– Не обольщайся, – высокомерно хмыкнул Сапфир. – Мы и без тебя справились. Думаешь, ты нужна Дрону? Ошибаешься! Судя по всему, брат хотел, чтобы ты сама сдохла от откатов.
Склонившись над братом Андрея, Рубин легко коснулась губами его щеки. Дина напрягла слух, боясь не разобрать ее жаркий шепот.
– А тебе я нужна? Хочешь, я стану твоей прямо сейчас? Не в мутных грезах, а здесь, в реальности?
Сапфир сглотнул, щеки его порозовели, но губы сжались в тонкую ниточку.
– Избавь меня от игр, Рубин, – медленно проговорил он.
– Никаких игр, милый, – сладко пропела женщина, поднимая подол платья почти до талии и усаживаясь на Сапфира. – Сколько ты мечтал обо мне? Сколько раз рука тянулась к грезам? Используй же свой единственный шанс!
Пальцы мужчины впились в ручки кресла. Словно завороженный, он смотрел, как Рубин совершает плавные движения, изображая наездницу.
– Что ты хочешь? – сдавленно проговорил он.
– Скажи мне, – Рубин коснулась губами шеи мужчины. – Это ты наложил заклинание на брата?
Сапфир не отвечал, Дине показалось, что он даже не дышал. Рубин провела руками по груди мужчины, спускаясь все ниже. Сапфир вздрогнул, женщина расхохоталась.
– Я знаю, что это ты! – торжествующе воскликнула она и, снова склонившись к уху Сапфира, пропела: – И Смарагд знает. Ты не очень умен, Сапфир, раз послал брата к Кварц. Старушка-трусиха не просто так выращивала свои цветочки. Сад ее освобождает от действия заклинаний.
Дине показалось, что от этих слов Сапфир забыл даже о бесстыдных действиях Рубин. Он выглядел так, словно на него неожиданно вывалили мешок гвоздей.
– Я не знал, – пробормотал он, затем резко поднялся, сбросив женщину на пол.
Рубин негодующе вскрикнула и ударила кулачком по полу. И тут же рассмеялась.
– А Смарагд знал, – сказала она. – Только все забыл от твоего проклятого заклинания! Как ты думаешь, если бы он хотел освободить этих шлюх, – она кивнула на статуи, – разве не отвез бы Кварц подарочек? Старушка так любит всех спасать!
Сапфир нервно мерил шагами комнату. Рубин насмешливо наблюдала за ним, раскинувшись на полу в откровенной позе.
– Кварц сняла заклятие? – спросил он, остановившись рядом с Рубин.
Женщина поманила его пальчиком, на лице Сапфира заходили желваки, но он склонился над Рубин. Она немедленно обхватила его шею и притянула к себе, сливаясь с Сапфиром в страстном поцелуе. Он отшатнулся, но не сумел удержаться на ногах, и Рубин снова залезла на него верхом, не давая избежать жарких объятий.
– Рубин, отвали, – тяжело дышал Сапфир. – Скажи прямо, Кварц освободила Дрона от моего заклинания?
– Хватит! – вдруг произнесла Рубин несвойственным ей тоном.
Она поднялась на ноги и посмотрела на Сапфира странным взглядом.
– Что хватит?
Сапфир поспешно застегнул брюки и поправил рубашку. Дина разглядела выражение растерянности на холеном лице брата Андрея. Рубин медленно прошлась по комнате и уселась в кресло. Из ее груди вырвался тяжкий вздох.
– Не могу поверить, что ты меня заколдовал, брат, – сказала она.
Сапфир замер от неожиданности.
– Зачем, брат? – не останавливалась Рубин. – Что это тебе дало?
Медленно поднимаясь, Сапфир продолжал поправлять одежду, пока все снова не стало идеальным. Но и после этого его пальцы то и дело дергали галстук. Дине показалось, что он потрясен. Девушка и сама растерялась: неужели Рубин – его сестра? При мысли о том, что эта женщина чуть не занялась сексом с собственным братом, Дину затошнило. Да у нее совсем башни нет, если она братьев соблазнила!
– Дрон? – хрипло спросил Сапфир. – Это ты?
Рубин лишь саркастически усмехнулась. Сапфир помрачнел:
– Значит, заклинание маски у тебя. Рубин принесла тебе гизу?
– Узко мыслишь, брат, – отмахнулась Рубин. – Теперь мне не нужна гиза маски. До меня дошло, о чем толковала Хрусталь. А ты, похоже, так и не пробовал освоить дар цветка. Все закрываешься от него шарып?
Сапфир пристально смотрел на женщину в кресле.
– Ты, – прохрипел он, – можешь пользоваться заклинанием маски без гизы?
– Как видишь, брат, – Рубин показала на свое тело.
– А где ты сам? – настороженно уточнил Сапфир.
У Дины перехватило дыхание, девушка прижала ладошку ко рту. Это что, Андрей? Он в теле Рубин? Вспомнились его слова о заклинании маски: чтобы можно было мгновенно перенести врача в тело, находящееся рядом с пострадавшим. Андрей сейчас в теле Рубин! Он применил свое заклинание! Он жив и свободен…
– Там, где меня нашла Рубин, – равнодушно пожала плечами женщина. – Скажи мне только одно, брат. Ты действовал сам или по распоряжению Круга?
Сапфир помрачнел и отвел глаза:
– Это для твоего блага, брат, – проворчал он. – Одержимость золотым барьером тебя погубит.
– Да что ты? – улыбнулась Рубин.
По коже Дины побежали мурашки, уж больно похожа была эта улыбка на ужимку Андрея. В голове не укладывалось, как можно быть в теле другого человека!
