– Так получилось, – начал мямлить он. – Когда уходили обратно к мелегам их женщины, я каждой дал по одному. Их было шестнадцать, и камней у меня столько же.
– А зачем отдал?!
– Ну не помнил я, с какими именно из них… которые у меня… которые со мной… – продолжал мямлить он. – И потому, чтобы никого не обидеть, подарил каждой из них. Лео! – Голос его окреп. – Ты же сам всегда говорил, что деньги и всякие сокровища – в жизни не самое главное. Что есть в ней множество вещей, которые куда важнее. Говорил ведь?!
Ну, говорил. Но это же совсем не значит, что деньги и сокровища следует раздавать направо и налево. Чем ты всегда и занимаешься, стоит тебе только изрядно пригубить. Хочешь сделать добро – одари именно тех, кто действительно нуждается. Но не первым попавшимся под твое настроение.
– Так, необходимо закончить и с лодкой, и с подъемом сокровищ как можно быстрее, – тоном, не терпящим возражений, заявил я. – Вы хоть представляете, что тут начнется, когда об этом узнают галибы?
– А что начнется? – недоумевал Головешка.
– Да нет, ничего особенного! Просто женщины мелегов обязательно похвастают подарками своим мужчинам. Или даже отдадут камни им. И что тогда скажут галибы? Почему мы не одарили камнями именно их? Что само собой напрашивалось их отношением к нам. Надо срочно убираться отсюда, пока мелеги не проболтались.
– Я бы точно свой камень Лео отдала, – кивнула Рейчел. И после моего сурового взгляда, торопливо добавила: – Хотя сама бы я ни за что не смогла оказаться в подобной ситуации!
Верю тебе, и все же надо сначала думать, а потом уже говорить. Гаспар и остальные могут заподозрить, что элекит мне нужен. По крайней мере, был нужен до того как рапанги повесили мне его на шею.
Если разобраться, тут вообще непонятно что творится. Ты снилась Блезу, а у меня однажды нагревался камень. И не вышло ли так, что вы снились друг другу? Какая-то совершенно безрадостная картинка получается.
Помни я точно, когда именно элекит у меня нагревался, я бы обязательно выведал у Блеза, когда точно снилась ему Рейчел, чтобы сопоставить. Ладно, как говорится: меньше знаешь – крепче спишь.
Ясно одно: всем нам как можно скорее надо отсюда убираться.
Глава 9
В связи с тем, что подобную лодку, пусть и в книге Прежних, видела только Рейчел, Гаспар привлек ее в качестве консультанта. Сам Гахил толком объяснить ничего не смог.
– У меня было всего лишь видение, – пояснил мастер-лодочник. – Краткое, как смущение девственницы, когда она впервые делит ложе с мужчиной, – поэтично добавил он.
После чего предположил, что видение его, вероятно, связано с тем, что ночами он тайком надевает на шею элекит.
Судя по всему, тот действительно обладал какой-то силой, поскольку жена его, дряхлая ядовитая старушка, неожиданно стала на редкость улыбчивой. Я сам пару раз наблюдал, как она целует Гахила в загоревшую лысину. Которая настолько отвыкла от подобных нежностей, что в ожидании прикосновения половника или любого другого предмета кухонной утвари по привычке вся пошла складками кожи. И все же судить было сложно, поскольку сам я, с тех пор как мне на шею повесили оберег, никаких изменений в организме не испытал. Но что самое важное в любом лекарстве? Правильно! Верить в него необходимо безоговорочно!
Справедливости ради отмечу: толку от помощи Рейчел было мизерно мало. Нет, рисунок девушка запомнила хорошо и даже изобразила его на песке с множеством деталей. Но и только-то.
– Что это? – указывая пальцем, спрашивал Гаспар.
– Какая-то штучка, красивая такая и вся блестящая.
– А это?
– Ну, не такая красивая, но блестит еще больше.
В подобном ключе девушка ответила и на остальные вопросы.
– Может, на картинке было что-нибудь еще? – спросил отчаявшийся выудить хоть какую-нибудь дельную информацию Гаспар.
– Три девушки, – смутилась Рейчел.
– Голые, что ли? – видя ее смущение, поинтересовался я. В случае с Прежними ничему удивляться нельзя.
– Нет. В купальных костюмах, только…
– Что «только»?
– Костюмы на них были такими короткими, что даже юбки у туземок длиннее.
Мы с Гаспаром переглянулись: куда же короче, чем юбки у туземок?!
– А верха у купальников не было вообще, – окончательно смутилась Рейчел.
И мы переглянулись снова: так вот у кого именно туземки переняли себе моду!
– Да, и как же я сразу-то не вспомнила?! – И Рейчел пририсовала что-то еще. – Вот это-то я точно смогу объяснить!
– Ну так и объясняй!
– Это столик со всяческими бокалами. И еще на нем стояла ваза с фруктами.
– Столик с бокалами не обещаю, – грустно вздохнул Гаспар. – И без него всю голову уже поломал: куда бы мне тент присобачить, чтобы сверху не пекло?
– Ладно, – махнул я. – Делай все по своему разумению. Уверен: с твоим умом у тебя все получится превосходно.
Получив такой комплимент в присутствии Рейчел, тот даже порозовел от удовольствия.
– Ну а если все же возникнут какие-нибудь проблемы, думаю, Гахил тебе поможет.
