— Вы кто? — спросил он.
— Ессутил Квак, частный детектив.
— Ага, — сказал мастер. — Значит, этот царящий в замка бардак почтенному Глендуру надоел, и он решил пригласить специалиста, чтобы тот схватил негодяев за руку.
Я кивнул.
Особой радости я в данный момент не испытывал. До меня вдруг дошла одна, очень простая вещь.
А ведь мне и в самом деле, как и положено частному детективу, придется задавать и задавать различные вопросы. До того момента, пока я не узнаю что-нибудь важное. Спрашивать и анализировать. До одурения..
Впрочем, это моя работа. И кому там совсем недавно надоело бегать и сражаться? Пора начинать отрабатывать свой аванс, зарабатывать на хлеб с укрепляющими подпрограммами. Пора делать дело. И начну я с этого мастера. Он у меня сейчас попрыгает. Я его загоню, вымотаю, раздавлю, как танк, выпотрошу из него всю возможную информацию.
Вот, сейчас...
— Каких негодяев? — спросил я.
— Тех самых, которые бессовестно крадут у меня лучшие основы, оставляя лишь всякую некондицию.
— А зачем они это делают? — спросил я.
— Ну откуда я знаю? — пожал плечами Майкмал. — Думаю, вам стоит спросить об этом у них, у злоумышленников.
— Но вы, наверное, делаете какие-то предположения? Не может быть, чтобы у вас не было каких-то предположений.
— Предположений? — спросил Мастер.
— Ну да.
— Конечно, предположения у меня есть. Как без них?
— И какие?
— Мне кажется, они, эти основы, негодяям просто нужны.
— Для чего?
— Да для чего годятся основы? Конечно, преступники понаделают бродячих программ и будут повелевать ими в свое удовольствие. Уже — понаделали. Мне говорили, что в лесу появились призраки, с которыми воюют охотники. Думаю, они сделаны из похищенных основ.
— И вас нет никаких догадок, кому это нужно и зачем?
— Совершенно не представляю.
Мастер с тоской взглянул на информационное окошко. Похоже, ему не терпелось вернуться к прерванной игре.
Я удовлетворенно улыбнулся.
А вот и его слабое место. До тех пор пока не выложит все, что знает, к своей игрушке не вернется. Главное — не отступать.
— Но вы же — мастер, — сказал я.
— При чем тут это?
— У вас должна быть чудовищная фантазия. Без нее вы просто не сможете работать.
— А вы имеете какое-то представление о том, как работают мастера-кукарачи?
— Ни малейшего.
— Тогда почему вы пытаетесь рассуждать о том, что именно необходимо мне для работы?
— Проще говоря, вы утверждаете, что вам для работы совсем не требуется фантазия?
Я все-таки выдержал короткий раунд борьбы в «гляделки» и с честью его выиграл. Мастер отвел глаза первым. Это еще более обнадеживало. Теперь самое главное — не давать противнику передышки, давить его, давить до последней возможности.
— Я так не утверждал, — ехидно улыбнулся Майкамаль. — Однако я и не пытался, например, научить вас вашему делу. Так и вы, будьте добры, не суйте нос в мою работу.
— Вот в этом-то и состоит моя работа. Совать всюду нос.
— Всюду? Ох, не советую.
— Да, именно так. Особенно туда, куда мне его совать не советуют.
— И для вас это каждый раз, обходится без последствий?
— Не всегда. Но у меня такая работа. И я, несмотря на все последствия, буду ее делать. Вот и с вами. Что бы вы не говорили, как бы не отнекивались... Все выплывет на поверхность. Неизбежно.
— Неужели?
— Совершенно уверен.
— Откуда у вас такая уверенность?
— Практика. Поверьте, это как визит к дантисту. Чем дольше откладываешь, тем хуже потом будет. И если сразу вы отделаетесь одной лишь пломбой, то, протянув время, вынуждены будете потерять зуб.
Мастер пожал плечами и задумался.
— Время думать прошло, — сказал я. — Настало время говорить. Итак?..
— Ладно, — сказал Майкамаль. — Чего тебе, собственно говоря, надо? Скажи просто, без фокусов.
Я вздохнул.
— Да ничего особенного. Просто хочу, чтобы ты выложил все, что знаешь о кражах основ и не просто факты, все, что ты об этом думаешь. Догадки, идеи. Все. Понимаешь?
— А если я откажусь?
— Начнем все с самого начала?
— Но как ты сможешь меня проконтролировать?
— Да никак, — сказал я. — И не собираюсь это делать. Просто если ты мне расскажешь не все, то мое расследование неизбежно зайдет в тупик и тогда я опять приду к тебе. Все начнется сначала.
— Хорошо, — творец улыбнулся. — Договорились. Ты готов меня слушать?
— В обе уха, — улыбнувшись в ответ, заверил его я.
— Ну, так слушай, — промолвил Майкамаль. — Кто именно крадет — я не знаю. У меня просто нет фактов, чтобы делать хоть какие-то серьезные выводы. Однако, как я подозреваю, дело обстоит так, что некто, желая нанести моему работодателю наибольший вред, избрал для этого именно такой путь.
— Глупо, — сказал я.
— Не сказал бы.
