Я много слышал о легендарном участнике движения за свободу Индии Ачуте Патвардхане. В молодости он вместе со своим коллегой Аруной Асафом Али снял британский флаг со штаба Британской резиденции в Индии и поднял индийский национальный. Я ожидал встретить внушительного хорошо сложенного мужчину. Но появившийся человек оказался очень маленьким, чем-то похожим на мышь. Он не выглядел на семьдесят с лишним, он был бодр и учтив. Его взгляд был острым и живым. Прежде чем встретиться со мной, он выполнил небольшую проверку. Мистер Упасини из Раджгата навел справки обо мне у Нанаджи Дешмукха в Дели, которого очень хорошо знал, и по телефону сообщил Ачуте Патвардхану обо мне. Он был вполне удовлетворен представлением и моей квалификацией и был со мной очень любезен.
Он сказал, что Кришнамурти приедет в течение месяца, и до этого я могу остановиться в штабе Васант Вихаре, а он попробует организовать для меня частную встречу с Кришнамурти. Поблагодарив, я согласился. Мне выделили небольшой номер около столовой, куда мы с Ачутджи и направились. Там было несколько гостей, приглашенных на обед или ужин. Кампус был вегетарианским, никакого алкоголя и табака, что очень меня радовало. По вечерам я и Ачутджи прогуливались по лесистым пяти с половиной акров территориям кампуса или поблизости по растянутым поместьям Теософического общества, где мы иногда передвигались на попутных автомобилях.
Несмотря на разницу в возрасте и социальный статус, мы стали хорошими друзьями. Он был более чем в три раза старше меня и был хорошо известен в политических и общественных кругах. Мы обсуждали широкий круг вопросов, и я многое узнал о людях данного статуса. Одну его историю я никогда не смогу забыть. История о том, как, будучи молодым человеком, он попросил разрешения у Кришнамурти присоединиться к индийскому направлению по борьбе за свободу во главе с Махатмой Ганди. Кришнамурти сказал ему, что свобода абсолютна от предрассудков, разделения и насилия, и если борьба за свободу стремится к этому, то делай это как чувствуешь и не спрашивай меня. После «Британского»' освобождения последовало разделение Индии и Пакистана и, как следствие, кровавое насилие и кровопролитие. Позже, когда Ачутджи встретился с Кришнамурти, тот довольно саркастично спросил его, есть ли смысл в бессмысленном насилии и кровопролитии этой борьбы за так называемую свободу.
За то время ожидания Кришнамурти я прочитал всю доступную литературу относительно его и прослушал всевозможные аудиозаписи переговоров с ним. Прежде чем я опишу мою личную встречу с Кришнамурти, я хотел бы кратко познакомить вас с его биографией.
Все началось в 1873 году с приезда эмигрантки из русской аристократической семьи Елены Петровны Блаватской. Она была создателем Теософского общества вместе с полковником Генри Стилом Олкоттом, с которым они исследовали оккультные явления. Блаватская была довольно противоречивой фигурой, чья так называемая материализация объектов оккультными средствами воспринималась некоторыми как божественная, а другими – как обычный фокус. Олдос Хаксли объявил ее шарлатанкой и обманщицей. Блаватская утверждала, что она действовала от имени таинственных гималайских Мастеров, которые приказали ей создать Теософское общество. Двух из этих мастеров она называла Мория и Кутхуми Лал Сингх и говорила, что жила с ними в Тибете и в горном массиве Каракорум и что один из них был ее гуру.
Своей яркой личностью, магнетизмом и обширными знаниями она привлекла великого оратора и атеистку Анни Безант, члена общества Фабиан и близкого друга Джорджа Бернарда Шоу. Анни Безант, получив копию «Тайной доктрины» Блаватской, была так поражена книгой, что вскоре встретилась с ней и стала ее ученицей. Анни Безант сыграла большую роль в жизни Кришнамурти.
Другой человек, который сыграл, возможно, самую важную роль в жизни Кришнамурти, был священник Чарльз Уэбстер Ледбитер, лишенный сана английской Церкви. Это была хорошо начитанная и многогранная личность, чьи работы по оккультизму оставили много интересных и увлекательных то ли фактов то ли вымыслов. Ледбитер со своей белой струящейся бородой и резкими чертами напоминал библейского пророка. Встретив Елену Блаватскую, он тоже стал ее учеником, а вскоре был признан выдающимся теософом. После смерти Блаватской Ледбитер утверждал, что был в непосредственном контакте с теософскими мастерами Белого дома, и был посвящен и благословлен ими. Анни Безант сильно опиралась на него в оккультных вопросах.
Ледбитер был главным ответственным за распространение среди теософов идеи, что настало время для прихода во плоти великого Господа Будды Майтреи, Мессии эпохи, будущего Будды. Этот приход был уникален тем, что великий господин родится в теле специально обученного чистого и добродетельного человеческого существа. По этой причине выдающиеся теософы были в поисках подходящего молодого человека, который мог бы быть «транспортным» средством для Господа Майтреи.
Еще при жизни Блаватской Теософское общество основало свою штаб-квартиру размером в триста акров в городе Адьяре недалеко от Ченнаи. Это были европейские здания с великолепными деревянными ограждениями на берегу реки Адьяр, там даже был собственный пляж. Именно здесь Ледбитер обнаружил на берегу реки Кришнамурти и его брата Нитьянанду в очень юном возрасте. Он утверждал, что аура мальчика Кришнамурти, которую он якобы видел, используя свои способности ясновидения, была чистая, добродетельная и яркая, и поэтому он подходит для использования Господа Майтрея.
