
— Ну да, — подтвердил парень. — Ребята в галстуках — лунатики. — Он засмеялся, хотя явно испытывал некоторую неуверенность. — Я не прав?
Рэгл ничего не ответил, Вик тоже промолчал.
— Вы одни? — спросил другой парень. — Или есть еще ваши?
— Только мы, — ответил Рэгл. Все уставились на него с недоверием. — Да, это правда, — продолжал Рэгл. Похоже, иначе завоевать их доверие не удастся. — Мы лунатики.
Никто из подростков не пошевелился. Все замерли. Потом один рассмеялся.
— Ребята в галстуках — лунатики. Ну и что? — Пожав плечами, он взял свою флейту.
— Еще играть-играть, — попросила девушка.
— Мы теряем здесь время, — буркнул Рэгл. — Пошли.
Он уже был на пороге, когда один из парней сказал:
— Эй, ребята, за вами военная полиция. Шаг за дверь — и вас заметут.
Парень снова заиграл. Остальные кивнули.
— Вы знаете, что военная полиция делает с лунатиками? — спросила девушка. — Им вкатывают дозу К. Л.
— Это что? — спросил Вик.
Все рассмеялись. Никто не ответил, флейта продолжала играть.
— Ребята в галстуках побледнели, — сказал парень, вдохнув из бутылочки.
Пол задрожал. Кто-то поднимался по лестнице. Мелодия оборвалась. Стук. Вот и все, подумал Рэгл.
— Черт бы вас побрал, щенки! — раздался грубый голос. На пороге стояла тучная пожилая женщина в шелковом халате. На ногах у нее были меховые тапочки. — Я же предупреждала, после десяти — никаких флейт! А это кто? — Полуприкрытые глаза старухи остановились на Рэгле.
Сейчас ей скажут, и она в панике кинется на улицу. Через минуту возле дома будут танки или что-нибудь этакое, на чем здесь ездит военная полиция. Тед, водитель, наверное, тоже не терял времени. И официантка. Все, конец.
«Как бы то ни было, мы выбрались, мы узнали, что сейчас не 1959-й, а 1998 год, идет война, подростки говорят и одеваются как аборигены Западной Африки, девушки носят мужскую одежду и бреют головы. И деньги в нашем понимании исчезли. Вместе с дизельными грузовиками».
С неожиданной тоской Рэгл подумал, что они так и не разобрались в главном. Зачем нужен был поддельный город со старыми автомобилями и улицами. К чему было годами дурачить их…
— Кто эти джентльмены? — настаивала старуха.
После паузы одна из девушек ответила с недоброй улыбкой:
— Ищут жилье.
— Что? — недоверчиво переспросила старуха.
— Ну да, — подтвердил парень. — Зашли и спросили, не сдается ли комната. Ходили по всей округе. У вас разве не горит свет на крыльце?
— Нет. — Женщина вытащила платок и вытерла мягкий, морщинистый лоб. — Я его выключила. — Повернувшись к Рэглу и Вику, она представилась: — Меня зовут миссис Мак Фи. Этот дом принадлежит мне. Какие комнаты вас интересуют?
Прежде чем Рэгл успел ответить, Вик сказал:
— Любые подойдут.
— Что ж, — хозяйка развернулась в дверях, — пойдемте, я покажу. Хотите одну на двоих? — Внимательно их оглядев, она добавила: — Вначале пройдемте ко мне, расскажете, чем вы занимаетесь, и все такое.
Старуха поползла вниз, ступенька за ступенькой.
Внизу со стонами и причитаниями она нащупала выключатель. Замигала голая лампочка, освещая ведущую к парадному входу дорожку вдоль стены. На крыльце стояло старомодное плетеное кресло-качалка. Старомодное даже с их точки зрения. Есть вещи, которые не меняются, подумал Рэгл.
— Вот сюда, — указала миссис Мак Фи. — Если не передумали.
Она скрылась в доме. Рэгл и Вик шагнули следом, очутившись в темной, захламленной и душной гостиной, забитой всякой всячиной: стульями, лампами, покосившимися картинами на стенах, коврами… Сверху, вышитый или вытканный цветными нитками, висел вымпел со словами:
ЕДИНЫЙ СЧАСТЛИВЫЙ МИР НЕСЕТ СЧАСТЬЕ И РАДОСТЬ ВСЕМУ ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ
— Я бы хотела узнать, — миссис Мак Фи тяжело опустилась в кресло, — имеете ли вы постоянную работу? — Наклонившись, она сдвинула со стола на колени огромный гроссбух.
— Конечно, — ответил Рэгл.
— И что это за работа?
— Торгуем овощами, — сказал Вик. — Я заведую секцией в супермаркете.
— Что? — От изумления старуха открыла рот. Черно-желтая птица непонятного вида резко закричала в клетке. — Успокойся, Дуайт!
— Овощи и фрукты, — повторил Вик. — Розничная продажа.
— Какие овощи?
— Всякие, — ответил он раздраженно.
— И где вы их берете?
— Привозят фургоны.
— Ага, — прокряхтела старуха. — А вы, — она повернулась к Рэглу, — скорее всего, инспектор.
Рэгл промолчал.
— Не верю я торговцам овощами, — сказала миссис Мак Фи. — Тут приходил один на прошлой неделе, я не утверждаю, что это вы, хотя все может быть… И вроде бы неплохие овощи, но, видит бог, я бы померла на месте, если б их съела. На них просто написано, что они эр а. Я сразу вижу. Конечно, он клялся, что они выращены в шахтах. Показывал даже этикетку, якобы они растут глубоко под землей. А я по запаху чувствую — эр а.
Радиоактивность, подумал Рэгл. Все, что растет на поверхности, поражено осадками. Значит, были бомбовые удары. Эта мысль пронзила его. Он вдруг отчетливо увидел длинный ряд фургонов, груженных выращенной под землей едой. В шахтах. Рисковый они выбрали себе бизнес — торговать зараженными помидорами и дынями.
— Наш товар без эр а, — заверил Вик. — Радиоактивность, — прошептал он Рэглу. — Мы очень издалека. Приехали сегодня вечером.
— Я вижу, — заметила миссис Мак Фи.
— Мы оба болели, — добавил Вик. — Расскажите, что происходит.