В общем, когда Итачи меня вырубил, то сказал Цунаде-сама, что я проваляюсь в таком состоянии две недели и лучше меня не трогать. Дать всему зажить, да и чтобы под ногами не путался и на жалость не давил. Про жалость, это я уже сам догадался, конечно.
За это время они развернули нехилую деятельность.
Встреча с Кабуто, а значит, и с Орочимару, должна была пройти тридцать первого января на мосту в Стране Травы, до этого времени Итачи уже провели успешную пересадку. Как раз тридцать первого он очнулся от комы, в которую его ввела Цунаде-сама. К Орочимару, как оказалось, заслали Джирайю, а Сай остался в запасе. Они не были на сто процентов уверены, что он не доложит Данзо про Итачи и весь этот «нерушимый союз». Да и Цунаде явно не хотела, чтобы у Данзо появилось какое-то влияние на Орочимару и связи с её старым другом.
К тому же у Джирайи тоже была возможность дистанционно докладывать о том, как всё прошло через свой призыв жаб. И они, похоже, договорились с Орочимару.
С другой стороны заслать Джирайю было правильно: он и старый знакомый, и подход к своему другану знает, и достаточно сильный, чтобы уйти без существенных потерь в случае отказа. Но, насколько я помню события, показанные в аниме и манге, Орочимару и сам был не прочь задружиться с Конохой, даже и в одностороннем порядке. А тут ещё такой «калым» в виде моего онии-сана предложили, что у него, наверное, буквально язык до земли вывалился.
Саске же сообщили полуправду о том, что Джирайя пришёл предложить змеиному саннину союз с Конохой из-за того, что Наруто — джинчуурики, а «Акацуки» охотятся как раз на таких, как он и Гаара — Песок, мол тоже «в деле» и в союзе. Цунаде готова простить старые обиды, да и, похоже, что нарыла некоторые бумаги, которые уже не делали вину Орочимару столь однозначной. Всё же политика, она везде политика, хоть в России, хоть в Америке, хоть в мире шиноби. Как выгодно в определённой ситуации, так, значит и правильно. «Закон, как дышло — куда повернул, туда и вышло». А в военной деревне вообще действует закон номер один: «Хокаге всегда прав», а если кто с этим не согласен, то «смотри закон номер один». Сменился Хокаге — сменился и взгляд на действия тех или иных личностей. Новая метла по-новому метёт или как там?.. В том же Киригакуре как было? «Мы Кровавый Туман, херачим всех в мясо», а потом пришла Мидзукаге номер пять к власти, плюнула на всех несогласных лавой: «Мы теперь хорошие. Никакой кровавой бани. Будем со всеми дружить. И я хочу замуж».
Н-да… Ну это я так утрирую, конечно, но определённые тенденции прослеживаются, а незаменимых людей практически не бывает. Бывают сильные, с которыми можно дружить против кого-то.
В общем, когда Джирайя договорился и прислал жабу о том, что всё тип-топ, наши разрабатывали всякие планы по поводу Саске, Итачи, меня, согласия и несогласия Орочимару. Тут вроде был даже третий уровень тревоги и все собрались в деревне на всякий случай.
Третьего февраля, после того, как пришла жаба-посланница, мой онии-сан с сопровождением из Хатаке Какаши, Хьюга Неджи, Харуно Сакуры и Узумаки Наруто выдвинулся в место обмена. По условиям, конечно, обмен должен был проходить так, чтобы Саске ничего не узнал об условиях его освобождения от наставника, претендующего на его тело. Как бы Джирайя принёс информацию о том, что Итачи по всей вероятности погиб.
Со слов Наруто мой онии-сан заставил его «проглотить ворону». Цунаде после того, как поделилась этой информацией, пристально посмотрела на меня и спросила, что я об этом знаю. Пришлось сказать, что думаю о том, что это особое дзюцу, о котором я только немного слышал в технике пророчества. Благодаря этому Итачи подстраховался, чтобы его брат был точно за Коноху и действовал в интересах деревни. Цунаде это, похоже, успокоило и убедило. Единственное, она спросила меня, почему Итачи не использовал ворону на Орочимару. Я ответил, что Итачи важнее Саске, чем все остальные, и онии-сан хотел, чтобы у Саске было будущее в деревне. Его жертва была направлена в первую очередь на это.
Обмен был совершён одновременно в двух разных точках, но на одной территории. Как я понял, просто на разных входах в убежище змеиного саннина. Из парадного, значит, в сопровождении Кабуто вышел Саске, его встречали Неджи и Наруто, а вот Итачи с «чёрного хода» отдавали Какаши и Сакура.
Всё прошло без особых эксцессов, разве что у Наруто после того, как Саске им передали, на привале внезапно вылетела ворона и чуть не врезалась в Саске. Но Учиха после никак на это не отреагировал.
В день, когда я очнулся, то есть восьмого февраля, утром они вернулись в деревню. Саске отправили на проверки различные, в госпиталь и туда-сюда, а Наруто прибежал проверить меня. Кажется, волновался о том, как я на всё это отреагирую, да и как бы свою любовь и уважение к старшему брату я не особо скрывал. Друзья за меня волновались, оказывается.
