— Что?! — повернулась ко мне Темари. Я даже поразился её схожестью с Ёшино-сан в этот момент. Вспомнился канонный пейринг Шикамару и Темари… Интересно, как у них получится пожениться? Всё же они шиноби из разных деревень… Впрочем, что-то я замечтался, и все в комнате скрестили взгляды на мне.
— Возможно, в Суне есть кто-то, кто тоже владеет техниками, схожими с техниками клана Яманака? Возможно, что такой шиноби будет сторонним наблюдателем и проследит, чтобы Ино ничего лишнего не сделала или даже как-то поможет? Они могут сделать то, что требуется, сообща.
Забавно было видеть, как лица присутствующих просветлели. Особенно у Юуры. Не думаю, что ему так хочется умирать.
— Но у нас… — задумалась Темари.
— Я думаю, что нам подойдёт Акасуна Сая, — заявил Канкуро.
— Сая? Но она же кукольница! — хмыкнула Темари, чуть скривившись. — К тому же эта девчонка слишком много воображает о себе… Постой, так она из клана Акасуна? Почему я этого не знала?
— Может быть, потому, что ты почти не общаешься со сверстницами? — поддел сестру Канкуро, но стал серьёзным. — Да, у Саи есть марионетка. И она из того же клана, что и «Красный скорпион» Сасори. У Акасуна почти не стало кукольников. Сая — единственная из молодого поколения, использующая собственную куклу. А ещё я сражался с ней. Она использует клановую «технику проклятья».
— Клановую технику проклятья? — переспросила Ино.
— Да, — кивнул Канкуро. — С помощью своей техники она заставляет «проклятого» человека стать своей марионеткой. Ничего не напоминает?
— Возможно, Сасори в своё время усовершенствовал эту клановую технику и создал ту закладку, которую поставил Сарую-сан, — предположил Неджи.
Акасуна Саей, к моей неожиданности, оказалась та экзотическая красотка с двумя хвостиками длинных синих волос, которую я заприметил ещё на экзаменах на чуунина. Выглядела девушка как типичная представительница японских молодёжных субкультур, вроде Лолит или уличных гейш. Замечание Темари насчёт того, что Сая слишком много о себе воображает, я понял, когда, скромно выслушав распоряжение Гаары, Сая оценивающим взглядом посмотрела на Ино и процедила, что она будет главной и проследит, чтобы Ино ничего не напортачила. После этого выпада девчонки немного поцапались. Но так как Ино была закалена в «ритуальных перепалках» с Сакурой, смогла вроде как достойно ответить. После «обмена любезностями» они приступили к работе с сознанием Юуры, при этом обе менталистки дружно потребовали, чтобы им не мешались.
Мы с Неджи решили немного потренироваться, чтобы на самом деле не стоять над душой. Темари сопроводила нас в один из внутренних дворов Резиденции, который был сделан наподобие глубокой арены-ямы. Этакий гладиаторский круг, но зато там было прохладно и тень со всех сторон.
Неджи начал тренировку с двух сотен отжиманий, потом столько же приседаний и упражнений на пресс: всё без использования чакры. Я старался не отставать от Хьюга, но всё же такой сенсей, как Майто Гай, пинками, но приведёт своего ученика к железным мышцам. Думаю, что и без своего джукена этот Хьюга мог бы вломить так, что мало не покажется.
Начиная отжимания по второму кругу, я просто радовался, что рядом со мной не фанат Рок Ли, а всего лишь прагматичный Неджи, который к тому же отслеживал моё состояние и немного притормаживал сам, давая мне небольшие, еле заметные паузы для передышки. На третьем подходе у меня открылось второе дыхание, и я с восторгом для себя отметил, что раньше о подобных цифрах даже не мог помышлять, но мои тренировки всё же дали свои результаты, а чуунином я стал совсем не за красивые глаза.
— Небольшой спарринг, чтобы размяться? — спросил меня Неджи, активировав бьякуган.
Похоже, убеждался, что за нами никто не подглядывает, а может, тоже хотел записаться в мои «проверяльщики». Хотя Шикамару действовал намного хитрей и тоньше.
Ответить я не успел, потому что Хьюга насторожился и с лёгким сожалением в голосе сказал:
— В другой раз. К нам идёт Канкуро-сан. Наверное, они закончили.
Через пару минут с верхней площадки свистнули, и я увидел брата Гаары. Мы с Неджи поднялись по стене.
— Пойдёмте. У них всё готово, — сказал Канкуро.
— Известно, когда планируется нападение? — спросил Неджи, когда мы бежали по коридорам Резиденции.
— Нет, — обрывисто ответили нам.
— Я вошла с этой Саей в мозг дзёнина, — рассказывала нам Ино в своей комнате, в которой мы устроили короткий военный совет. — Там довольно старая закладка была. Сая сказала, что она походит на их клановую технику, но мы вдвоём с трудом разобрались. А ещё, уничтожив элементы подчинения, оставили блоки связи и активации. То есть Юура, когда тот Сасори активирует печать, будет знать своё задание, но не потеряет контроль над своим разумом. Почему только этого не сделали раньше?
