лись записать все это на жен, матерей и других близких родственников, не делает их бессребрениками.
Богатства нынешней правящей элиты просто шокируют. Какая-то ее часть собирала их при всех режимах, в том числе и при коррумпированном режиме Януковича. Но большинство разбогатело в последние годы. Это все чиновные люди Майдана, которые так неистово обличали с его трибуны прежних коррупционеров и казнокрадов, убеждали избирателей в том, что Украине нужна честная власть, которую они и установят. Однако все эти заклинания и обещания оказались фальшивыми. Придя к власти, майданные предводители принялись воровать пуще своих предшественников. Как сказал известный киевский политолог Р. Бортник, «вместо старых сытых чиновников пришли новые голодные, которые начали грабить страну с удвоенной энергией». Это трагично. Прежде всего потому, что произошла очередная самодискредитация властной элиты, показавшая ее полное несоответствие национальным интересам страны.
Электронные декларации засвидетельствовали тотальное неверие новой власти в созданную ею же банковскую систему. Неожиданно оказалось, что для многих ее представителей более надежным, чем государственные банки, местом хранения своих денег являются их домашние сейфы. В это трудно поверить, но в некоторых из них хранятся сотни тысяч долларов. Это ли не убедительный сигнал своим согражданам поступать так же?
Не меньше, чем электронными декларациями народных депутатов и высших правительственных чиновников, украинская общественность была шокирована откровениями народного депутата А. Онищенко о совместных с президентом коррупционных «оборудках». Среди них: использование государственных средств для развития бизнеса П. Порошенко, назначение своих приближенных в систему прокуратуры Украины, массовая скупка голосов депутатов Верховной рады для принятия нужных президенту законов, неукоснительное следование указаниям администрации США и т. д. Достоверность своих свидетельств беглый нардеп подтвердил тем, что сам был два года соучастником президентских схем, к тому же тщательно записал все свои разговоры с П. Порошенко при помощи диктофона, встроенного в наручные часы. Компромат будто бы передал соответствующим службам США.
Если честно, то все сказанное А. Онищенко — не такая уж и новость. Что-то мы знали, о чем-то догадывались. Узнаем ли судебную истину? Вряд ли. Я не вижу заинтересованных в ее установлении. Определенно таковыми не будут США, на что так наивно надеется господин Онищенко. Здесь они останутся верны давнему правилу, выраженному формулой «наш сукин сын».
Для всех нас существенным в этом оглашенном конфликте между двумя олигархами является не столько его юридическая сторона, сколько морально-этическая. Два года А. Онищенко верно служил президенту и помогал ему в противозаконных действиях. Понимал, что когда-нибудь их дружба может закончиться, поэтому подстраховался аудиозаписями. Но молчал. Молчал бы и еще два года. Может быть, и вообще никогда не поведал бы миру общую с президентом тайну, если бы Генеральная прокуратура не допустила «оплошности» и не обвинила его в построении собственных коррупционных схем, связанных с деятельностью ОАО «Укргаздобыча», которые якобы нанесли ущерб государству в три миллиарда гривен. Разговорился только из лондонского и парижского далека, декларируя при этом свою жесткую политическую оппозицию нынешней власти.
Можно только представить, сколько еще таких онищенко находится в украинской политико-экономической элите. Это обстоятельство совершенно лишает общество надежд на справедливую народную власть.
На протяжении всего правления пятого президента обсуждалась проблема конфискации и возвращения в страну денег президента четвертого. О миллиардах В. Януковича говорят примерно так же, как еще недавно говорили о мифическом золоте Полуботка. Разумеется, нет ни малейшего сомнения в том, что выведенные из страны Януковичем и его окружением деньги должны быть возвращены Украине. Но точно так же несомненно, что на Украине, а не в офшорах должны находиться деньги П. Порошенко и его окружения. Почему-то разговоров об этом мы практически не слышим.
Наверное, этот вопрос встанет при шестом президенте. Сегодняшний пятый и его властно-олигархическая команда ничего коррупционного в офшорных «оборудках» не видят. Услужливые юристы заявили, что они не входят в противоречие с украинскими и международными законами. Возможно, и не входят, но, помнится, когда премьер-министра Исландии уличили в офшорных делах, он тут же подал в отставку. Наши руководители такой нравственностью не обладают.
Мировой опыт убеждает, что в своем коррупционном грехе украинцы не одиноки. Политическая элита нигде и никогда не бывает бессребреницей. Принимая участие в управлении страной, а нередко и в переделе собственности, она не упускает шанса упрочить и свое благосостояние. Разве что украинская преуспевает в этом больше других. Сейчас, после 27 лет капиталистического развития Украины, видимо, уже поздно рассуждать, кто взял больше, кто меньше, кто в рамках принятых законов, кто с их нарушением. Кого надо сажать, а кого объявить совестью народа.
