– Не надо. Мы с Парисом управимся. Правда Парис?
– Конечно.
– Ну смотрите. Парис судебный медик и думаю вы в тандеме хорошо сработаетесь. Кстати, где он будет жить?
– У меня на квартире.
– Отлично. Но об одном вас прошу, делайте что хотите, используйте любые ресурсы и средства, но похищенная девочка, если не ошибаюсь её зовут Агнесса, ни в коем случае не должна очутиться в морге. Упаси Господь всех нас от этого! Так что, идите работайте и обо всём докладывайте лично мне.
– Ну что Парис, начнём? – спросила Лина, когда они вышли из морга.
– Начнём. Сперва надо осмотреть место происшествия. Поехали в детсад.
Детсад откуда похитили маленькую Агнессу располагался в двухэтажном добротно отстроенном особняке, с собственным двориком, основательно огороженным высокой железной оградой. Повсюду виднелись камеры наблюдения, а у входа стоял охранник. Лина показала ему своё удостоверение и они прошли на территорию детсада.
– Сперва осмотрим дворик. Ведь отсюда во время прогулки исчезла девочка.
В этом часу дети отдыхали в помещении и двор пустовал. Лина, миновав детские игровые атрибуты, дошла до самого дальнего угла.
– Парис! Обрати внимание! Тут для видеокамер немая зона.
– Значит ребёнок здесь перелез через ограду. Улучшил минуту и перелез. Для шустрой девочки это не представляет никакого труда. Тут для видеокамер – немая зона, но внимательная воспитательница не могла не заметить, что ребёнок отошёл далеко от остальных.
– Да ты прав. Пока у детей тихий час пойдём побеседуем с воспитательницей.
Это была женщина лет тридцати, чуть бледноватая, простоволосая, с птичьими чертами лица.
– Я всё что знала рассказала полиции, – недовольным тоном сказала воспитательница, – и мне с вами не о чем беседовать.
– Мария Васильевна! Мы как сотрудники детективного агентства имеем полное право на дознание и ваше нежелание сотрудничать с нами может караться законом.
Лицо воспитательницы от этих слов смягчилось:
– Ладно задавайте ваши вопросы. Только поскорее – дети скоро проснутся.
– Нас интересует, какой была Агнесса? Что она любила, чем больше всего была увлечена?
– Агнесса была девочкой с богатой фантазией и очень словоохотливой. Она могла подолгу рассказывать увиденные сны и мне кажется многое в своём рассказе просто фантазировала. А по части увлечений – она обожала собак и кошек. Во двор детсада залезали разные котята, так вот она, несмотря на мои запреты, брала их на руки и ласкала.
– А не кажется ли вам странным, что ребёнок смог средь бела дня уйти от вашего внимания и перелезть через ограду?
– Даже не знаю, что вам ответить. Я конечно виновата в произошедшем и готова понести наказание. Знаете, наш детсад очень популярен и детей здесь больше положенной нормы. Моя пара глаз не может одновременно уследить за всеми.
– Она явно что то скрывает, – к такому выводу пришёл Парис, когда они вышли из детсада.
– Почему ты так думаешь?
– Она не могла не заметить, как отбежала девочка от общей игровой площадки и уж тем более как она перелезла через ограду.
– Ты прав. Надо воспитательницей заняться всерьёз. Пойду покопаюсь в её личных делах.
– Заодно и видеозаписи того дня прихвати.
Пока Лина ходила в дирекцию, Парис прошёл снаружи вдоль ограды и остановился там, где она кончалась. Он копнул ногой кучу опавшей листвы и обнаружил помёт мелкого животного.
– Ну что там такое? – спросила подошедшая Лина.
– Вот погляди сама.
– Это кошачий помёт.
– Откуда такая осведомлённость? – спросил с улыбкой Парис.
– Ну ты помнишь моё последнее дело по розыску кота ценной породы.
– Помню конечно. Ну и что там в личном деле воспитательницы?
– Ничего особенного. Окончила школу, образование высшее, выпускница института физического воспитания. Волейболистка. В детсаду работает уже третий год, нареканий нет, к детям относится хорошо. Не замужем, своих детей нет.
– Видеозаписи взяла?
– Полиция их забрала в первый же день.
– Их надо просмотреть непременно!
– Тогда надо звонить шефу.
– Делай что хочешь, но записи нам очень нужны. Причём мы должны их смотреть не абы как, на коленке, а очень внимательно.
– Я тебя поняла, – сказала Лина и стала звонить шефу.
Пока она договаривалась, Парис стал внимательно осматривать улицу на которой располагался детсад.
– Всё в порядке. Шеф поможет. Записи к вечеру будут.
– Отлично!
– Ты не устал? Поехали ко мне отдохнём.
Лина после развода жила одна в 2 комнатной уютной квартире. Пока Парис отсыпался курьер доставил записи камер наблюдения. Лина включила компьютер и принялась их изучать.
– А ну ка здесь замедли, – услышала она голос проснувшегося Париса, который стоя сзади всматривался в монитор, – обрати внимание! Во время тихого часа, воспитательница вышла из детсада.
– Ну и что тут особенного? Обеденный перерыв- может отлучиться.
– Может, но пошла она налево по улице, а вернулась справа, причём оттуда где у камер мёртвая зона. Откуда исчезла девочка.
