Мы ведь дружественная России страна. А за дружбу надо платить». Еще более откровенно эту позицию выразил А. Ермолаев, возглавляющий ныне Институт стратегических исследований при Администрации президента. «Если для России деньги важнее существующего между нашими странами Договора о дружбе и стратегическом партнерстве, тогда Украина будет искать такое партнерство на других направлениях». Следовательно, и здесь дружба предлагается в обмен на дешевый газ.
Утверждение названных политологов, что за дружбу следует платить, конечно же, не бесспорное. Но даже, если и согласиться с ним, тогда придется признать и за Россией аналогичное право на получение платы. За ее дружбу. Без паритетной взаимности здесь никак нельзя. Недаром мудрый народ придумал пословицу: «Чем четче счет, тем крепче дружба».
К сожалению, даже такое циничное представление о дружбе не является ее гарантией с нашей стороны. Мы же все помним, что худшими отношения с Россией были у нас тогда, когда мы получали газ по 50 долларов за тысячу кубометров. Тогда же мы и начали искать стратегическое партнерство «на других направлениях». И не надо лукавить, Россия для нас, несмотря на наличие договора, уже давно не стратегический партнер. Если бы это было так, мы бы находились с ней в одном союзе, в том числе и в Таможенном.
Исходя из навязчивых заявлений о безальтернативности европейского выбора и практических действий новой власти по претворению их в жизнь, мы четко определились с дружеским вектором. Дружить хотим только с Евросоюзом. И хотя политические и государственные деятели Украины и России по-прежнему называют наши страны дружественными — это, скорее, дань традиции. Сегодня эта дружественность подвергается серьезным испытаниям и выдержит ли она их, сказать сложно.
Премьер-министр Н. Азаров возлагал большие надежды на встречу В. Януковича и Д. Медведева в Москве 24 сентября 2011 г., которая, будто бы, должна была привести к пересмотру газовых соглашений на основе взаимных уступок. Верилось в это с трудом. Перед поездкой в Москву президент Украины осуществил визит в Нью-Йорк, встретился с президентом США Бараком Обамой и генсеком НАТО Андерсом Фог Расмуссеном и уверил их, что Украина не намерена вступать в Таможенный союз. Одновременно об однозначности выбора президентом Украины В. Януковичем европейского вектора развития страны заявил первый вице-премьер А. Клюев в Брюсселе.
Это определенно был сигнал американским и европейским друзьям, чтобы не волновались, а российским, чтобы не питали особых иллюзий относительно предстоящей встречи в Москве. И судя по дипломатически обтекаемому заявлению сторон после нее, «на встрече был достигнут существенный прогресс» и «обсужден широкий круг вопросов, в том числе и в сфере транзита поставок газа в Украину». Принципиальных подвижек в их позициях там не произошло.
Вместо заключения. Трудный путь к внутриукраинскому миру
Оглядывая историческое прошлое народов, нетрудно заметить, что его эволюция осуществлялась преимущественно на основе монолога. А если и диалога, то отнюдь не равноправного, а часто и не мирного. Разумеется, это не означало, что не было взаимовлияний и взаимообогащений, но все, в конечном счете, сводилось к экспансии одной культурной традиции по отношению к другой.
Казалось бы, процессы, характеризующие межкультурные отношения, не должны иметь места во внутрикультурном развитии. Однако, оказывается, что динамическая ситуация и здесь принципиально не отличается от межкультурной. Фактически нигде в мире нет политических сообществ (государств), которые бы представляли собой монокультурные образования, не отягченные внутренними противоречиями. Чаще, они состоят из нескольких субкультурных общностей, оспаривающих одна у другой право на высшую истину.
Примеров сказанному в мировой истории немало. Среди них и украинский, демонстрирующий всю противоречивость процессов становления нашей суверенной государственности и национальной общности. Даже и после двадцатилетнего независимого существования говорить о единой духовно-культурной идентичности украинского народа невозможно. Фактически, он продолжает быть разделенным на три основных субэтноса: центрально-северо-украинский, западно-украинский и юго-восточно-украинский[22]. Сформировались они исторически и в условиях длительного раздельного существования обрели весьма заметные отличия. Причем, не только культурно-исторические, но и ментальные.
Центрально-северо-украинский субэтнос развивался на православной культурной и духовной традиции, а после Переяславской рады 1654 г. — и в тесном единении с этнически родственным русским народом. Историческим мифом для этого региона является героика казацкого прошлого, с которым ассоциируется в народе защита его национальной и вероисповедальной идентичности. Стержневым событием в этой борьбе является Национально-освободительная война украинского народа под водительством Богдана Хмельницкого.