Итак, Кришну и его младшего брата Нитью с торчащими зубами и вшами забрали у их отца Нараянайаха, незначительного чиновника в отставке. Их обучали Ледбитер и другие учителя до тех пор, пока они не научились быть Пакка Сахибом (истинным джентльменом) и соответствующе вести себя. Кришна, считавшийся идиотом до усыновления его теософами, никогда не сдавал экзаменов в Кембридже или Оксфорде. В то же время его брат Нитья был достаточно умным и получил достаточно хорошее образование. Когда теософы взяли их с собой на Запад, оба молодых человека, благодаря Теософской пропаганде, были уже весьма популярны.
Конечно, Кришна, будучи будущим Мессией, лечился в хороших клиниках и носил самые дорогие дизайнерские костюмы и ездил на дорогих машинах как принц. В общем, он был на высших ступенях социальных кругов Англии, Европы и США. Трагедия случилась, когда Нитья, его младший брат, умер от туберкулеза. Кришна, предполагая что теософские мастера не позволят ему умереть, потерял веру в так называемую теософию и начал отходить от иерархической структуры Теософской организации, в которой состоял. 3 августа 1929 года на Международном Собрании Теософов, которое проводилось в Оммене в Голландии, Кришнамурти полностью отказался от идей Теософского общества и вышел из него.
Он распустил орден Звезды, который возглавлял, заявляя: «Истина – это земля без дорог, и вы не можете приблизиться к ней с помощью какого-либо пути…»
Шокированной аудитории, в том числе госпоже Безант, он сказал: «Сейчас я принял решение о роспуске ордена, так как являюсь его главой. Вы можете создать другие организации и назначить кого-то другого. Я не хочу иметь никакое отношение к созданию новых клеток и новых украшений для этих клеток. Меня беспокоит лишь то, чтобы дать абсолютную и безоговорочную свободу людям».
Безант, так и не оправившись от шока, вскоре скончалась. Кришнамурти с несколькими друзьями, включая Раджгопала и Ледбитера, создали корпорацию рукописей Кришнамурти, которая поддерживала его лекции и другие его мероприятия по всему миру. Раджгопал умело отредактировал первую коллекцию лекций Кришнамурти «Комментарии к жизни».
Годы спустя Раджгопал поссорился с Кришнамурти, и после длительного периода раздражительности и юридических схваток Раджгопал остался в стороне. С помощью новых политически влиятельных друзей Кришнамурти были созданы фонды Кришнамурти в Индии, Англии и Америке со штаб-квартирой в Охайе в Калифорнии. Эти организации публиковали переписанные лекции и заботились обо всех мероприятиях Кришнамурти в Индии и за рубежом.
В Индийском штабе Кришнамурти в Васант Вихаре недалеко от штаб-квартиры Теософского общества я ждал прибытия Кришнамурти. В конце ноября в полночь Кришнамурти появился в Ченнаи. Увидеть его я смог только на следующий день во время обеда.
Падмакар Патвардхан, младший брат Ачута Патвардхана, и его южноиндийская жена Сунанда, редактор бюллетеня Кришнамурти, вернулись из своих путешествий за несколько дней до его прибытия. Несмотря на их подозрительность и тенденцию держать Кришнамурти подальше от обычных людей, таких как я, по рекомендации Ачута мне разрешили присоединиться к небольшой группе, которая обедала с Кришнамурти в столовой.
Оставалось еще много дней до публичных лекций и встреч в Васант Вихаре. В то время там было мало проживающих, поэтому продолжительных разговоров за обедами и ужинами не было. Отобедать с Кришнамурти приглашались гости, которые могли быть потенциальными донорами, или некоторые влиятельные персоны, которые могли бы быть полезными для учреждения. Мне выделили место подальше от Кришнамурти, насколько это было возможно. Наконец, через три или четыре дня после прибытия Кришнамурти, миссис Сунанда Патвардхан сообщила мне, что Кришнаджи, как она обращалась к нему, желает видеть меня лично в своей спальне наверху, возможно на полчаса или дольше, как он захочет. Я знал, что только Ачуту удалось бы получить для меня разрешение на эту встречу.
Спальня наверху считалась священным местом. Чужой не мог без разрешения даже подниматься по лестнице, поэтому я был тронут предоставленной мне привилегией. Волнуясь, я вошел в комнату и увидел Кришнаджи, сидящего со скрещенными ногами на коврике на полу.
– Можете закрыть дверь, сэр, – были его первые слова, – и подойти и присесть здесь.
Я осторожно присел на край ковра.
– Нет, нет, идите сюда, – сказал он, указывая, куда я должен сесть.
Я сел напротив его. В течение минуты он держал меня за левую руку и затем отпустил. Я не был в восторге или испуган в его присутствии, напротив, я чувствовал, что сидел с хорошим другом. Несмотря на то что ему было уже за восемьдесят, он был действительно красив. И хотя раньше я издалека видел его несколько раз на переговорах в Ченнаи и Дели, но понял, что почувствовал Джордж Бернард Шоу, увидев его и отметив, что молодой Кришнамурти был «самым красивым человеком», которого он видел.