ия-то никто не обращал, а Кейт, вместо того чтобы поддержать лучшую подругу после очередной неудачи, как заведенная трепалась про свое очередное свидание.
– Да ты даже не посмотрела.
– А мне и не надо.
– Ты понятия не имеешь, как для меня это важно.
Кейт все же оторвала взгляд от книги.
– Ты репетировала один и тот же репортаж две недели. Я среди ночи пописать вставала – и то слышала, как ты готовишься. Поверь мне, я знаю, что ты на взводе.
– Тогда почему ведешь себя так, будто тебе плевать?
– Мне не плевать. Я просто знаю, что тебя выберут ведущей.
Талли улыбнулась:
– Думаешь?
– Уверена. Ты же чертовски хороша. Станешь первой третьекурсницей, которую выпустили в эфир.
– Теперь-то профессору Уайли придется меня заметить. – Талли закинула на плечо рюкзак. – Пойдешь со мной?
– Не могу. Мы с Джошем идем заниматься в библиотеку.
– По мне, отстойнее свидания не придумать, но каждому свое, конечно.
Талли сдернула с комода солнечные очки и вышла.
Стояла середина мая, кампус был залит солнечным светом. Цвело все, что было способно цвести, трава сделалась настолько густой, что казалось, будто земля между бетонными полосками тротуаров застелена лоскутами ворсистого зеленого бархата. Талли уверенным шагом приблизилась к зданию, в котором располагалась редакция KVTS. Ненадолго задержалась у входа, чтобы поправить намертво скованные лаком волосы, затем вошла в безмолвный вестибюль с практичной, незамысловатой отделкой. Слева на стене висела доска объявлений. Первым делом ей в глаза бросился листок с текстом: «Ищу соседа. Только для курящих траву». Здесь все хвостики с номером телефона уже оборвали, а вот соседнее объявление («Ищу соседа. Предпочтение воцерковленным») пока никого не соблазнило.
Аудитория 214 была закрыта. Даже полоска света из-под двери не пробивалась. К доске, висевшей на стене возле двери, был пришпилен лист бумаги.
ЛЕТНИЕ СТАЖИРОВКИ ВАКАНСИИ/ОТДЕЛЫ
Новости/Ведущий………………………………………………..Стив Лэндис
Прогноз погоды…………………………………………………..Джейн Тернер
Маркетинг и связи с общественностью……………………Гретхен Лаубер
Новости спорта……………………………………………………Ден Блуто
Планирование эфира……………………………………………Эйлин Хаттон
Поиск/проверка информации…………………………………Талли Харт
Талли окатило волной разочарования, затем ярости. Она рванула дверь на себя, скрылась от чужих глаз в темной аудитории, бормоча себе под нос:
– Чед Уайли, сраный неудачник. Ты настоящий талант в упор не разглядишь – схвати он тебя за яйца, если отыщутся, да стисни их как следует, и то не заметишь…
– Вы обо мне, если я не ошибаюсь?
Услышав его голос, Талли вздрогнула.
Уайли вдруг материализовался среди теней всего в нескольких метрах от нее. Выглядел он неряшливее обычного, темные волосы спутанными волнами падали на плечи.
Скользя кончиками пальцев по спинке стула, он подошел ближе.
– Спросите меня, почему стажировка в новостях досталась не вам, и я объясню.
– Да плевать я хотела почему.
– Правда?
Он постоял с минуту, не отрывая от нее взгляда, не улыбаясь, затем развернулся и пошел между рядами к возвышению кафедры.
Придется поступиться либо своей гордостью, либо своим будущим. К тому моменту, как Талли приняла решение и бросилась следом за Уайли, тот уже успел скрыться в соседнем помещении.
– Ладно, – слова застревали у нее в горле, – почему?
Он шагнул ей навстречу. Талли впервые заметила морщины на его лице, на щеках. Тусклый, падавший сверху свет подчеркивал каждый изъян, каждую неровность на его коже.
– Всякий раз, когда вы приходите на занятие, я вижу, что вы тщательно выбирали одежду, потратили кучу времени на макияж и прическу.
Он смотрел прямо на нее, видел ее. А она видела его. И разглядела в этом неряшливом, запустившем себя человеке того красавца с острыми, резкими чертами лица, которым он был когда-то. Но по-настоящему ее притягивали глаза – карие, блестящие, печальные. Пустота внутри нее отвечала на этот взгляд.
– Ну да. И что?
– Вы знаете, что красивы, – ответил он.
Ни запинки, ни намека на мандраж. Он вел себя спокойно, с достоинством. Не чета тем парням, с которыми она знакомилась на вечеринках в кампусе, в баре за бильярдом – полупьяным и думающим только об одном: как бы пообжиматься с тобой где-нибудь в темном углу.
– Еще я знаю, что талантлива.
– Возможно, однажды будете.
Тон, которым он сказал это, взбесил Талли. Пока она пыталась сочинить едкую остроту в ответ, он подошел к ней вплотную. Она успела лишь в замешательстве пробормотать: «Что это вы…» – прежде чем он поцеловал ее.
Прикосновение его губ, одновременно мягкое и уверенное, пробудило внутри нее что-то тонкое, нежное; ни с того ни с сего она расплакалась. Он, видимо почувствовав на губах вкус ее слез, отстранился, нахмурился:
– Ты женщина, Талли Харт, или девочка?
Понятно, о чем вопрос. Она изо всех сил старалась скрыть свою неопытность, но он раскусил ее, угадал правду.