Вчера была та тренировка с колокольчиками, которую организовал Какаши, после которой мы снова пошли в онсэн. Я чувствовал себя намного лучше и из всех парней и мужчин был самым бодрым, а на каменных шариках хорошо разогнал застоявшуюся за две недели чакру. Так что мыл самого потрёпанного — Саске. Уссаться можно было с выражения лица Узумаки и округлившегося глаза Хатаке, который и в бане прикрывал морду тряпкой. Что-то их конкретно вштырило от моих простых и естественных действий. Подошёл и начал мыть. Ему же неудобно самому, да и устал человек сразу с четвёркой шиноби сражаться, среди которой джинчуурики. Чакра у Саске, как я видел, практически закончилась, и держался он лишь на гордости и упрямстве. Я ж как бы «не знал», что мой младший брательник недотрога и весь из себя «сволота». Чего ему предлагать и какие-то политесы разводить? Хочу-не хочу всякие. Не давай человеку выбора, он и смолчит. Вот и Саске покосился на меня, но расслабился и промолчал, позволяя тереть ему спину и выскрести из волос комья земли.
— Пока у тебя будет двухнедельный отпуск на восстановление и тренировки, — закончила Цунаде-сама наш разговор, который был практически монологом в присутствие Шикамару.
— Я ещё буду думать о переформировании команд, — обратилась к Шикамару Хокаге. — Сая открепить от команды Какаши не получится. Данзо сразу это насторожит. Но теперь есть Ямато, как временный командир, который был приставлен к команде для помощи в тренировках Наруто. Саске… и ты, Сайто.
— Возможно, что Данзо и к Саске захочет приставить своего человека, — протянул Шикамару.
— Если есть вариант выбора, то у Сая есть старший брат, Шин, — подал голос я, всё же несколько робея от того, что практически участвую в междусобойчике Хокаге и её «тайного советника».
— Кажется, я его знаю, точнее, видел его дело, — хмыкнул Шикамару. — Парень ирьёнин. Не такой крутой, как Сакура, но вроде бы на уровне Ино. Плюс неплохие боевые навыки и по показателям он довольно грамотный тактик.
— И он в возрастной группе Сайто и Саске, — улыбнулась Цунаде. — Неплохая мысль. Можно было бы что-то с этим сделать.
— А на какую миссию сегодня отправили Саске? — спросил я Хокаге.
— Вот, — Цунаде-сама извлекла из здоровой стопы листок, — они отправились в Храм Огня. От них пришло сообщение, что кто-то вскрывает гробницы шиноби, которые были захоронены у подножия их храма. Я решила, что команде Какаши вместе с Саске нужна какая-то интересная миссия, чтобы вместе потренироваться и вспомнить старые добрые времена. Кстати, чуть не забыла, — она достала из стола мешочек и бросила мне, — это тебе передал Какаши. Он сказал, что ты хочешь попробовать освоить технику железного песка. Это правда?
— Было такое желание, — кивнул я, взвешивая на руке мешочек объёмом в два мужских кулака.
— Значит, постарайся, — кивнула Хокаге. — Можешь идти.
— Спасибо, Цунаде-сама, — попрощался я, пытаясь вспомнить подробности о Храме Огня.
Вроде это был какой-то филлер, который я смотрел лишь один раз, в дальнейшем при пересмотре предпочитая пропускать. Но в любом случае, там не было ничего такого, с чем бы не справился Наруто, а теперь ещё у них Саске.
Железный песок беспокоил меня гораздо больше, и я твёрдо пообещал себе, что кровь из носу, но смогу освоить эту технику чего бы мне это ни стоило.
Глава 22. Разбирательная[18]
Иногда я задумываюсь, неужели Итачи настолько гениален, что мог просчитать всё это? Я верю в онии-сана, считаю его невероятным, но всё равно ум заходит за разум, когда я слышу нечто такое, о чём мне с самой виноватой мордой лица бухтит Наруто. А я ещё думал, чего Узумаки такой притихший и как в воду опущенный ходит. Нет, он вроде в меру радовался, что Саске вернули в деревню, но когда я на него смотрел или говорил, чувствовалось что-то… странное.
Конечно, они с Саске и Сакурой почти сразу ушли на миссию на север в Храм Огня и вернулись через неделю, да ещё и с «довеском» в виде, как выразился Саске, «шумного и невоспитанного послушника», но и после, когда мы пару раз встречались на полигоне: Какаши стал тоже со мной заниматься, Наруто отводил взгляд, пыхтел, старался как-то быстрее завершить разговор или ссылался на занятость. Он даже к нам, вопреки моей уверенности, не приходил. Либо мялся на пороге, когда заходил за Саске, либо вообще просто поджидал его неподалёку где-нибудь в сторонке на дереве.
Честно говоря, я этого не замечал. Проблем было выше крыши с моим железнопесчаным дзюцу. А время «отпуска» быстро подходило к концу. Через несколько дней уже запилят в команду с Саске и Шином, если ничего не изменится, а я отстаю от своего воображаемого графика. Сложности из той серии, когда, фантазируя и предвкушая, уже придумал пару пафосных названий для своих техник, а железный песок практически не слушается. Это оказалось гораздо сложнее, чем я думал. Гораздо, гораздо сложнее. У меня уже от натуги из простого камня стали шарики, ромбики и почти что хочешь получаться, а вот с железными песчинками я за десять дней продвинулся до уровня «железная пыль облепляет палец». Палец! Только палец!