Домашние Уле-Александра очень обрадовались, что он и бабушка долетели хорошо и всем довольны.
Но не успел Уле-Александр положить трубку, как телефон зазвонил снова.
– Простите за беспокойство, у нас для вас сообщение. Вам просили передать, что в половине восьмого вы приглашены на ужин, столик заказан в ресторане.
– О-о, – только и сказала бабушка. – Спасибо.
– Ничего не понимаю, – пожаловалась она Уле-Александру. – Видно, в гостиницах так заведено. Но времени уже семь с лишним, мне надо поторопиться, а то не успею привести себя в порядок.
Найти ресторан не составило никакого труда. У дверей их встретил мужчина в белом кителе и спросил:
– Добро пожаловать. Бабушка и Уле-Александр, если не ошибаюсь?
– Да, – кивнула бабушка. Она совсем растерялась – неужели они в гостиницах всё обо всех знают?
– Позвольте проводить вас к вашему столу, – сказал официант.
Он уверенно шёл впереди, они семенили за ним. Наконец он остановился, показал на столик и сказал:
– Желаю приятного вечера!
За столиком уже сидел господин с газетой и прятал за ней лицо.
– Опять он! – испуганно вскрикнула бабушка, спряталась за официанта и вцепилась в его китель.
– Не уходите от нас, – попросила она. – Это скверный человек. Он сидел за нами в самолёте, он прислал нам цветы, он за нами следит. Я боюсь садиться с ним за стол.
Тогда господин неспешно отодвинул газету в сторону. Сначала они увидели белую бороду, а потом и всё лицо. Думаю, ты уже догадался, кто был этот господин? Да, ты прав – это, конечно, был дедушка.
– Добрый вечер. Прошу к моему столу, – сказал он.
– Дед, значит, ты тоже летал сегодня на двух самолётах – обычном и гидроплане? – на всякий случай уточнил Уле-Александр.
– Летал, – кивнул дедушка, – а теперь живу в этой гостинице.
– Вот здорово! – обрадовался Уле-Александр. – Значит, вместе повеселимся!
– Ещё как! – пообещал дедушка. – Но как я повеселился в полёте, так мне вряд ли ещё когда-нибудь удастся.
– А что тебя так развеселило? – хотела знать бабушка.
– Этого я не скажу. Приятного вам аппетита!
Парад ботинок
О, как сладко спалось Уле-Александру в гостинице. Так приятно было лежать в широкой кровати, он бы даже поперёк поместился. И она была мягкая-мягкая, а сколько подушек и подушечек к ней прилагалось! Дома Уле-Александр спал на ровном и жёстком, мама говорит, что это полезно для спины. Полезно-то оно полезно, но до чего уютно спать на мягкой перине! Можно откинуться назад и провалиться в подушки. Правда, Уле-Александр всего несколько раз так сделал, потому что был слишком сонный и быстро заснул. Ничего удивительного, что его клонило в сон – он летал сегодня на двух самолётах, а потом в ресторане его встречал родной дедушка! Надо же, какой он оказался хитрец и выдумщик: сел с ними в один самолёт, пристроился сзади, а сам прятался за газетой, и они его не узнали.
Утром Уле-Александр проснулся очень рано. Бабушка ещё спала, но Уле-Александру не терпелось поскорее встать. Он оделся, стараясь не шуметь, на цыпочках дошёл до двери и выскользнул в коридор. Приятно выбраться из номера. И в коридоре красиво, красная дорожка на полу. Но у всех-всех дверей стояли ботинки.
Так в гостиницах принято. Ты выставляешь свою обувь за дверь, рано-рано утром любезный человек её чистит, и ты забираешь свои ботинки начищенными до блеска. Но выглядело всё это чуднó. Словно ботинки и туфли вышли за дверь сами по себе. И теперь стоят, смотрят на красную дорожку и прикидывают, не прогуляться ли им по ней. Вот бы они правда умели ходить! То-то было бы смешно. Кстати, если поставить ботинки носками вперёд на дорожку, то они как будто пойдут.
И Уле-Александр немедленно взялся за дело. Сначала он ставил ботинки попарно напротив дверей, из которых они вышли. Но если ставить башмак за башмаком, то колонна обуви будет плотнее и длиннее. Уле-Александр как раз и хотел, чтобы колонна получилась как можно длиннее. Сказано – сделано. Под конец Уле-Александр лёг на живот и долго любовался обувной колонной.
– Вперёд – марш! – скомандовал он. Он почти закрыл глаза, только маленькая щёлочка оставалась. И когда так смотришь, то кажется, будто ботинки вправду вышли на парад.
– Стой – раз-два! – скомандовал он.
Он так увлёкся игрой, что не подумал, а не выйдет ли кто-нибудь сейчас в коридор. И тут приоткрылась дверь, высунулась рука и стала нашаривать ботинки. Но у двери их не было, потому что ботинки ушли маршировать. Уле-Александр замер и лежал не дыша. Что это он такое устроил? Большой мальчик, ходит в школу, живёт в гостинице – и на тебе… Дверь открыли пошире. Уле-Александр увидел пижаму в синюю полоску, поднял глаза выше – белая борода. Это дедушка!
От радости Уле-Александр чуть не завопил, но вовремя вспомнил, что многие спят, потому что ещё рано. И он прошептал тихо-тихо:
– Дедушка, привет.
Дед вышел в коридор.
– Это ты? Чем ты здесь занимаешься? Ты не видел мои ботинки? Я вечером выставил их в коридор, чтобы почистили, а теперь их нет.