– Ну и что? Вышла налево, вернулась справа. Что здесь странного?
– А ты на её походку посмотри. Ушла вприпрыжку, по спортивному, а вернулась прихрамывая. Для бывшей волейболистки не характерно.
– Споткнулась наверное по дороге.
Парис и Лина переглянулись и продолжили просмотр.
– Вот выходят дети, с ними воспитательница, уже не хромает.
– Нет. Не хромает.
– А это кто с капюшоном на голове?
– Хромает!
– Хромоножка пошла направо к дальнему углу ограды. Всё, исчезла из виду.
– Смотри, наша девочка побежала туда и тоже исчезла. Дальше не видно.
– Неужели не догадываешься, что было дальше?
Парис внимательно посмотрел в глаза Лине.
– Погоди, Парис, не спеши. Давай выпьем кофейку, сядем и всё обсудим.
Пока Лина варила кофе Парис увеличил портреты на видеозаписях и сделал их фото отпечатки. Они уселись с дымящими чашками ароматного кофе и Парис разложил снимки.
– Смотри – вот лицо воспитательницы, которая возвращается с перерыва. Это Мария Васильевна, верно? Но почему то хромает?
– Так.
– А вот она выходит и не хромает. Зато хромает вот эта женщина. Лица не видно, прикрыто капюшоном. Кто она по твоему? Не догадываешься?
– Да кто угодно.
– Не кто угодно, а это та, которая возвращалась после перерыва на обед. Обе хромают одинаково.
– Что ты хочешь этим сказать?
– А то что мы имеем дело с двумя Мариями Васильевнами.
Лина громко засмеялась. Парис тоже. У каждого была своя причина для смеха, но зато веселье получилось всеобщим.
– И что это всё значит? – спросила Лина и сама себе ответила, – выходит, что у воспитательницы есть сестра близнец?
– А ты догадливая.
– Причём сестра- хромоножка.
– Точно. В полиции этот факт пропустили, но мы же не полиция, мы тандем!
– Надо найти эту сестру, если конечно она есть?
– Есть конечно. Видеозапись тому подтверждение.
– В видеозаписи недостаточно конкретики. А если это плод нашего воображения? Никакой сестры близняшки нет и наша версия летит к чёрту.
В это время зазвонил телефон Лины.
– Лина! Записи посмотрели? Какие выводы?
–Виктор Степанович! Надо ещё раз допросить воспитательницу. Она соучастница похищения.
– Ну, ну! Не спешите с выводами. Вы нашли прямые улики?
– Нет, только косвенные. Но у нас есть версия.
– Вот и разрабатывайте её. Твой друг вроде смышлёный парень. Как никак судебный медик. Ну пока, до связи.
– Я всё слышал, – сказал Парис, когда Лина повесила трубку.
– Давай ещё раз допросим воспитательницу.
– Не имеет смысла. Давить на неё не имеем права. Надо её припереть фактами. Вот будут факты, тогда ей уже не отвертеться.
– Ну и что ты предлагаешь?
– Если есть сестра-близнец, то она не иголка, найдётся. Будем искать хромую ножку.
– Как?
– Очень просто – по детской медицинской карте. Если сёстры вместе росли об этом там будет указано.
– А карту как найдём, да ещё детскую?
– По прописке или по месту жительства. Давай звони директору детсада. Узнай где она живёт?
Лина набрала номер телефона детсада.
– Воспитательница прописана в Ленинградской области, в посёлке Колтуши, Всеволожского района. А в Питере живёт по найму. Слушай Парис! Колтуши -это там, где ты провёл детство?
– Правильно. Завтра с утра выезжаем.
Посёлок Колтуши располагался в часе езды от Питера. Вокруг живописные места – лесные чащи и озёра, но самое примечательное – там располагался НИИ физиологии имени Павлова с обезьяним питомником. В своё время Советская власть создала все условия для нормальной работы всемирно известного учёного-физиолога, лауреата Нобелевской премии по медицине Ивана Павлова. Академик Павлов, между прочим, как оказалось позже, ярый противник Советской власти, болел туберкулёзом и повышенная влажность Питера усугубляла его здоровье. Но климат в Колтушах был помягче и потому Павлову там отлично работалось.
– Ну вот мы и приехали в твоё детство, дорогой Парис. Давай начинай ностальгировать. Когда вы отсюда переехали в Армению?
– Лет 25 назад. Но я отлично всё помню. Вон озеро где мы плескались летом, вон горочка с которой спускались зимой на саночках, а вон наш ведомственный детсад. Но давай не отвлекаться. Поищем местную поликлинику.
После некоторых расспросов они нашли здание амбулатории, а заодно и детской поликлиники.
– Парис! Прогуляйся по местам своего детства, а я навещу заведующую.
– Давай! Встречаемся вон у того памятника Павлову с его подопытной собакой. А я схожу в детсад. Может кто и вспомнит меня.
Они расстались. Погуляв по дворику и, с улыбкой вспомнив детсадовские годы, Парис зашёл в помещение.
– Вы кого ищете? – спросила его нянечка.
– Даже не знаю кого. Лет 25 назад я был вашим воспитанником. Может помните нас – семья из Армении? Меня зовут Парис. Фамилия – Арутюнян.