Я, словно, застыла. Мне следовало броситься к своему мужчине, но я не могла. Нет, старший Лукрецкий на меня не пытался воздействовать. Я отлично помнила чувство, когда власть над твоим телом переходит к кому-то другому. Андрей Лукреций не пытался применить ко мне альфа-силу, видимо, ему хватало издевательств над собственным сыном. Но я не могла не двинуться, не посмотреть на мужчин, мой взгляд приковали к себе разбросанные по полу фотографии. Фотографии, на которых я и Влад целовались сегодня утром около ЗАГСа.
— Ну, хоть понимаешь, что натворил, сукин ты сын?! — как-то устало протянул Лукрецкий старший и пошел на меня. — Поднимайся. Ты, — бросил уже, видимо, мне, — выпить что ли налей.
Я продолжала стоять в дверях, не в состоянии отодвинуться с пути будущего родственника. Было страшно. Очень. Страшно за Влада, за себя, за наше будущее. Сознание, привыкшее работать с цифрами, как-то очень быстро проанализировала возникшую ситуацию и дало прогноз. Мы были неосторожны с Владом. Я все время забывала о том, чей мой оборотень сын. Наши прилюдные ласки запросто могли попасть в газеты, что в связи с объявленной помолвкой и приближающими выборами стало бы настоящей катастрофой. Забегая вперед, скажу, что могла бы считать себя прорицательницей.
Андрей Лукрецкий приблизился ко мне на непозволительно близкое расстояние. Думала, грубо оттолкнет с пути, но нет, он неожиданно схватил меня и начал трясти и… нюхать. Я, не пришедшая в себя от предыдущей сцены, растерялась окончательно.
— Отец, что ты делаешь? — мельком отметила, что Влад оказался на ногах. — Отпусти Злату! Немедленно!
Оборотень попытался оттащить от меня своего отца, но это оказалось бесперспективным занятием.
— Девочка Павелецкого, — встряхнув меня в очередной раз, протянул Лукрецкий старший. Мужчина, словно, не замечал, что Влад пытается его отцепить от меня. Мой оборотень действовал крайне осторожно, видимо, боясь причинить мне вред. — Да, быть такого не может! — ошарашено произнес он. Внезапно ухватился за прядь моих волос и дернул. Дернул сильно, у меня из глаз выступили слезы.
— Отец, ты спятил?! — зарычал Влад.
Словно ошпаренный, губернатор вылетел из квартиры сына, кинув на прощание:
— Потом поговорим!
— Злата, как ты?
— Что. Это. Было? — чередуя слезы и слова, произнесла.
— Не знаю, куколка, — Влад обнял и зарылся носом мне в волосы.
Какое-то время мы просто стояли в коридоре квартиры с открытой входной дверью, обнимались и молчали.
Только когда утихла боль, я кое-как пришла в себя. Сказать, что меня поразила первая встреча-знакомство с папашей Лукрецкого, ничего не сказать. Ошеломила. Возмутила. Взорвала мозг.
Мужчина заговорил первым, когда я попыталась высвободиться из объятий:
— Ты как?
— Жить буду, — хмыкнула. — А ты?
Оборотень меня отпустил и пошел закрывать дверь. Я наклонилась, чтобы собрать разбросанные по полу фотографии.
— Все нормально, куколка. Ты знаешь, отцу несвойственно подобное поведение. Я никогда не видел его в таком состоянии.
— Он ведь к тебе применил альфа-силу? — поинтересовалась в ответ.
— Да. Но это как раз в порядке вещей. Редко, но он поступал так с нами, когда бесился. Видишь ли, эти фотографии ему презентовал "карманный" редактор. Нас снял какой-то репортеришка, удачно оказавшийся в нужном месте в нужное время. Мог бы разразиться огромный скандал, поэтому отчасти я понимаю действия отца. Но вот то, что он учудил с тобой, это выше моего понимания. Никогда прежде он не совершал таких неадекватных поступков.
— А оборотни сходят с ума? — полюбопытствовала. Очень было похоже на временное помутнение рассудка.
— Да. Но это явно другой случай.
— А кто такой Павелецкий? — поинтересовалась у Влада, припомнив фамилию, вскользь оброненную его отцом. Фотографии я собрала и бегло просмотрела. Кстати, несколько наиболее удачных решила оставить себе.
— Возможно, речь идет о Викторе Павелецком. Он старый друг отца. Альфа московской стаи. Генерал, между прочим.
— Генерал? Все альфы занимают важные посты?
— Не все, — хмыкнул Влад. Как-то незаметно мы переместились в кухню. Жалела об одном, что у Влада почти не было в доме лекарств. Я бы сейчас пару пузырьков валерьянки осушила.
— А при чем тут Виктор Павелецкий?
— Злата, хотел бы я знать.
Глава 14
Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Ну, это, если брать во внимание отсутствие неожиданных гостей и шокирующих известий.