— Почему? Какой вред может нанести кража нескольких основ для бродячих программ, тому, кто не просто богат, но очень богат, так, что может себе позволить персональный кибер?
— Достаточно большую.
— Каким образом?
— Прежде всего, украдено не несколько программ, а гораздо больше. Думаю, число их уже перевалило за сотню.
Эта цифра меня слегка ошарашила.
— Ты уверен? — спросил я.
— Вполне уверен. Для чего тогда Глендур вынужден был пригласить в свой кибер вольных охотников? Ради нескольких бродячих программ? Как же, жди. Нет, их не несколько, их гораздо больше.
— Хорошо, согласен, — промолвил я. — Это действительно серьезный урон. Но мне почему-то показалось, что ты имеешь в виду нечто большее. Я ошибся?
— Есть и большее. Сам кибер.
— Каким образом?
Майкмал покачал головой.
— Ну, ты же частный детектив. Ты должен уметь рассуждать логически, ты должен знать, как люди думают.
— Что ты имеешь в виду?
— Тот же почтенный Глендур. Кто он? Правильно, очень богатый человек. Может ли богатый человек, только чисто для собственного развлечения завести такую дорогу штуку, как кибер?
— Почему бы и нет? — промолвил я. — Если он может себе это позволить...
— Вот поэтому, ты никогда не станешь богачом. Всю жизнь будешь за гроши вынюхивать чужие секреты. Достаточно богатый человек может себе позволить завести личный кибер ради прихоти. Но потом, в силу своей натуры он обязательно озаботится извлечением из этого кибера дохода, как минимум покрывающего затраченные на него деньги, как максимум — их довольно прилично превышающие. Так уж устроено у них мышление. У богатых людей. Будь по иному, они бы никогда не стали тем, чем стали.
Я почесал в затылке.
Вообще-то, мастер был прав. И этот Глендур, куда он отправился после разговора со мной? Ну конечно — работать. Значит, и правда, он в этом кибере не столько отдыхает, сколько работает.
— И каким образом он получает доход со своего кибера?
— Разными. Исследования, технологии, создание программ по индивидуальным заказам. Услышав, что в кибере находится настоящий мастер, ты не пытался выяснить, для чего он здесь нужен? Нет? А — зря. Откуда такая нелюбознательность?
— Глендур...
— Ну да, Глендур может себе позволить прихоть иметь мастера, просто для удовлетворения личных прихотей по части окружающего ландшафта и личин дворцовой челяди. Но не слишком ли дорогая прихоть? Будь наш хозяин богачом во втором или третьем поколении, все было бы более-менее понятно. Потомственным богачам свойственно ради удовольствий платить целый состояния. Однако почтенный Глендур принадлежит к тем, кто поднялся из самых низов, к тем, кто создал себя сам. Такие всю оставшуюся жизнь помнят, сколько стоит тарелка лукового супа. Такие могут ради прихоти потратить большие деньги, но не в течение долгого времени. Очень скоро над ними возьмет верх их натура, и они обязательно приспособят то, что являлось поначалу просто прихотью, для извлечения постоянного и достаточно солидного дохода.
— И это — все?
— Нет, конечно. А все эти любители игр в моделированной кибер-реальности? Поначалу фэнтезийный антураж кибера был действительно прихотью, памятью о детстве, но очень скоро даже он стал приносить доход. Съезды моделировщиков, розыгрыши их самых лучших ситуаций и прочее, прочее... Причем, предоставление кибера под все эти мероприятия приносит очень даже неплохой доход. Одно только это оправдывает все его затраты. Я мог бы назвать еще несколько способов получения дохода, но и перечисленного вполне достаточно. Ты не находишь?
— Понимаю, — сказал я. — К примеру, если во время одного из подобных мероприятий на какого-нибудь из проектировщиков нападет рыцарь с огромной секирой наперевес...
— Вот именно. И если он к тому же не просто нападет, но и пошинкует проектировщика своей секирой на мелкие кусочки, то это принесет просто неисчислимые убытки. Как в плане выплат безутешным родственникам всяческих компенсаций, так и в виде упущенной выгоды. Причем, последнее будет — самым худшим, поскольку деньги потраченные на выплаты можно постепенно компенсировать, а вот восстановление утраченного престижа потребует времени и больших затрат на рекламу. В первую очередь — времени.
— Что почтенный Глендур до этого момента предпринял? — спросил я.
— Прежде всего, по его приказу пустили слух, будто кибер закрывается на пару недель на профилактику, и на этом основании отказали всем желающим его в течение данного времени посетить. На мой взгляд, это было разумно. Можно понести кое-какие потери, но только в деньгах. Трупы нам не нужны. Потом, как ты уже знаешь, в кибер пригласили вольных охотников. И для того чтобы схватить того, кто гадит нам под самым носом, был приглашен частный детектив. Разумно?
— Да, конечно, — промолвил я. — Разумно. Вот только, если вы находитесь в таком отчаянном положении, к чему было играть в тайны мадридского двора? Зачем почтенный Глендур не поставил меня о вашем положении в известность сразу, как только я появился в его кибере? Почему ты пытался разыгрывать со мной сценку из спектакля «ничего не слышу, ничего не ви