– Считается, что вас нет в живых.
– А я действительно умер, – вымолвил Абитриакс. – Быть может, вам будет любопытно выслушать мою историю?
– Конечно.
– Вот и славно. Как же приятно выговориться кому-то… Но с чего же лучше начать? Надеюсь, люди не забыли Войны Тьмы? Боюсь, я потерял счет времени.
– Вы прожили целую эпоху.
– От начала и до конца, – произнес Абитриакс. – Я помню Сириатис и его разрушение. В первых кампаниях нам приходилось отступать, и я часто видел, как погибали мои друзья и соратники. Позже я получил продвижение по службе, а после нашей победы при Эбон-Филдс мне вручили веретено судьбы. Шли годы, ход войны изменился, мы возвращали потерянные крепости, и я в каждой битве сражался в первых рядах. Когда началась осада последних неприятельских укреплений, я уже возглавлял все армии Света.
Мы подошли к развилке, и Абитриакс остановился.
– Но меня предали, – он устремил невидящий взор в пустоту. – А Совет боялся меня. Я был слишком знаменитым и популярным. И тогда в последние месяцы войны, когда наша победа уже была обеспечена, меня послали на верную гибель.
Абитриакс умолк.
– Но вам удалось всех перехитрить, – тихо сказал я.
Заморгав, Абитриакс посмотрел на меня, потом покачал головой и повернул налево. Я последовал за ним.
– Да. Мне помогло веретено судьбы. Такие были у каждого полководца, хотя маги-ремесленники не смогли прийти к варианту единой конструкции. Их творения всегда оказывались… непредсказуемыми. Но я овладел секретом вкладывать в веретено судьбы себя, шаг за шагом привязывая к реликвии свою личность, поэтому по мере того как росло его могущество, росло и мое. В каком-то смысле веретено стало моей неотъемлемой частью. Думаю, именно поэтому мне и удалось совершить последний прыжок…
Абитриакс помрачнел.
– Да, полагаю, ты здесь ради моего веретена судьбы? Не лги, – добавил он, увидев, что я замялся. – Ради чего-либо другого ты бы сюда не пришел. Кроме того, веретено превратилось для меня в тяжкий груз.
– Да, я здесь ради веретена, – просто сказал я.
– А остальные?
– Кто?
Абитриакс поднял брови.
– Маги, пытавшиеся связаться со мной. Пусть у меня нет тела из плоти и крови, но я не слепец. По-моему, их где-то с полдюжины?
Я помолчал.
– Вы сможете помочь мне в противостоянии с ними? – спросил я после паузы.
– С горсткой магов? – Абитриакс презрительно фыркнул. – Да я побеждал целые армии! Однако без носителя я – ничто. И, что гораздо важнее, нет никаких гарантий того, что моим носителем станешь именно ты. Если кто-либо из других магов доберется до меня, боюсь, мое могущество окажется в его распоряжении, а не в твоем. Сейчас я являюсь слугой носителя.
Я пристально всмотрелся в лицо полководца. Он безмятежно улыбнулся.
– И не в моей власти определить, кто станет носителем. Но если у тебя есть враги внутри этого комплекса, я бы посоветовал тебе позаботиться о том, чтобы они не достигли своей цели. Если они завладеют мной и прикажут веретену выследить и убить тебя, я очень опасаюсь, что у меня не будет иного выхода, кроме как повиноваться.
Мы с Абитриаксом уже сделали два поворота и практически вернулись к тому помещению, где находилась хрустальная сфера. Я невесело усмехнулся.
– В таком случае мне, пожалуй, лучше поторопиться, – произнес я.
– Ты прав, – согласился Абитриакс. – Скажи ученику, похожему на школяра, попробовать произнести командное слово, начертанное в правом углу. Пароль мне неизвестен, но, не сомневаюсь, ты сможешь его вычислить.
– Хорошо. До встречи!
– Будем надеяться на лучшее, – напутствовал меня Абитриакс. – Хочется верить, что ты, несмотря ни на что, добьешься успеха.
И его образ растаял, превратившись в туманную дымку.
Я вернулся обратно. Лона и Зонд до сих пор поглядывали на мое тело. Теперь я знал, что надо делать. Я вышел из транса и тотчас почувствовал под своей рукой прохладную хрустальную сферу.
На секунду у меня перед глазами все поплыло, затем…
– …в беду, – произнес Зонд.
– Ты ведь не забыл, что нам сказал Алекс? – проговорила Лона.
Большинству людей ее голос показался бы совершенно спокойным, но я уловил в нем тревожные нотки.
– Мы могли бы… Алекс?
На сей раз я действительно обернулся.
Лона прищурилась и с облегчением вздохнула.
– Наконец-то!
– Я в порядке, – заявил я. – Зонд! Внимательно осмотри правый угол. А я тем временем кое-что вам расскажу.
Пока Зонд работал, я ввел ребят в курс дела. У меня мелькнула мысль сохранить все в тайне между мной и Лоной, но я не нашел подходящего повода услать парня куда-нибудь подальше, кроме того, Зонд мне действительно помог.
– Думаю, Абитриакс – это настоящая легенда! – затараторил Зонд. – И он стал практически бессмертным! Войны Тьмы бушевали почти две тысячи лет назад! У Абитриакса ведь полно всяких историй про ту эпоху!
