Если судить по кукле Хируко, в которой сидел Сасори, и тем марионеткам, которых он распечатал, то можно с уверенностью сказать, что в своём «искусстве» он совершенствовался. Призванные из свитков марионетки были чуть симпатичней и выглядели более «кукольно». Наверно, сделаны позже и используются только для боя. Я заметил, что на видимых участках кожи у них что-то вроде воска-грима, который для «украсивления» трупов используют, особенно это было заметно на кукле-женщине — над ней Сасори очевидно работал более вдумчиво. Вольно или невольно, но пробирает. Я как-то уже привык, что шиноби Конохи более… миролюбивые, что ли? Если так можно сказать о военных. В общем, их «заскоки» не такие маньячные.
Глаза у трёх новых марионеток, в отличие от глаз Хируко, были явно стеклянные — одновременно «как живые» и совершенно неживые: немигающие и пугающие безразличной пустотой. Особенно жутко, когда эта кукла летит на тебя и будто смотрит. У марионетки-куноичи был «эльфийский» разрез глаз с яркой фиолетовой радужкой и спокойное красивое расслабленное лицо.
И будь я хоть трижды Учиха с шаринганом, который уже, наплевав на секретности и прикрытия, вовсю таращил, чтобы не пропустить «фашистскую гранату», демонстрируя чудеса ловкости и эквилибристики, разница в классах между мной и Сасори, между всеми нами, была огромной. Сразу вспоминаешь, что чуунина я получил без году неделя, да и собственно шиноби стал совсем недавно, по сравнению со «стажем» такого монстра, как «Красный Скорпион». Наверное, для него мы выглядим, как бесстрашные муравьи, которые решили завалить лося. На самом деле «детишки», хотя вроде бы по возрасту он не сильно старше того же Какаши.
К моему огромному сожалению и вопреки моим чаяниям и ожиданиям, даже с шаринганом я не видел нити чакры, которые приводили марионеток Сасори в движение. Не знаю, как кукол воспринимал бьякуган Неджи, но для меня марионетки выглядели совершенно отдельными шиноби, отличаясь лишь смещённым очагом и отсутствием обычного фона чакры. Из-за этого и предугадать, что будет делать марионетка, почти невозможно; это не живой человек. Так что оставалось лишь примитивно защищаться от атак, которые, слава Рикудо, были относительно медленные. Скорее всего, поэтому, закрывая таким образом «тылы», из троих марионеток атаковали двое, а один крупный мужик был «защитником». Впрочем, даже вспоминая о бочкообразной марионетке Канкуро, можно было от любой куклы ждать подвоха, так что мы всех их держали на расстоянии.
Единственное, что я сделал, — сумел откалибровать, какими движениями управляется та или иная марионетка. Впрочем, любое мало-мальское шевеление кукольника, будь это даже нога или «хвост» из спины, означали атаку.
— Ядовитый дым на пять часов! — предупредил Неджи.
Одна из марионеток, которые медленно, но верно окружали, снова пульнула в нас зарядом фиолетового газа: для смертельной дозы хватит и раз вдохнуть.
Темари взмахнула веером и отогнала от нас ядовитую тучу.
— Так вы ничего не добьётесь, детишки, — хрипло сказал Сасори.
— Он создаёт вокруг зону пониженной видимости, — оглядевшись, сказал Неджи.
Я тоже осмотрелся. Пустыня на то и пустыня, что спрятаться особо негде и это даёт простор для манёвра. Вот только по-разному этот простор можно использовать. Густой и непроглядный фиолетовый дым был из тяжёлых газов и расходился неохотно, вокруг нас сформировалось настоящее дымовое кольцо с внутренним радиусом около двадцати метров. Не так и мало, но, если атаковать из дымовой завесы чем-то быстрым и с нескольких точек, мы можем не успеть перегруппироваться.
— Я всё равно вижу, — приободрил нас Неджи. — Бьякугану не страшен простой дым, в котором нет чакры.
— Канкуро… Мой брат, — поправилась Темари, — он тоже кукольник. Я знаю, что этот дым должен исчезнуть через несколько минут.
— Проблема в том, что он выпустил почти дюжину зарядов, — ответил я. — И могут быть ещё…
Неджи остановил меня жестом и замер, что-то напряжённо разглядывая.
— Я получил сигнал от Ино, — прикрывая рот, сказал Неджи. — У Шино возникла какая-то накладка, поэтому мы сами должны привести Сасори в пятый квадрат к его ловушке.
— Далеко? — переспросил я.
— Это на четыреста пятьдесят метров к северу, — пояснила Темари, которая больше разбиралась в местной географии.
Вообще-то наш «жуковод» готовился со вчерашнего вечера, делал какие-то закладки в песке, может, чтобы вылупилось больше кикайчу, я сильно не вникал, да и всё это — клановые секреты. Когда мы пошли на битву, Шино разделился с нами, да и наша команда поддержки из Хоичи, Шишио, Ино и Сакуры тоже должны быть примерно в километре от основных боёв, чтобы их не задело. Но по задумке, Шино должен был атаковать сам. Впрочем, возможно, что непреодолимым препятствием стало это самое ядовитое кольцо вокруг нас, кто знает.
— У меня скоро закончится чакра, — сказала Темари. — Хватит только на прорыв.
— Погодите. Куклы встают в какую-то позицию. Мне это не нравится, — снова встрепенулся Неджи. — Надо уходить. Сейчас!
— Режущий вихрь! — Темари сконцентрировала чакру.