«Что вряд ли», – подумал я, наблюдая за тем, как старик под ручку с женой романтично прогуливался по самой кромке прибоя. Гахил о чем-то ей рассказывал, и та заливалась от смеха. А со стороны удивленно наблюдали за ними отлично знающие их туземцы.
Как бы там ни было, лодка у Гаспара получилась на славу! Да что там лодка, целый корабль! Испытывая, поначалу мы относились к нему с настороженностью: слишком уж непривычной была его конструкция. Но убедившись, что разваливаться он не собирается, а скорость такова, что пироги отправившихся на утренний лов туземцев быстро остались далеко позади, дружно начали Гаспара поздравлять. А еще он удостоился от Рейчел поцелуя. В щеку. Глядя на его лицо, я думал: как мало иногда необходимо человеку для счастья!
Выражение наших лиц, поначалу скептическое, превратилось в восторженное. С самим же Гаспаром все произошло наоборот, и теперь именно мы убеждали его, что творение его рук – едва ли не чудо.
– Гаспар, из тебя получится замечательный корабел! – воскликнула Рейчел, и все мы согласно закивали.
– Управляемость вроде неважная, – хмурился донельзя смущенный кораблестроитель. – Думаю, неплохо бы на четверть площадь пера руля увеличить. Но время, время…
– Ну что ты, и без того все шикарно! – отвечал ему Блез, закладывая такой вираж, что, не схватись мы за что попало, обязательно оказались бы за бортом.
– Не знаю, как корабль будет вести себя в шторм, – продолжал скромничать тот.
– Отлично он будет себя вести! – с уверенностью бывалого морехода кивал Головешка. Словно не он впервые увидел море всего-то пару месяцев назад.
– Рейчел, все как ты и желала! – внезапно сказал Гаспар.
Я посмотрел на девушку удивленно: чего это она там желала? И почему об этом не известно мне?!
Меж тем Гаспар дернул какую-то рукоять, квадратный люк в палубном настиле, прежде мною не замеченный, отошел в сторону, и в образовавшемся отверстии показался столик. Вот он поднялся полностью, продемонстрировав нам кувшин с кокосовым вином и огромную глиняную тарелку, доверху наполненную фруктами и ягодами.
«Ну все, теперь Рейчел осталось только переодеться в купальный костюм Прежних, – скептически подумал я. – Который еще короче, чем у туземок, а верха у него и вовсе нет».
Но, по крайней мере, мне стало понятно, почему этот корабел постоянно отказывался от моей помощи. Он хотел сделать девушке сюрприз и опасался, что я об этом проболтаюсь. Оставалось только надеяться, что в тот момент, когда у меня нагревался на груди элекит, сон Рейчел был не о нем.
– Спасибо, Гаспар! – мило засмущалась девушка, взяв со стола ягодку путерии.
Удивительная ягода! Сама она едва сластит, но если ее отведать, через некоторое время вкус любого блюда или даже овоща начинает казаться тебе сахарным, в том числе и лимон. Ягода не слишком редкая на этих островах, но когда же Гаспар успел их собрать? Ведь для этого ему пришлось серьезно углубиться в джунгли, а он как будто бы от работы ни разу не отрывался? Ночью при свете факела их собирал?
Вероятно, именно поэтому он и посмотрел на Головешку хмуро, когда Теодор, зачерпнув полную ладонь ягод, отправил их в рот: не для тебя, мол, все это было затеяно!
– Ну так что, Лео, отправимся за нашими сокровищами? – спросил Блез, когда мы все полностью убедились: Гаспар сотворил сто́ящую вещь!
И я кивнул: а чего время терять? Если подъем груза с нашей утонувшей лодки не займет слишком много времени, можно будет сразу же отправляться в дальнейший путь. Что-то галибы начали искоса на нас посматривать: не проговорились ли им мелеги?
Отыскать место, где затонули наши сокровища, было легко. Невдалеке от него показывала свою лысую верхушку отмель с единственным камнем на ней.
– Это здесь, – уверенно ткнул я пальцем в воду. – Гаспар, убирай парус. Готовься, Блез.
– Ты поосторожней внизу, Лео! – уткнулась лицом мне в грудь Рейчел. – Какое-то предчувствие у меня не очень хорошее.
Главное, чтобы у Головешки его не случилось. Иначе действительно могут быть проблемы.
Перед тем как броситься в воду, я внимательно изучил горизонт: никто больше своих нелепых гонок не затеял? Не хватало еще, находясь под водой, увидеть, как на дно погружается наш новый корабль.
– Я готов, Лео, – старательно провентилировав легкие, заявил Блез.
Я многозначительно взглянул на него: помнит он наш разговор, нет?
И мы нырнули.
Начало не предвещало ничего плохого. Мы с Блезом спустились до самой лодки, привязав к ней веревку, чтобы нашему новому кораблю заякориться точно над ней.
Блез осмотрелся вокруг, после чего поинтересовался: а где же Элекия? Понятно, поинтересовался он знаками, изобразив ладонями на своей груди те две выпуклости, которые в той или иной степени имеет любая женщина. На мой взгляд, отводя руки так далеко от себя, он перестарался: подобные женщины встречаются чрезвычайно редко. Но в остальном только и оставалось, что указать на прежде не замеченную им расщелину в дне.