Украина между Россией и Западом: историко-публицистические очерки — страница 42 из 110

Другой народный депутат А. Бригинец распространил на своей странице в соцсети «Фейсбук» страшилку, будто в военной части города Василькова «пьяные офицеры угрожают мирным активистам», которые третьи сутки блокируют военный городок. То, что это заявление не подкреплено никакими фактами, нардепа нисколько не волновало. «Я сказал, а вы оправдывайтесь». Это тоже провокация.

Весьма показательно, кого называют народом представители оппозиции. Оказывается, только тех, кто разделяет их радикальную идеологию. На майданах (в Киеве, Львове, Тернополе, Ивано-Франковске) собирался украинский народ, чтобы выразить поддержку евроинтеграции. Митинги в том же Киеве, Харькове, Севастополе, Симферополе, Донецке и других городах Юго-Востока Украины в поддержку действий властей пренебрежительно именовались сборищем «титушков», а часто и «пятой колонной» России. Не являлись народом Украины и все сотрудники правоохранительных органов. Детей, которые вышли протестовать, бить нельзя, а таких же детей, которые обеспечивали хоть какую-то жизнедеятельность центра города, бить можно. Это не наши дети.

Как же вы, господа руководители оппозиционных партий, думали управлять страной, если для вас украинцами являются только ваши сторонники?

Доморощенных провокаторов активно поддерживали провокаторы из стран Евросоюза. Сколько их перебывало на трибуне Майдана, сколько страстных призывов прозвучало из евросоюзных уст! Некоторые (В. Нуланд) даже раздавали на площади пряники и булочки. Я представляю, какой гвалт учинила бы оппозиция, если бы на митинге сторонников Партии регионов выступил кто-либо из чиновников Таможенного союза с призывом вступить в это объединение. Самыми корректными были бы высказывания о вмешательстве России в дела суверенного государства. От Евросоюза на Майдане и вне его прозвучали десятки таких призывов. Но никакого стороннего вмешательства оппозиционеры здесь не видят.

Да что там оппозиционеры. Не хотели видеть этого и украинские власти. Я был поражен реакцией министра иностранных дел Л. Кожары на слова заезжего телешоумена С. Шустера, подбросившего в затухающий костер дискуссии слова премьер-министра России Д. Медведева о том, что выступления на Майдане чиновников Евросоюза определенно подпадают под определение внешнего вмешательства. «Вы согласны с такой оценкой?» — спросил ведущий министра. Тот без всякой дипломатии ответил, что не согласен. И добавил, что украинские власти сами приглашали их на Майдан. «Мы так спланировали работу Совета министров иностранных дел ОБСЕ, чтобы у министров было время для встреч со сторонниками евроинтеграции на Майдане», — подчеркнул он.

Эти слова показались мне попыткой спасти репутацию, поскольку еврочиновники, судя по всему, свои походы в народ ни с кем не согласовывали. Но если сказанное министром действительно правда, тогда это очень похоже на самоубийство. Разумеется, политическое. Не могли же украинские руководители рассчитывать на то, что гости поддержат их перед митингующими?

Возможно, откровеннее всех позицию Евросоюза выразил президент Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу, обратившийся с призывом «ко всем гражданам (Украины. — П. Т.) не поддаваться чувству поражения, иметь мужество бороться с негативными силами». Стоит ли расшифровывать, кого имели в виду под определением «негативные силы»? Далее он сообщил, что говорил по телефону с В. Януковичем и призывал его не использовать силу против людей, которые «в морозную погоду пишут новую историю для Европы». 11 декабря с аналогичными требованиями к президенту непосредственно обратились заместитель Баррозу К. Эштон и помощник госсекретаря США В. Нуланд. Последняя в телеинтервью заявила, что в разговоре с В. Януковичем она выразила решительный протест в связи с ночным нападением милиции на митингующих и добавила, что «теперь он знает, что надо делать».

Так случилось, что я оказался свидетелем этого «знания» президента. На моих глазах милиция спешно покидала свои позиции, а демонстранты загоняли ее в стоящие там же автобусы и нещадно избивали палками. Позже по телевидению была показана аналогичная сцена перед зданием городской администрации, где «мирные демонстранты» поливали милицию из пожарных бранспойтов, бросали в нее дымовые шашки и распыляли газ. Кто-то из «мирных» в этой суматохе потерял даже пистолет.

Я не принадлежу к числу горячих сторонников президента. Очевидно, есть доля его вины в том, что с ним так обращались третьеранговые евро-американские чиновники. Но, как говорил известный киногерой, мне за державу обидно. Все их походы в народ, менторские нотации украинским властям, равно как и угрозы арестов активов, однозначно указывают на то, что для них Украина — никакая не суверенная страна. Де-факто — подмандатная американо-еэсовская территория. И вряд ли стоит так окрыляться нашему оппозиционному триумвирату. Если кто-то из входящих в него, не дай бог, станет президентом Украины, он будет обладать ровно таким же объемом суверенитета, каким обладал В. Янукович.