– Тут они. Пошли на парад.
Дедушка широко улыбнулся:
– До чего зрелище потешное!
Он постоял ещё некоторое время, но вдруг сказал с испугом:
– Уле-Александр, а если сейчас кто-нибудь проснётся, станет искать ботинки, а их на месте нет? Ему может не понравиться, что ботинки ушли без спросу. Давай-ка скоренько расставим всё как было. Чур моя левая сторона коридора, а твоя – правая.
Дедушка принялся споро расставлять обувь, Уле-Александр старался не отставать. К счастью, ставил он их пара за парой, так что теперь легко было разобраться, из какой двери ботинки вышли. Он чуть не рассмеялся, так потешно выглядел дедушка: снуёт по коридору в пижаме и расставляет чужую обувь.
Уле-Александру оставалась последняя пара, когда он услышал, что кто-то поднимается по лестнице. Он спрятал руку с ботинками за спину и шепнул:
– Дед, кто-то идёт. Ты уже всё?
Дедушке не хотелось, чтобы его застигли в коридоре в пижаме, но скрыться в коридоре негде, а до своего номера уже не добежать. Оглядевшись, он увидел подставку для цветов с большим зелёным растением на верхнем ярусе. Растение росло в горшке.
Уле-Александр не успел и глазом моргнуть, как дедушка встал рядом с подставкой и водрузил себе на голову горшок с зелёным растением. Он стоял по стойке «смирно», а длинные листья свисали ему на лицо, закрывая его.
В коридор вошла женщина. Она прошла рядом с дедушкой, не заметив его, и остановилась перед своей дверью.
– Куда подевались мои туфли? – спросила она.
– Вот они, пожалуйста. – Уле-Александр бережно поставил туфли перед дамой и поклонился красиво, как только мог.
– Это ты навёл на них глянец? – спросила дама. – Молодец, вот тебе крона.
– Нет, не я, – замотал головой Уле-Александр.
– Не скромничай. Держи.
И Уле-Александр остался стоять в коридоре с кроной в руке. Дверь захлопнулась у него перед носом, да и не мог он ворваться в чужой номер без разрешения.
Мимо него рысцой пробежал дедушка. Он поставил горшок на место и торопился в свой номер, пока никто больше не вышел в коридор.
– Уле-Александр, догоняй. Зайди ко мне!
– Что мне делать с этой кроной? Я же не чистил её туфли, – растерянно спросил Уле-Александр.
– Я придумал, – сказал дедушка. – Мы положим монету в конверт и напишем на нём: «Спасибо тому, кто чистит нашу обувь по ночам». Так будет честно.
– Хорошо, что ты с нами поехал, – сказал Уле-Александр.
– Ещё бы, – кивнул дед. – Но теперь нам надо поторапливаться. Сегодня мы поедем на фуникулёре, который поднимается прямо на высокую гору. Пойдём посмотрим, встала ли бабушка.
Он постучали в номер бабушки и Уле-Александра, но никто не ответил.
– Видно, ещё спит, – сказал дед. – Придётся её будить.
Они вошли в комнату. Кровать была пуста. Но в ванной кто-то пел не хуже настоящей певицы: «Я лечу высоко над землёй…»
– Ванну принимает, – сказал дед.
– Так она же вечером купалась, – изумился Уле-Александр.
– У нас дома ванны нет, – объяснил дедушка, – а она обожает купаться, вот и наслаждается.
– Бабушка! – крикнул он. – Мы с Уле-Александром пошли вниз, завтракать. Догоняй!
– Догоню, догоню, догоню, – пропела бабушка из-за двери.
Посреди ресторана стоял длинный стол, весь уставленный едой. Сыры, джемы, колбасы, омлеты и много ещё каких-то съедобных вещей, которые Уле-Александр не знал даже как называются.
– Мы берём по тарелке, – объяснил дед, – и набираем на неё всё, что хотим.
Дедушка тут же сообразил, чего ему хочется, а Уле-Александр всё ходил вокруг стола с пустой тарелкой и ничего не мог выбрать.
– А ты ничего не хочешь? – спросил дед.
– Хочу. Но мне сперва надо узнать про всё, что здесь есть. Иначе трудно выбрать.
– Я тебя понимаю, – сказал дед. – Но ты можешь подходить и брать еду много раз.
Дедушка выбрал столик, и только они сели, как тут же подошёл официант и поставил на стол маслёнку и яйца.
– Чай или кофе? – спросил он дедушку.
– Кофе. Я пью его по утрам, чтобы проснуться.
Официант повернулся к Уле-Александру:
– Чай или кофе?
Уле-Александр смутился. Это официант у него спрашивает, чай или кофе? Что же делать?
– Кофе, – неожиданно для себя ответил Уле-Александр, повторяя за дедушкой.
– Хорошо, – кивнул официант и исчез.
Дедушка и бровью не повёл, он с любопытством наблюдал за гостиничным народом.
– Ты слышал? – спросил Уле-Александр.
– Не дрейфь, школяр. Тебе принесут к кофе большой стакан молока. Мы в него капнем кофе, ты и не заметишь. От одного раза вреда не будет.
Уле-Александр вздохнул с облегчением. Но до чего всё же странные порядки в этих гостиницах.
А вскоре пришла бабушка, она нежно пахла чистотой и душистым мылом. И они долго и вкусно завтракали.
– Хватит лениться, – сказал наконец дед. – Пора на прогулку. Не забудьте плащи и зонты.