Западно-украинский субэтнос, начало формированию которого положила Брестская уния (1596 г.), был интегрирован в западно-католический цивилизационный мир и вплоть до Второй мировой войны пребывал в составе различных европейских государств: Речи Посполитой, Польши, Австро-Венгрии и др. Содержанием его национально-патриотического мифа является убеждение в своем мессианстве, в исключительных заслугах по сохранению чистоты украинской нации и достижению ее государственной независимости. Одним из главных символов этого мифа является националистическое движение сопротивления времен Второй мировой войны.
Третий субэтнос, проживающий преимущественно на юге и востоке страны, своим образованием в качестве украинского целиком обязан территориальному формированию Украины советского времени. Согласно правительственным декретам в ее состав были включены земли, заселенные преимущественно русскими — Донбасс[23], Новороссия, Крым. Историческим мифом здесь выступает память об освоении этого края Российской империей в конце XVIII — первой половине XIX вв., а также убеждение в том, что он является естественной частью русского мира. Свидетельством того, что он живет в ментальности нынешних насельников региона, является наличие здесь политических партий, в названиях которых присутствует определение «русские», а также движений за восстановление (или сохранение) символов российского прошлого, коими являются, в частности, памятники Екатерине II, Потемкину, Ришелье и др.
Если сравнивать степень взаимной культурно-исторической близости, то большей она несомненно окажется между центрально-украинским и юго-восточно-украинским субэтносами. И не только потому, что их формирование происходило в сходных исторических условиях, но и потому, что они в большей мере, чем западно-украинский субэтнос сохранили память о своем едином киеворусском прошлом. Свидетельством этому являются, в частности, памятники князьям: Святославу, Владимиру Святому, Ярославу Мудрому и др., установленные в Киеве, Чернигове, Переяславле, Новгород-Северске, Запорожье, Харькове, Севастополе. Ничего подобного нет в западноукраинском регионе. Там глубина исторической памяти не простирается дальше Данила Галицкого, который неизменно представляется как король Галицко-Волынской (Украинской) державы.
Можно было ожидать, что объединенные в собственном и независимом государстве названные субкультурные образования обнаружат тенденции к консолидации. Но этого не произошло. Принципиально никто не против политической и культурной интеграции, но каждая сторона хотела бы, чтобы свершилась она на основе ее культурной традиции. Это не всегда декларируется, но неизменно присутствуем в региональных поведенческих стереотипах.
Наиболее радикальным является западноукраинский (галицкий) субэтнос, позже других осознавший свою украинскость, но почему-то только себе присвоивший право считаться единственным носителем и выразителем высшей украинской истины. Он знает, что такое украинский патриотизм, какой должна быть Украина, а какой не должна — ни при каких обстоятельствах, куда ей необходимо интегрироваться, на каком языке разговаривать и, даже, думать.
Не меньшая этнорегиональная агрессивность была внесена и в сферу образования. По существу, в «оранжевое» пятилетие была предпринята попытка тотальной замены центральной и восточноукраинской культурно-исторической традиции единой западноукраинской. В качестве более приемлемой альтернативы отрекомендована общая с европейскими соседями история Западной Украины, что нашло отражение в учебниках истории для средней и высшей школы. Общая история Украины с Россией на всем ее протяжении объявлена не нашей и предана анафеме.
Чудовищной деформации, о чем уже шла речь выше, подверглась даже память о Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. Это трагическое и великое событие, в том числе и в истории Украины, в учебниках для вузов и средней школы получило кардинальную переоценку. Война не только потеряла название Отечественной, но и вообще объявлена не нашей. Пакт Молотова-Риббентропа, позволивший собрать все украинские земли в едином государстве, объявлен преступным сговором двух агрессоров.
Стоит ли доказывать, что столь агрессивное утверждение своей истины одним из субэтносов невозможно без отрицания таких же истин других. Центрально-северо-украинский субэтнос объявлен русифицированным, а русско-украинский — юго-восточный и вовсе обозван пятой колонной России. Одна политическая дама даже предлагала обнести его колючей проволокой. Причем родимым грехом обоих западноукраинские этноидеологи считают их приверженность к русской культуре. При этом, совершенно не считаются с тем, что, по меньшей мере, для 20% украинских граждан, она является родной по рождению, а для остальных русскоязычных — родной по ее созиданию.
Только совершенным непониманием реальности и отсутствием ответственности перед памятью своих же соотечественников можно объяснить объявление русского языка (и литературы) в Украине иностранным. По существу, в годы правления националистов его и вообще лишили прав гражданства, запретив употребление в сфере образования и культуры целым рядом актов исполнительной власти. По своему содержанию они оказались намного более жесткими, чем печально известный валуевский указ, языковые ограничения которого относились только к общественно-политической литературе. Отдельные из них запрещали пользоваться русским языком даже в бытовом общении.