А к нам с трёх сторон из фиолетового тумана полезли бамбуковые руки. Видимо, Сасори решил просто нас удержать и не дать двигаться, к тому же этих рук реально было много. Тысячи и тысячи. Что за техника такая?!
Щепки летели, разбиваемые Неджи и веером Темари. Я замыкал, отбиваясь от того, что летело с юга — в спину. Вот где бы пригодилась какая-нибудь земляная стена… А огонь только усугубит ситуацию, всё я не спалю… Чёрт! Как много-то! Тут бы тесак Забузы ко двору пришёлся… или хотя бы мачете средних размеров… Чёрт!
— Двигай! Двигай! Не останавливайся! — совсем не аристократично орал Неджи. Передо мной мелькнул вихрь его чакры, когда я уже думал, что мне трындец и стотысячная бамбуковая рука, на которую просто не хватило сил, меня прошьёт насквозь.
Мы выскочили из дымовой завесы и почесали к заданному квадрату.
— Он следует за нами, — не давая мне оглянуться, сказал Неджи, ещё через секунду вены бьякугана с его лица пропали, да и мой шаринган подсказывал, что чакра у него полностью закончилась. Внезапно он запнулся и чуть не упал, я успел его подхватить, но этой секундой промедления воспользовалась марионетка-куноичи. В нас полетела сеть, а за ней и сама кукла с фиолетовыми глазами, в руках она сжимала катану. Кажется, её удар должен был снести мне голову. Но я увидел этот удар и сеть… Как-то по-другому. Просто увидел.
Бросок трёх кунаев, и я сбил утяжелители сети, изменив траекторию её полёта и направив в сторону от нас с Неджи. Мысли стали такими чёткими, время замедлилось. Было опасно сближаться с марионеткой, нашпигованной оружием, но я уповал на то, что она уже выпустила весь свой запас сенбонов и хари, иначе бы не использовала меч, который достала из руки или вместо руки. К тому же эта техника с лесом рук…
Я несколько раз видел тот «удар ирьёнина», который демонстрировала Сакура. На самом деле всё довольно просто, важно лишь ювелирно управлять всей своей чакрой. У меня её осталось не так и много, но на один удар должно хватить. Плюс я видел нити чакры марионетки, тонкие, словно паутинки. Но я их увидел! Возможно, всё дело было в расстоянии: для кукольника дистанция до пятидесяти метров всегда будет предпочтительней. Так что, чтобы догнать нас, от двоих кукол Сасори пока пришлось отказаться. Он растягивал эти нити чакры на длинную дистанцию, примерно как площадь тени Нара всегда одинаковая, просто надо уметь ей манипулировать и «утоньчать», не разрывая. Все эти мысли неслись в голове со скоростью света, марионетка летела на меня.
Один удар!
Один удар!
Один удар!
Хрясь!
…И оказалось, что внутри марионетка во многом деревянная. Надеюсь, это была любимая кукла Сасори, и он точно побежит нам отомстить в этот долбанный пятый квадрат.
Обернувшись, я увидел Темари, которая помогала Неджи. Я подбежал с другой стороны, тоже подпёр нашего командира плечом, и мы двинули к месту ловушки, подготовленной Шино.
Мы добежали до нескольких камней и укрылись за ними.
— От меня не спрячетесь, детишки… — кажется, в ровном голосе Сасори мне почудилась толика раздражения. В пустыне всё довольно далеко слышно, так что я подсчитал, что он примерно в двухстах метрах от нас. Надеюсь, только что-то убойное не начнёт использовать, вроде тонкой струи воды и огнемёта сразу по всем скалам, чтобы нас выкурить.
— «Сайто, сделай технику ложного окружения. Шино рядом», — неожиданно раздался в голове голос Ино. — «Вы молодцы».
Я сложил несколько печатей, которым когда-то меня обучил Шикамару для того, чтобы спасти и спрятаться с Хоичи.
— Со мной связалась Ино, — пояснил я свои действия, — Шино берёт инициативу на себя.
— Хорошо, — выдохнула Темари и тихо застонала.
— Чёрт! Ты ранена! — увидел я тонкий разрез на плече её тёмно-синей юкаты и расплывающееся по ткани пятно крови.
— Задело при прорыве, — тихо сказала Темари и потеряла сознание.
Глава 11. Эволюционная
Что там я говорил про бесстрашных муравьёв? Если их всего три, то лося им точно не завалить, но десятки и сотни тысяч…
Смотрел я как-то в прошлой жизни «Дискавери» и наткнулся на передачу про миграцию то ли каких-то огненных, то ли просто красных муравьёв. Здоровых таких. Они бегут по джунглям полосой шириной в несколько метров, покрывая несколько соток своими телами, и пожирают всех, кто попался на пути, будь то другие насекомые или нерасторопный слон. Слона, конечно, не показали, но несколько крупных выбеленных скелетов там, где прошла волна муравьиной миграции, произвели на меня впечатление.
Жуки Шино… Я никогда не думал, что их может быть настолько много. И они, в отличие от муравьёв, ещё летают и послушны приказам.
Этот тихий парень, который прятал глаза под очками, а своей одеждой напоминал кокон, был на самом деле страшен. Он мог управлять всеми этими мелкими кикайчу, которые буквально пожирали Сасори и его марионеток. Пили чакру, точили деревянные остовы и забальзамированную плоть и становились сильней. Сасори, конечно, попытался использовать огонь и воду, но насекомых было слишком много. Они гибли, но на их место вставали новые. Плюс метательное оружие и яд их не брали…