И не только во внешних делах, но и во внутренних. Ибо если гражданское неповиновение президенту В. Януковичу и его правительству на Западной Украине — это нормально, то почему должно быть ненормальным аналогичное поведение жителей Юго-Востока Украины по отношению к президенту и правительству, которых изберет нынешняя оппозиция?[43]

Майданные события в разных городах стали по сути публичной манифестацией существования двух Украин. Между ними и без того есть объективные исторические различия. Политические катаклизмы, которые провоцируют украинские националисты с завидной периодичностью, не только не способствуют преодолению противоречий, но еще больше их обостряют. Только на первый взгляд кажется, что баррикады на Крещатике разделяют власть и оппозицию. Они разделяют Украину. И как бы вам, господа евроинтеграторы, не доиграться до раскола страны. Что это реально, показывают примеры Югославии, Молдовы и других стран.

В заключение — об украинской евромечте. Во-первых, она не всеобщая. По меньшей мере у половины украинцев этой навязчивой идеи нет. Во-вторых, она не стоит того, чтобы из-за нее разрушать мир и согласие в украинском обществе. Той Европы, о которой мечтают наши евроинтеграторы, уже давно не существует. Ее раздирают внутренние противоречия. Можно сказать, что так называемый цивилизованный Запад — уже на одну четверть Восток. Процесс его мусульманизации стремительно ускоряется, вызывая беспокойство у коренных жителей и руководителей многих стран. Я не думаю, что в этом новом для нас мире мы хоть когда-нибудь станем своими.

Может быть, нам не стоит (я адресую этот вопрос в равной мере и властям, и оппозиции) так бездумно отказываться от нашего традиционного цивилизационного выбора? Ему более тысячи лет. Сделал его Владимир Святой, и у нас нет морального права от него отрекаться. Как бы не стать Украине перекати-полем, оторванным от корней, которое ветер гоняет в разные стороны.

2. «Гірше ляха свої діти її розпинають»

Ах, как точно гениальный Тарас Шевченко определил нашу родовую особенность! Две «революции» суверенного периода существования Украины подтверждают ее со всей драматической очевидностью. Только-только забрезжит надежда на лучшее будущее, как тут же находятся люди, «горячо любящие Украину», которые с непостижимым безумием душат эту надежду в своих объятиях.

Так было в 2004 году, когда в момент наивысшего за время независимости экономического развития (при 12% роста ВВП) грянула «оранжевая революция», так произошло и теперь. С большим трудом Украина начала выходить из кризиса, в который погрузилась во времена «оранжевого» правления, и в это время вновь оказалась ввергнутой в бездну гражданского противостояния. При помощи того же Майдана и практически тех же (за небольшим исключением) политиков, которые уже неоднократно демонстрировали свою полную профнепригодность.

Как и в 2004 году, в 2013-м на Украине не было объективных причин для столь драматического конфликта. Жили мы небогато, но лучше, чем в «оранжевое» пятилетие. Регулярно выплачивались зарплаты, пенсии и стипендии, которые к тому же год от года увеличивались. Постепенно возрождались сельское хозяйство и промышленность. Отказались подписывать соглашение об ассоциации с Европой? Так, во-первых, не навсегда, а во-вторых, потому, что для Украины оно было бы разорительным. Об этом многократно предупреждали наших властных евроромантиков ведущие отечественные экономисты.

Предположим, что нынешняя власть вообще не подпишет это соглашение. Это ее право. И никакой трагедии в этом не будет. Не было же бунта против «оранжевой» власти из-за того, что она не подписала этот документ. Да и новая власть не за горами. В оппозиции есть возможность после мартовских выборов президента в 2015 году убедить народ в своей политической состоятельности, получить мандат на правление и спокойно сделать то, чего не смогли сделать предшественники.

Оказалось, однако, что ждать оппозиция не хочет. Ассоциироваться надо немедленно и любой ценой. Не желают ждать и Европа с Америкой, которые открыто поддержали киевский Майдан. И из своего «демократического» далека, и с «революционной» киевской трибуны. Сколько перебывало на ней западных эмиссаров, чтобы вдохновить «украинский свободолюбивый народ»! А то, что Майдан такового не представляет, что народ живет не только в Галичине, но и на Слобожанщине, в Донбассе, Одессе, Крыму, — ни оппозицией, ни ее евро-американскими наставниками во внимание не принимается вовсе. Это по меньшей мере цинично.

Я не являюсь адептом нынешней власти. Она определенно заслуживает критического к себе отношения[44]. И тем не менее я не могу согласиться с той вакханалией, которая происходит сегодня на Украине. В сущности, совершается государственный силовой переворот. Предпринимается попытка прийти к власти неконституционным и недемократическим путем. При помощи «коктейлей Молотова», разгрома центральной части Киева, формирования так называемых отрядов самообороны, захвата правительственных зданий. И отпереться от этого не удастся ни майданникам, ни их покровителям. Все это задокументировано на теле- и кинопленках. В том числе горящие, как факелы, милиционеры.