Тихий смех истинной Рубин оказался холодно-печальным. Сапфир покачал головой, размышляя, как же он был слеп.
– Сегодня я поняла, чего ты хочешь больше всего на свете, – Рубин подняла на него глаза, и Сапфир поежился от пронизывающего взгляда, наполненного глубоководной зеленью. Заклинательница усмехнулась: – Не меня, как я предполагала. Ты хочешь жить как раньше. Чтобы ты исполнял чужие правила, чтобы твой брат жил обычной жизнью и не хватал звезд с небес. Правильно?
Сапфир не отвечал, она и так знала. Рубин улыбнулась почти с симпатией и сказала:
– На самом деле, ты единственный заклинатель, из которого получится самый лучший Высший. Ты до омерзения правильный, до икоты исполнительный, до одури честный!
Он скривился, услышав такой комплимент из ее уст. Эти слова были из лексикона знакомой Рубин, так что сеанс душевного стриптиза можно считать заканчивающимся. Это хорошо: значит, скоро Сапфир узнает, чего хочет от него заклинательница. Он терпеливо ждал.
– Если ты соблазнишь девицу, – неожиданно жестко проговорила Рубин, – Смарагд лишится своей силы и станет таким, как раньше! Ну почти таким. Он, конечно, может начать все сначала, но уже без своей маски.
Сапфир растерянно моргнул, пытаясь понять логику заклинательницы. Рубин преувеличенно тяжело вздохнула и закатила глаза.
– Понятно! – простонала она. – Хорошо, давай на пальцах. По древней сказке, девица срывает цветок папоротника и обретает способность дарить мужчинам силу. Не спрашивай как, я не в курсе! – обрубила она, когда Сапфир собрался уточнить этот момент. И продолжила тоном учительницы, в десятый раз объясняющей урок малолетним дебилам, наполняющим ее класс: – Но дарит она всем подряд… или не всем подряд, не важно. А останется эта сила лишь у того, кто девицу первым поимеет. Это, надеюсь, понятно?
Сапфир потрясенно кивнул.
– Вот откуда ваша ненормальная привязанность к этой страхолюдине! – иронично усмехнулась Рубин. – Это магия цветка папоротника!
– Откуда ты это знаешь? – наконец проговорил мужчина.
– Оттуда, – неопределенно хмыкнула Рубин. Но, наткнувшись на испытующий взгляд собеседника, соизволила ответить: – Алмаз раздобыл эту сказочку в замке Оникса. Думаю, именно поэтому он туда и отправился.
– Поэтому? – недоверчиво протянул Сапфир. – Мало кто по доброй воле поедет в гости к старику в его каменный мешок! Сколько заключенных не вернулось…
– Ложь, – саркастично отозвалась Рубин. – Видела я, почему они не возвращаются! Коньячок хлещут да байки травят! Если бы отчима на самом деле арестовали, его оперативники не охраняли бы якобы уничтоженные гизы в загородном доме Алмаза. И не продирались бы ко мне на тринадцатый этаж. Надеюсь, помнишь, как это было?
– Так это не Круг? – удивился Сапфир.
– С чего бы?! – воскликнула она. – Кругу не до мелкой заклинательницы, которой выписано отречение. Думаю, их больше волнует Хрусталь, которая вдруг решила покорить мир.
– А зачем оперативники Алмаза атаковали тебя? – подозрительно спросил заклинатель. – Если никто не знает, кто стоит за действиями Кварц?
– Алмаз догадался, – Рубин поморщилась так, словно жалела, что отчим оказался таким умным. – И хотел, чтобы оперативники отобрали у меня это, – она покрутила в тонких пальчиках алую трубочку.
– Если Алмаз на самом деле не пленник, – рассудительно заметил Сапфир, – и он знает о тебе, почему же тогда ничего не предпринимает?
– Хороший вопрос! – обрадовалась Рубин. – Вот и мне интересно. Было интересно!
– Было? – нахмурился Сапфир, не ожидая ничего хорошего.
– Интерес сдох вместе с Алмазом, – хищно оскалилась женщина.
– Ты убила его? – холодно осведомился заклинатель.
Рубин приподняла брови и многозначительно посмотрела на него.
– А как ты думаешь?
– Я думаю, почему ты до сих пор не убила Дину руками Андрея или моими, раз так легко пользуешься маской, – парировал Сапфир. – Зачем все эти сложности с соблазнением?
Рубин подскочила с импровизированного стула и метнулась к заклинателю.
– Думаешь, я не пыталась? – закричала она, буравя его ненавидящим взглядом. – Но Смарагд силен! А ты… после того, как сад старушки Хрусталь исцелил тебя, я и к тебе подобраться не в силах! Ну ничего! Теперь эти цветочки никому не помешают.
Сапфир спокойно смотрел на Рубин снизу вверх. Несколько минут назад она была ленивым игроком, которому, по сути, плевать на исход партии, а сейчас над ним нависла разъяренная стерва. Казалось, она готова порвать его на тысячу листиков для гиз. Но заклинатель теперь знал: это лишь видимость. Рубин усмехнулась, вся ярость словно улетучилась, заклинательница плюхнулась на матрас рядом с ним.
– Я испугалась, – неожиданно призналась она. – Я сама чуть было не подарила Смарагду силу папоротника навсегда, когда была в этой мелкой шлюшке.
Она печально вздохнула, пухлых губ коснулась горькая усмешка.