– Женщина, – солгала Талли, и голос почти не дрогнул, лишь слегка трепыхнулся в начале слова.
Одного поцелуя ей хватило, чтобы понять: каков бы ни был секс на самом деле, то жалкое изнасилование в лесу не имело с ним ничего общего. Она уже не девственница, но от этого только хуже – куда проще быть девственницей, чем вместилищем страшных, болезненных воспоминаний; и все же сейчас, с ним, она впервые чувствовала, что хочет большего.
Впрочем, с Патом она тоже хотела большего.
Нет. Сейчас все по-другому. Она уже давно не та одинокая, несчастная девчонка, готовая среди ночи даже отправиться в лесную чащу, лишь бы заслужить любовь.
Он снова поцеловал ее, прошептал:
– Вот и хорошо.
Поцелуй длился целую вечность, становился все глубже, переворачивал все у нее внутри, заставляя изнывать от желания. Он прижался к ее бедрам своими, и между ног у нее сделалось так горячо, что она позабыла о страхе.
– Хочешь? – прошептал он.
– Да.
Он поднял ее на руки и отнес на продавленный диван, стоявший у затопленной темнотой дальней стены. Положил на комковатые, шершавые подушки и принялся медленно раздевать. Она чувствовала, будто издалека, как расстегивается лифчик, сползают по ногам трусы. А поцелуй все продолжался, раздувая огонь внутри.
Когда на них обоих не осталось одежды, он лег рядом, притянул ее к себе. Пружины дивана просели под их весом, протестующе скрипнули.
– А ты, похоже, не привыкла, чтобы все делали не спеша, Талли?
Она увидела в его глазах отражение собственного желания и поняла, что впервые в жизни не чувствует страха в объятиях мужчины.
– Вот чем ты собираешься заниматься? Делать все не спеша?
Он убрал взмокшие от пота пряди волос у нее со лба.
– Я собираюсь тебя учить. Ты ведь на это и рассчитывала?
Талли почти два часа носилась по кампусу в поисках Кейт. Начала с учебного зала в подвале общинного дома, потом заглянула в большую гостиную, в их с Кейт комнату, даже общую спальню проверила, хотя в четыре часа дня в середине мая там, по понятным причинам, никого не было. Зашла в библиотеку, сунула голову в любимый отсек Кейт, прошлась по читальному залу для магистрантов, где несколько старшекурсников хипповского вида на каждый ее шаг реагировали возмущенным «Тсс!». Она уже почти сдалась, но тут вспомнила про Флигель.
Ну разумеется.
Она побежала по необъятному кампусу к небольшому двухэтажному зданию с островерхой крышей, которое все называли Флигелем. Раз в квартал шестнадцать везучих старшекурсниц переселялись сюда из большого дома. Вечеринки тут не прекращались. Никакого тебе комендантского часа, да и комендантов тоже – почти настоящая взрослая жизнь, только из кампуса уезжать не надо.
Она открыла дверь и прокричала: «Кейт!»
– Она вроде на крыше, – ответили из соседней комнаты.
Талли вытащила из холодильника пару банок газировки и поднялась по лестнице. На втором этаже в дальней комнате было распахнуто окно. Талли просунула в него голову и выглянула на крышу автомобильного навеса.
Кейт, совсем одна, лежала на полотенце в крохотном вязаном купальнике и читала книгу в бумажной обложке.
Талли вылезла в окно и тоже перебралась на крышу, которую все называли Черным Пляжем.
– Привет, – сказала она, протягивая Кейт газировку. – Дай угадаю, читаешь любовный роман?
Кейт повернулась к ней, щурясь на солнце, и улыбнулась.
– «Обещание» Даниэлы Стил. Ужасно грустно.
– А хочешь, про настоящий роман расскажу?
– Ой, много ты знаешь. Ни на одно свидание не сходила за все два года.
– Необязательно бегать по свиданиям, чтобы заниматься сексом.
– Ну, вообще так принято.
– А я не из тех, кто делает так, как принято. И ты это прекрасно знаешь.
– Ага, да, – сказала Кейт. – Типа я должна поверить, что ты с кем-то переспала?
Талли дернула к себе забытое кем-то полотенце и растянулась на нем рядом с Кейт. Уставившись в синее небо и отчаянно пытаясь сдержать улыбку, она сказала:
– Трижды, если быть точной.
– Но ты же ходила узнавать по поводу стажировки… – Охнув, Кейт поднялась и села. – Только не говори, что…
– А ты не говори, что спать с преподами запрещено. По-моему, это не запрет, а просто пожелание такое. Рекомендация. Но все равно никому не рассказывай.
– Ты переспала с Чедом Уайли.
Талли мечтательно вздохнула при звуке этих слов.
– И было офигенно, Кейти. Вот честно.
– С ума сойти. И что ты делала? А он что? Больно было? А страшно?
– Поначалу было страшно, да, – тихо сказала Талли. – Я только и думала, что… ну… о той ночи с Патом. Думала, меня стошнит или я просто сбегу, а потом он меня как поцелует.
– И?..
– И… ну я вроде как растаяла. Я и не заметила, как он меня раздел.
– А больно-то было?
– Немного, но не как тогда.
Талли сама удивилась легкости, с которой могла теперь говорить о ночи, когда ее изнасиловали. Впервые в жизни она вспоминала об этом как о чем-то далеком, о чем-то, что случилось много лет назад, когда она была еще совсем девчонкой. Благодаря нежности Чеда она поняла, что секс – это необязательно больно, что иногда это прекрасно.