– Зонд! – остановил его я. – Нужно правильно расставить приоритеты. Первым делом спастись, а затем углубиться в научные исследования. Рассказ Абитриакса стыкуется с тем, что тебе известно?
Зонд задумался.
– Никому прежде не удавалось найти веретено судьбы. Многие считали, что артефакты уничтожили, а они попросту были нестабильными. И еще существовала загадка гибели Абитриакса. В некоторых источниках высказывалась версия о предательстве, однако доказательств не было. После окончания Войн Тьмы Совет охватили внутренние распри, и архивы подверглись корректировке.
– Ты ему веришь? – спросила Лона.
Я заколебался.
– Не знаю, – признался я. – Меня не покидало ощущение, будто он что-то недоговаривает. Но я не сомневаюсь, что Абитриакс не лгал насчет того, как он поступит, если Оникс найдет его первым.
– И что теперь нам делать? – пробормотала Лона.
Зонд прервал поиски кода и посмотрел на меня.
– Мы отправляемся за веретеном судьбы, – заявил я. – Если мы заберем его, у нас появится реальный шанс. Но вам нельзя ввязываться в драку. Сейчас Оникс и остальные охотятся за мной, вам не стоит светиться, – твердым тоном произнес я.
Они кивнули: Зонд поспешно, Лона с некоторой неохотой. Оба тотчас же вернулись к своим занятиям, а я прикусил губу, гадая, как нам выкрутиться из передряги.
Дело в том, что все имеющиеся у нас варианты оказались плохими. Я понимал, что попытка опередить Оникса и его «коллег» закончится смертоубийственной схваткой – и тогда наш маленький отряд практически наверняка потерпит поражение. Крайне соблазнительной была мысль сбежать и где-нибудь затаиться. Если мы не вступим в борьбу за веретено судьбы, подручные Левистуса и Мордена будут поглощены противостоянием друг с другом и не обратят внимания на такую мелюзгу, как мы.
Но если мы спрячемся, победитель сможет беспрепятственно охотиться за нами, имея в своем распоряжении всю мощь артефакта Предтечи. И, конечно же, только от нового хозяина веретена и будет зависеть наша дальнейшая судьба. Интуиция подсказывала мне, что для нас лучший путь – это действие. Но одно дело рисковать своей шкурой, и совсем другое – чужой. Я посмотрел на Лону, которая стояла в углу, на Зонда, буравящего взглядом стену, и внезапно меня захлестнула волна паники. Несмотря на показную храбрость, я не знал, сумею ли я их защитить.
Но я встряхнулся, сосредоточился, принялся наблюдать за Зондом и стал перебирать варианты будущего. Вскоре я убедился в том, что Абитриакс дал дельный совет.
– Попробуй начать с магических приказов, – обратился я к Зонду.
– Какие?
– Любые.
Зонд пожал плечами.
– Что за глупости…
Я вздохнул. Было до боли очевидно, что теоретик Зонд вообще не имеет опыта. Побывав несколько раз в настоящей заварушке, перестаешь беспокоиться о том, как ты выглядишь со стороны, особенно если тебя угораздило попасть в эпицентр катастрофы. Лучше быть объектом насмешек, чем мертвецом.
Сейчас над Зондом никто не станет смеяться.
– Давай, не стесняйся.
Зонд начал произносить слова на древнем языке. Он говорил как школьник, старательно выговаривая каждый слог.
– Стоп! – воскликнул я. – Повтори последнее слово, положив ладонь на стену и растопырив пальцы. Подними руку чуть выше, – добавил я, когда Зонд сделал то, что я просил. – Хорошо. А сейчас скажи магический приказ.
Зонд набрал воздуха в легкие.
– Этро.
Прямо перед ним участок стены семь футов в высоту и три фута в ширину на мгновение засиял, после чего… испарился. От неожиданности Зонд испуганно отпрянул и едва не потерял равновесие.
Перед нами был короткий коридор, поворачивающий налево.
– Похоже, что поблизости находится западня, – проворчал я. – Единственный путь – идти вперед.
– Уверен? – спросила Лона.
– Нет. Но нам нужно… – я резко замолчал.
– Что?..
Я ответил не сразу.
– Там кто-то есть.
Коридор достигал в ширину примерно пять футов. С одной его стороны тянулось толстое непробиваемое стекло, какое обычно устанавливают в комнатах наблюдения, за которым и располагалась ловушка.
Взглянув за стекло, мы воочию увидели то, что сталось бы с нами, если бы мы случайно попали в магическую западню.
Каждый дюйм помещения – стены, пол, потолок – оказался покрыт зеркалами. Однако вместо того чтобы стоять ровно, они были расставлены под наклоном и отбрасывали отражения под самыми причудливыми углами. Комнату заполняли пересекающиеся лучи яркого света, пучки энергии, белые линии, выглядевшие вполне безобидно, однако я знал, что они способны резать подобно бритвам. Помещение было буквально под завязку насыщено лучами, и я не сразу сообразил, что их не сотни тысяч, а всего-навсего три. Они исходили из крошечной панели в дальнем углу и свободно гуляли по комнате. В центре помещения, пойманные в лучевую клетку, скрючились Рэйчел и Пепел. Рэйчел стояла, пригнувшись, луч прямо у нее над головой не позволял женщине выпрямиться. Пепел согнулся напополам, чтобы избежать верной гибели. Воздух вокруг Черных магов искрился, и я разглядел на их одежде выжженные дыры: заряды энергии делали свое дело.