Одним из основных обязательств «оранжевой революции» было очистить украинскую власть от бизнеса. Оно с воодушевлением воспринималось не только сторонниками Майдана, но и теми, кто не разделял их радикального поведения. Вот только в реализацию этого обещания верили не все. И прежде всего потому, что звучало оно из уст все тех же олигархов, бывших властью в прошлом и собиравшихся стать ею в будущем. Минуло десять лет. Обещанной «очистки» так и не произошло. Не случилось этого и после второго Майдана. Более того, он фактически легализовал власть миллиардеров. Теперь уже о разъединении власти и капитала никто и не вспоминает. Ни те, кто обещал это сделать, ни те, кто горячо этому аплодировал. С таким положением дел можно было бы и смириться, если бы Украина демонстрировала успехи в своем экономическом развитии. Но этого тоже нет.
Наоборот, после Майдана-2 экономика продолжает деградировать. Это вполне отчетливо видно по уровню жизни населения, но, чтобы не ограничиваться общей констатацией, позволю себе сослаться здесь на результаты исследования известного ученого-экономиста В. К. Симоненко «Пятилетка крутого пике» (Киев, 2016). В ней автор на огромном документальном материале показал, что Украина оказалась в глубоком кризисе. Валовой внутренний продукт в 2015 году составил всего 34% от уровня 1990 года, тогда как до переворота он равнялся 69,5%. Произошла тотальная деиндустриализация, исчезли или обвалились многие базовые отрасли производства. По размеру средней зарплаты Украина занимает последнее место среди европейских стран. Стремительно уменьшается численность населения. В книге много других примеров, свидетельствующих об экономическом разрушении страны.
Ценность исследования В. К. Симоненко — не только в его драматической констатации, но и в том, что оно вскрывает причины столь бедственного положения: у новой политической элиты не было и нет сколько-нибудь внятного проекта развития государства и общества. «У власти, которая сегодня управляет страной, — утверждает автор, — нет даже понимания того, что государственное управление — это системное общественное явление». Собственно, нет в нем и профессиональных управленцев. Вместо них на всех уровнях руководят свои люди, «любі друзі» — донецкие, винницкие сообщники по бизнесу. Все они, по образному выражению автора, рассматривают власть как наиболее прибыльный бизнес. Их правление привело к тому, что Украина, имеющая территорию, границы, государственные символы и властные структуры, тем не менее не сложилась как государство. Конечно, это печальная констатация на двадцать шестом году украинской независимости.
Еще одним свидетельством непрофессионализма украинских властей, особенно послемайданного периода, является полное непонимание роли науки в жизни страны. Сознательно или по невежеству делается все, чтобы ее на Украине не было. В бюджете на 2017 год на нее было предусмотрено всего 0,18% от валового внутреннего продукта, что однозначно приведет к вымиранию научных коллективов. В свое время мы били тревогу, когда финансирование науки равнялось 0,6-0,7% от ВВП. Верховной радой был даже принят закон, предусматривавший повышение этих цифр до 1,7%. И хотя в реальной жизни наука так и не получила такого финансирования, в столь бедственном положении, как при «настоящих патриотах» во власти, она никогда раньше не находилась.
В странах Европы, куда мы хотим интегрироваться, на науку выделяется от 1,5 до 3% ВВП. И не потому, что они богаты и могут позволить себе такую роскошь, а потому, что там есть четкое понимание, что при меньшем финансировании от науки невозможно ожидать должной отдачи. При 0,18%, как это имеет место на Украине, наука превращается в символ. Она пока вроде бы не умерщвлена окончательно, но приносить пользу обществу уже не может.
Судя по тому, что это совершенно не волнует новую власть Украины и совсем не тревожит их западных наставников, и те и другие вполне удовлетворятся ее ролью сырьевого придатка Запада и резервуара дешевой рабочей силы. Развитая Украина с наукоемкими технологиями им не нужна.
Подводя итог сказанному, следует признать, что украинское общество оказалось неспособно ответить на новые вызовы. Это справедливо и по отношению к той его части, которая называется политической элитой, и к той, что именуется простым народом. В данном случае речь идет о сообщающихся сосудах.
4. Угрожает ли русский язык украинскому?
Дискуссии по поводу состояния украинского языка на Украине не утихают на протяжении века. Казалось бы, с приобретением Украиной политического суверенитета и с конституционным закреплением статуса государственного языка проблема должна исчезнуть. Отныне, как говорится, Москва нам не указ, а приоритетность развития именно украинского языка гарантируется ничем не сдерживаемым стремлением народа к собственной историко-культурной идентичности. Несоизмеримо выросла и социальная престижность языка, ставшего языком министров, народных депутатов, президента. На украинский язык массово перешли вузы и школы, радио и телевидение, значительно вырос спрос на украинские газеты и журналы. Украинский язык звучит на международных форумах, дипломатических встречах. Вошел он и в систему Интернета.