– Он такой сексуальный, – мягко протянула она. – Да и мне было интересно заняться любовью через маску: какие при этом ощущения, не теряется ли яркость. Но мысль, что Смарагд трахает эту дурочку…
Плечи Рубин вздрогнули, у губ залегли горестные складки.
– А сколько времени, – Сапфир решился задать давно мучающий его вопрос, – прошло с момента, когда на Дрона наложили заклинание? Почему ты активизировалась лишь сейчас? Не хотела спать с недостойным?
– Ты ничего не знаешь, – прошипела Рубин.
И тут же расхохоталась. В звонком голосе Сапфир услышал знакомые нотки.
– А ты не такой уж идиот, когда не капаешь на меня слюной своей страсти! А теперь иди, Ромео! И постарайся сделать дело раньше своего братца, иначе Смарагд действительно станет Высшим, а тебя, лишенного силы, добьет мое заклинание серебряного барьера.
Глава 17
Железная тонкая труба под пальцами Руслана была обжигающе холодной. Он вцепился в нее, как в соломинку, пытаясь удержаться на плаву в захлестнувшей его волне злобной ненависти. Парень и раньше не любил сестру, но сейчас готов был задушить ее голыми руками. И лишь мысль о Дине удерживала его. А в ушах снова и снова звенели слова: «Интерес сдох вместе с Алмазом».
Это Рубин использовала его наставницу в качестве маски, прячась в теле Хрусталь. Это его сестра хладнокровно убила Цитрин. Конечно, у них не было особо теплых чувств к своей матери. Но какой же надо быть сукой, чтобы расправиться с той, кто дала жизнь?! Пальцы, цепляющиеся за металл, побелели. Руслан сглотнул комок в горле, прогоняя непрошеную влагу, наплывавшую на глаза. Ему нужно четко все видеть!
– Возьми себя в руки, можешь погоревать потом, – говорил он себе.
А в ушах звенело: «Интерес сдох вместе с Алмазом».
Хрусталь, по просьбе которой он вернулся в котельную, и не подозревала, что направила его за ответами. Уже нет необходимости вызывать Оникса, Рубин рассказала о действии цветка папоротника все, что следовало знать. Руслан все равно исполнит поручение наставницы, но потом.
Руслан прислушался: тишина. Возможно, Сапфир уже отправился исполнять свою часть чудовищной сделки. Какова сестричка! Сует мужика в постель к другой девушке, обещая свои врата в награду. Не прямо, разумеется! Чтобы потом оставить его без сладкого. Сапфир никогда не нравился Руслану. Самовлюбленный, напыщенный осел! И чего Дина с ним носилась, как кошка с мясом? Не могла же такая разумная девушка влюбиться в Сапфира?
– Нет, – сквозь зубы процедил Руслан. – Не могла!
Тишина за дверью вселяла решимость. Конечно, Рубин – прирожденная. Но и он не лыком шит. Руслан осторожно просканировал помещение кладовой. С Сапфиром он знаком плохо, но вроде его там уже нет. Рубин парень ощущал странно, до сих пор он не сталкивался с такими вибрациями. Может, сестра опять использовала заклинание маски? Неужели Рубин действительно не испытывает отката? Это очень плохо. Ее и до этого мало что могло ограничить, а откат – единственное, что хоть немного удерживало прирожденных от постоянного использования гиз.
Руслан осторожно огляделся: не хватало только нарваться на оперативников Высшей. Конечно, он шел сюда как раз за этим, но теперь планы несколько изменились. Сначала он должен разобраться с Рубин. Только еще немного подождет для верности. Не заговорщиков за дверью. Парень знает, что сестра одна. Подождет, пока уляжется эмоциональная буря в груди. Лучше ничего не чувствовать. Он потом попробует переварить эту боль. Не сейчас.
Чтобы проникнуть ночью в котельную, полную новых оперативников, и не вызвать переполоха, пришлось воспользоваться магическим коридором из загородного дома отца. Именно там, в тайном подвале Алмаз держал Дину и Рубин. Хорошо, что он подстраховался и не распространялся в Кругу про свою вторую резиденцию. Там же Руслан с удивлением обнаружил оперативников отца, которых тот проинструктировал, что делать в случае его ареста. Приказав Мише связаться с Ониксом, Руслан отправился на поиски Берилл.
Он видел в толпе, окружавшей наставницу в момент признания, свою давнюю знакомую, ныне оперативницу, Берилл. Когда-то он помогал ей с домашними заданиями. Возможно, заклинательница еще здесь. Руслан осторожно просканировал здание, пытаясь отыскать ее среди других. Он проходил самыми дальними коридорами, через самые грязные комнаты, чтобы не вызвать подозрений, как вдруг услышал разговор.
«Интерес сдох вместе с Алмазом».
Все! Хватит ждать! В комнате только Рубин, и она либо спит, либо под заклинанием. Парень приоткрыл дверь и решительно скользнул внутрь. Он нашел заклинательницу в углу за кладкой топливных блоков. Она лежала на грязном старом матрасе, больше напоминая кучу рваного тряпья с помойки, чем живую женщину. Кулачки сжаты, на некогда красивом ухоженном лице смесь отвращения и боли. Руслан холодно посмотрел на сестру. Если сдвинуть один из блоков, вполне возможно, он размозжит ей голову. Может, это наилучший выход? Рубин больше никому не причинит зла. Так заманчиво…
Но нет, Руслан не уподобится Рубин, он не такой. Их связывает кровь, общая мать. Даже самая злобная сестра на свете не заслуживает смерти во сне от рук родного брата.