После побега Лукрецкого старшего мы почти не разговаривали о случившемся. Наверное, зря. Мне бы стоило вызнать подробности и настоять на том, чтобы Влад незамедлительно уладил вопросы с отцом относительно мнимой помолвки с наследницей олигарха. Я, кстати, погуглила в сети эту Алику Солнцеву. Ничего не скажешь, хороша, но слишком искусственная. Накаченные губы. Наращенные волосы и ресницы. Похоже, поправленный хирургическим путем изящный носик. Полная грудь, тоже слишком правильная для натуральной. Между прочим, минимум четвертого размера. У меня с моим вторым видна была небольшая разница невооруженным глазом. У многих особ женского пола, которых видела обнаженными, тоже эта разница существовала. А тут огромные сиськи, прикрытые лишь маленькими красными треугольничками, настолько идеальные и симметричные… Но при этом девушка не выглядела этакой силиконовой Барби. Смотрелась просто восхитительно, неудивительно, что Лукрецкий не был против пожить какое-то время в браке с такой.
На следующий день я поехала в офис. С Владимиром мы договорились, что как бы дальше не сложилась моя трудовая деятельность, официально я буду числится в его компании в качестве бухгалтера со всеми сопутствующими отчислениями в ПФ, ПСС и ФОМС.
В отделе по работе с персоналом, изучая трудовой договор с испытательным сроком на три месяца, прислушалась к негромким, но ужасно возмущенным разговорам. Оказалось, мой любимый оборотень вчера явился в кадры и вручил начальнице листок с тринадцатью фамилиями, дав задание тех уволить. Прекрасно! Лукрецкий прислушался к моим пожеланиям, только вот, если кто-то сложит два и два и прознает, что это все происки новой любовницы генерального, мне в бабском коллективе не выжить. Подмахнула трудовой договор, не глядя, плевать. В любом случае, официальное рабочее место останется за мной, какие бы отношения с коллегами не сложились.
Два бухгалтера, тетки бальзаковского возраста, приняли меня довольно хмуро и прохладно. В поданном в отдел персонала генеральным списке значилась дочка одной из них, а еще меня брали на место третьего бухгалтера. Третьего бухгалтера, который по каким-то причинам отсутствовал на рабочем месте. Зато из тех же сплетен узнала, что именно Марина Леонидовна — последняя из тех, с кем зажигал оборотень в компании. Что сказать? Ничего, только слишком хорошо устроился мой драгоценный, превратив строительную компанию в бордель.
Стало удивительно интересно взглянуть на эту деву. С тремя бывшими любовницами и потенциальными кандидатками на увольнение успела столкнуться в первый рабочий день так или иначе. Все оказались стройными и длинноногими блондинками с прекрасными формами. Не такими прекрасными, как у Алики Солнцевой, но все же. Похоже, Владимир Лукрецкий предпочитал высоких, фигуристых блондинок, а в пару получил миниатюрную брюнетку. Перекраситься что ли? Нет, не буду!
Рабочий день прошел для меня относительно спокойно. Раздражающим фактором разве что являлся постоянный бабский бубнеж под ухом. В бухгалтерию периодически заглядывали другие леди, желающие приобщиться к светской жизни компании, вот тогда становилось вовсе туго. Я пыталась познакомиться со спецификой новой работы, чему-то научиться… Бесполезно. Не привыкла работать в таком гвалте. Мне, вообще, было непонятно, как тут можно работать.
Сам Влад весь день отсутствовал в офисе, впрочем, об этом я еще была предупреждена за совместным завтраком. У оборотня на сегодня было назначено несколько деловых встреч и инспекция рабочих объектов.
— Почему не выходишь встречать мужа? — поинтересовался оборотень, приобнимая меня. Я как раз отбивала очередной шмат мяса, когда услышала хлопок входной двери.
Рабочий день для меня прошел плодотворно. В обед успела созвониться с клининговой компаний и договорится о том, что дважды в неделю к нам домой для уборки и глажки белья будет приходить пожилая женщина. Убираться я не слишком любила, гладить необъятные простыни и пододеяльники тем более самолично не собиралась. А вот приготовить что-то съестное для любимого мужчины вполне могла. Стирать и мыть посуду при наличии самой современной техники в квартире, вообще, проблем никаких не создавало. Впрочем, как и покупка продуктов. Покупка продуктов с личным водителем, которого при необходимости можно использовать в роли носильщика.
— Потому что этого самого мужа кормить нужно, — чуть повернула голову, подставляя губы для легкого приветственного поцелуя. — Как прошел твой день?
— Плодотворно, — отмахнулся Влад.
— Тебе мясо с кровью пожарить?
— Зачем? — удивился он.
— Нет?! — теперь была моя очередь изумляться. Оборотень — почти животное. Лукрецкий как-то рассказывал, что за время нашего небольшого отпуска поймал несчастного кролика. При этом воспоминании меня передернуло. Впрочем, я быстро смирилась с нестандартными предпочтениями нестандартного супруга. Это такие мелочи. — Будешь сырым? — уточнила у него.
— Злата! — возмутился Лукрецкий.
— А что?
— Я вот не пойму, ты серьезно или издеваешься? Разве ты видела, чтобы я употреблял в пищу сырое мясо?
— Ну, — протянула. Нет, не видела. Даже во время шашлыков Влад выбирал для себя весьма поджаристые кусочки. Впрочем, много ли я знаю о его вкусах и предпочтениях? Правильно, почти ничего.
Повезло, что Лукрецкий — весьма обеспеченный мужчина. Пусть мясо предпочитал хорошо прожаренным, но употреблял его в невероятным количествах. За ужин умудрился умять больше килограмма отменной вырезки. Вот тебе и жизнь с оборотнем, такого просто так не прокормишь. Хотя знакомые часто рассказывали, что обычные мужчины необычайно много жрали. Может, эти знакомые тоже были замужем за оборотнями?