— Ты же знаешь, что детям ставят ментальную защиту в восьмилетнем возрасте?.. — пояснил ей Неджи, задумчиво потрогав лоб. — Сначала выполняют проверку, потом ставят необходимые фуин. Скорее всего, этот их Сасори умудрился поставить ментальную закладку Юуре в короткий период между проверкой и клеймением… то есть ментальной защитой. А с защитой уже никто не будет всерьёз проверять ребёнка у менталистов, тем более, что печать была спящей и никак не отразилась на поведении или характере.
— Верно, — согласилась Ино. — Но если Шикамару подозревал, что такой человек есть среди окружения Гаары, почему не отправил нас раньше?
На этот раз Неджи посмотрел на меня.
— У Шикамару есть подозрения, что нападение на Суну планируется в ближайшее время, — сказал я. — Мы должны были появиться в последний момент, чтобы не дать «Акацуки» время на смену планов или для перегруппировки.
— Верно, — подтвердил Неджи, который явно проверял, насколько много я знаю и до каких пределов меня посвятили в детали операции Шикамару.
— В глазах «Акацуки» наша тройка не особо значимое препятствие, — весело улыбнувшись, добавила Ино.
Мы с Неджи переглянулись и одновременно хмыкнули: было бы сомнительно, что девушка из команды Шикамару, которой тот доверял, знала меньше нашего. Мы все друг друга проверяли, получается.
Впрочем, долго восхищаться продуманным ленивым гением нам не дали, так как в комнату Ино постучались, и вошла Темари.
— Юура получил приказ, — коротко сказала она, оглядев нас троих посуровевшим взглядом. Ну точно как Ёшино-сан!
Глава 8. Подготовительная
Печать подчинения Юуры была активирована «хозяином» перед первой ночью полнолуния — пятнадцатого января. Атака Сасори и Дейдары на Суну с целью захвата Гаары была назначена на следующий вечер, через сутки. Это мы узнали от благодарного «шпиона», который избежал участи бездумной марионетки в руках кукловода. На закате дня Юура должен был нейтрализовать гарнизон в ущелье, чтобы напарники в чёрно-алых плащах могли подготовиться к вторжению.
Нам необходимо было одновременно и подготовиться, и не привлечь к этой подготовке внимание на случай каких-то ещё шпионов, и навязать двоим из «Акацуки» собственную стратегию и тактику.
Гаара не собиралась допускать битвы внутри деревни. Оно и правильно. Как и предположил Шикамару, ещё до того, как я рассказал подробности похищения джинчуурики однохвостого, «Акацуки» вынудили действующего Кадзекаге сражаться на два фронта: защищая себя и жителей скрытого селения. А это изначально проигрышный вариант. Слишком много целей, особенно для террориста, который специализируется на масштабных разрушениях. Может быть, в фанфиках образ Дейдары был слегка романтизирован, да и он довольно симпатичный, харизматичный парень. «Искусство — это взрыв» и всё такое.
Но… Это «няшно» и «прикольно» до той поры, пока подобный псих, — а Итачи охарактеризовал Дейдару именно так, — не нацелился уничтожить твой дом. И я, честно говоря, с ужасом вспоминал все техники Дейдары, которыми тот владел, включая всякие «си-четыре» и самоуничтожение всех и вся в радиусе десятка километров. Для своих лет этот блондинчик был весьма изобретателен и буквально помешан на взрывах. Если для любого другого шиноби нужна причина, чтобы использовать свои техники, угроза жизни, необходимость, то для Дейдары — нет. Он не был скован какими-то правилами, догмами, Кодексом Шиноби… он был поборником хаоса, анархистом. И это на самом деле было страшно. Дейдара был из тех, кто мог «по приколу» заложить свои бомбы в селении, мимо которого проходил. Просто так. Потому что хотел посмотреть на то, как оно красиво взорвётся среди ночи.
У АНБУ Суны на Дейдару было досье. Всё же Страна Земли была их ближайшими соседями, и с ними у суновцев постоянно случались различные стычки, затяжные конфликты и войны. Отношения были весьма напряжёнными. Особенно обострился конфликт после того, как погибла некая Пакура — одна из сильнейших куноичи Суны, которую убили шиноби скрытого Камня, заманив в ловушку. Об этом упомянула Темари; как я с удивлением узнал, их отец — Четвёртый Кадзекаге — вовсе не скорбел по своей почившей в день рождения Гаары супруге, а был повторно женат. На этой самой Пакуре, после смерти которой мирное соглашение Песка с Камнем, достигнутое после Третьей Мировой войны шиноби, балансировало по лезвию куная.
Согласно донесениям АНБУ, до которых нас допустили в Суне, через Дейдару Цучикаге держал связь с организацией «Акацуки». Более того, Дейдара был одним из его внуков, но был, так сказать, отлучён от родных пенатов из-за своей страсти всё взрывать и неуправляемости. Цучикаге пришлось избавиться от психически неуравновешенного отпрыска, впрочем, в одиночестве любитель искусства взрыва пробыл недолго: им тут же заинтересовались «Акацуки» и завербовали себе. И как мне кажется, между этими событиями: уходом Дейдары из Ивагакуре и памятной по аниме столкновением и очарованием техниками Итачи — было всего несколько дней. Цучикаге явно «передал» своего внучка в «надёжные руки» сильнейших нукенинов, чтобы того «пообтесали», нашли управу и дали видимую «свободу». Даже приставили напарника, который занимал Дейдару спорами и разговорами… Хотя, насчёт последнего, это могут быть чисто мои домыслы. Заодно сам Цучикаге поимел ск