– А вот тебя не оставляет одержимость серебряным. К слову, цветочкам Кварц не удалось снять с меня заклятие, но они положили начало освобождению. Ты воспользовался синей гизой, брат! А это значит, ты действовал по указу Круга. Ты же у нас весь такой правильный! Выше бронзового барьера сам не действуешь. Потому-то, Сапфир, ты всегда будешь вторым.
– Дрон, Круг не примет тебя даже с красной гизой, – грустно покачал головой Сапфир. – Ты же недостойный!
– Это они недостойные, – закричала Рубин, ее лицо исказилось в гримасе ненависти. – Хрусталь рассказала мне, как они испугались моего изобретения! А раз так, они слабаки! Так что место в Круге меня уже не интересует…
– Ты хочешь стать Высшим, – хмуро подытожил Сапфир. – Все из-за нее? Рубин не стоит этого, Дрон! Она играет с тобой. Не позволяй ей снова встать между нами. Я уже не поведусь на лживые речи. Я тебе не соперник, брат!
– Да ты никогда им и не был, – жестко проговорил Андрей устами Рубин и невинно поинтересовался: – Ты в курсе, что смерть ослабляет серебряный барьер и усиливает золотой?
Сапфир побледнел:
– Ты не посмеешь…
– Проверим? – Рубин игриво подмигнула. – Но, извини, я спешу. Я тут позволил себе пригласить на встречу одного господина из далекой страны. Знаешь его? Близкий друг Кварц. Мне кажется, он должен продолжить то, что начала его подруга. Мне не терпится встретиться с собой незаколдованным. А сейчас я оставляю вас наедине. И мой тебе совет: прими прощальный подарок Рубин. Трахни ее, наконец!
И Андрей в теле Рубин расхохотался, довольный своей шуткой.
Смех резко оборвался, Рубин растерянно смотрела на Сапфира.
– Он был мной, да? – тихо спросила она. И слабо улыбнулась: – Конечно да! Смарагд станет самым могучим заклинателем в мире! И ты понимаешь, что должно случиться. Иди же ко мне…
Дина, почувствовав слабость, отползла за ванну и легла на пол. Кафельные плиты холодили затылок, но это не приносило облегчения. В голове не укладывалось то, что она услышала. Андрей, такой милый и веселый, на самом деле – убийца? А ненавистный ей Сапфир пытался колдовством вытащить брата с темной дорожки? Рубин пришла сюда убить Сапфира по приказу его брата. Страх медленно вползал в душу, словно утренний туман на пустынном шоссе. Уже несколько минут Дина не слышала голосов. А что она может против опытных заклинателей? Она никто.
Подождав еще немного, девушка решилась выглянуть в щелку. Рубин в зале не было, а на полу неподвижно лежало тело. У Дины похолодело внутри. Заклинательница убила Сапфира! Выходить страшно, но и сидеть в одной квартире с трупом Дине не улыбалось. Она решила сбежать. Осторожно отодвинув занавеску, девушка прокралась к люку, обходя тело как можно дальше. Сапфир никогда не был ей симпатичен, но и его смерть радости не доставила.
Подняв крышку люка, Дина уже собиралась спуститься, как услышала тихий стон. Она вздрогнула, ослабевшие пальцы разжались, люк захлопнулся. Дина, подпрыгнув на месте, развернулась. Сапфир жив? Стон повторился. Дина метнулась к лежащему телу и замерла, охваченная брезгливым ужасом.
Рубашка разорвана, оголяя расцарапанный торс Сапфира. У Дины не возникло сомнений: это не любовные игры. Мужчина, медленно каменея, сам себе нанес раны. Возможно, процесс причиняет чудовищную боль. Туловище уже мерцало белесым мраморным цветом, как у статуй. Руки и ноги мелко дрожали, глаза закатились, заклинатель тихо стонал, словно некто сжимал каменные легкие, удерживая жизнь в искореженном теле.
Рядом с мужчиной валялась синяя гиза. Дина подняла заклинание: знаки полустерты, свиток почти отодран от трубочки. Девушка попыталась произнести название, но губы, скованные ужасом, не слушались. Она оглянулась на коллекцию статуй. Для души?! Андрей тащил домой последствия ревности чокнутой подружки для души?
Возмущенная Дина отбросила гизу и склонилась к умирающему мужчине.
– Чем же я могу помочь тебе, Сапфир? Я же ничего не умею! У меня ничего нет…
Девушка вздрогнула, вспомнив слова Рубин. Клин клином. У нее есть гиза, правда, не синяя. Всего лишь бронзовый барьер. Возможно, она и не сумеет спасти жизнь Сапфиру, но сможет отсрочить действие заклинания. Дина решительно вытащила из кармана зеленую трубочку, на пол упала еще и гиза простого барьера, о которой девушка забыла. Дина пробормотала заклинание и осторожно позволила бумажке втянуться обратно в трубочку. Кажется, это первое заклинание, которое она не порвала. Покосилась на светлую трубочку, решила задействовать и ее.
Все, что могла, она сделала. Дина присела рядом с телом и обхватила руками колени. Ничего не изменилось, Сапфир со стоном выдыхал воздух и подергивал конечностями. Видимо, здесь нужна синяя гиза. Увы, единственную она израсходовала на Вика. Ноющая боль от потери вновь пронзила сердце. Она с усилившейся ненавистью посмотрела на Сапфира. Это же из-за него! Не нужно было пытаться спасать того, кто разрушил твою жизнь!
– Меня тошнит от тебя, – рявкнула она. – Сдохнешь, значит, поделом!