… Ох, и костерят же меня сейчас некоторые добрые люди. «Как можно так издеваться над деревом — ему так же больно, как и вам!» Несомненно, растения чувствуют всё. Они — существа духовные, со сложной коммуникацией, со своими эмоциями и привязанностями. С ними можно и нужно общаться и дружить. Но я сформировал сотни садов и видел всякое. Видел и то, как борзеющие деревья используют сердобольных хозяек. И то, как они подавляют весь сад, зная, что хозяин боится «причинить им боль». А главное, попробуйте доказать мне, что дерево, которое по вине хозяина душит себя дебрями волчков, гниёт и стонет от гибнущих веток, или готово выдрать корни из земли и отпрыгнуть от нависших давящих соседей — что оно страдает меньше, чем от обрезки, после которой возрождается к жизни!
Садовник, братцы — врач и учитель. Уверен: если деревья духовны, у них есть совесть. Когда они мешают, подавляют, не отдают урожай — им плохо, как и нам. Деревья — те же дети: их надо любить. Любить на деле! Нельзя потакать их дурному поведению. Нельзя бесконечно брать на себя все их проблемы. Нельзя позволять им управлять вами. Нельзя от них зависеть. Нельзя бояться причинить им боль, если это нужно для их же пользы. Они — свободные существа, и живут по законам природы. А главный закон природы — закон равного обмена.
Разгружая и омолаживая старое заросшее дерево, я всегда чувствовал его облегчение и благодарность. Загибая и кольцуя борзую молодёжь, я учил их сожительству — и они не обижались. Доведя до хорошего плодоношения сотни деревьев, свидетельствую: несмотря на все раны, которые пришлось пережить, им стало хорошо. Приезжаешь снова — и хозяин с восторгом вспоминает урожай.
Неужели вы думаете, что деревья этого не слышат?
Как оживить слабое дерево,или Садовая реаниматология
Когда сыт — кругом очень красиво!
Северянам и сибирякам оживлять слабые деревья ни в коем случае не нужно. Им нужно делать противоположное: исключить саму возможность слабых деревьев в садах. Когда каждая вторая зима — суровая, слабые деревья, как и слишком жирные, просто вымерзают под корень. Ну и зачем они нужны? О том, как создавать сильные деревья, — соавторская книга с В. К. Железовым. Он в этом деле настоящий мастер.
Единственная «слабость», с которой северянам приходится работать — лечить приемлемо надёжное дерево после особо суровой зимы: вовремя удалять обмороженные ветки, залечивать раны, мульчировать и защищать. Это мало отличается от аналогичной работы на юге.
Юг позволяет жить, точнее — не позволяет быстро умереть дереву любой степени измученности. Старая слива или груша, выеденная трутовиками почти до коры и не давшая ни одного ростового побега — обычное для нас явление. И даже такое дерево ещё может как–то омолодиться!
Чаще всего деревья чахнут на низких, затопляемых участках. На севере — из–за выпревания. На юге — из–за повреждения коры или отказа корней. Косточковые чахнут смолоду: дожило дерево до особо мокрого года — корни и задохнулись. Кору может прогрызть короед, убить весенний «ожог» или «высушить» раннее тепло[63]. Общие признаки одинаковы: прирост меньше 20 см, а у боковых веток и того меньше; деревце становится колюче–мохнатым от тьмы плодушек, кора его грубеет, древесина же, наоборот, становится рыхлой и ломкой; плоды — сплошная опадающая мелочь. Засуха усиливает эти страдания. Вскопка и вытяпывание почвы усиливают засуху, повреждая ещё и поверхностные корни. Что делать с таким деревом?
1. ГЛАВНОЕ — ДАЙТЕ РАБОТАТЬ КОРНЯМ. Забудьте о лопате и тяпке — дереву нужно прямо противоположное. УКРОЙТЕ ПОЧВУ, как она укрыта в лесу. Только качественная мульча гарантирует корням постоянную влагу и воздух. Высыпаем под крону несколько тачек навоза или перегноя, закрываем сверху толстым слоем травы, соломы, листвы — что найдётся, и начинаем довольно регулярно следить, чтобы в засуху дерево было полито. Сажая юный сад, приучитесь добывать мульчу впрок: в любом климате она — всему голова.
Теперь займёмся самим деревом.
2. ОСМОТРИМ КОРУ. Весной берём нож и изучаем кору от земли до оснований веток. Вогнута или надтреснута? Есть дырочка, как от дробинки? Это короед. Постучите и вслушайтесь: «пустой звук» — полость. Личинка делает кольцевой канал под корой — не сразу разглядишь. Кусочки или полосы коры могут гибнуть после неудачно пережитой зимы или весны.
Всю мертвую кору вырежьте ножом, все полости вычистите и промойте 2% медным купоросом. Раны заляпайте глинисто–навозным «бальзамом» (глава о древесной косметологии). Бывает, живой коры осталась всего четверть окружности ствола. Не паникуйте: если пропорционально разгрузить крону, дерево сможет восстановиться даже из полоски. Потеряли 2/3 коры — удаляйте 2/3 кроны, оставив ветки только со стороны живой коры. За пару лет полоска станет новым «стволом», хоть и тонким, но сильным. «Стволик» на фото 18 запросто кормит два десятка жирных летних побегов по полтора метра!
Если рана близко к земле, а от корней есть поросль, то высший пилотаж — сделать мостики из побегов, воткнув их под кору над раной.
Рис. 27
3. РАЗГРУЖАЕМ КРОНУ. Слабым корням не вытянуть многочисленных плодушек и «беременных» ветвей. Все боковые, и особенно поникшие ветки укорачиваем наполовину или даже больше — до молодого верхнего ответвления, желательно с заметным приростом (фото 19). Если есть лидер с нормальным приростом, то на сей раз его оставляем. Две трети оставшихся плодушек тоже удаляем или укорачиваем (фото 13, 14). Видите?
Мы избавляемся от плодушек и оставляем листовой аппарат. И пусть он нарастает пару лет.
4. ПРОДОЛЬНОЕ БОРОЗДОВАНИЕ. Следующим летом, когда пошёл новый прирост, прорезаем кору на ветвях и стволе вдоль, одной целой линией, до самой земли. На ветках — по одной борозде, на стволе — две, с двух сторон. Постаревшая жёсткая кора стягивает ствол хомутом и мешает нарастать новым проводящим тканям. Отпускаем «хомут» — ствол утолщается. Есть важные нюансы! О них — в главе «Древесная косметология и хирургия».
5. ПОДПИТКА ЛИСТЬЕВ. Очень невредно пару раз за лето поддержать прирост внекорневыми подкормками и стимуляцией. Лучше смешивать органо–минеральные комплексные удобрения с разными полезными микробами или настоями органики.
6. ПРИМИТЕ МЕРЫ ОТ ТЛИ! Подробности — в главе о защите растений.
Разгрузка, осветление и омолаживание
Маленький трактат об урожае
— Во яблони! Без всякого ухода — стена яблок!
— А вы поухаживайте, поухаживайте…
Опять картинка чернозёмного юга, где можно всё.
В отличие от молодых, которые формируются и заплодушиваются, взрослые сады здесь разгружаются и осветляются, а старые ещё и омолаживаются. На землю при этом весело летят не только ветки, но и стволы, а часто и целые деревья: превратившись в подобие пирамидального тополя раньше, чем начали цвести, да ещё спрятавшись целиком в тень таких же соседей, они уже никогда толком не заплодоносят.
Глядя, как тенистый плодовый лес быстро превращается в солнечную «саванну», хозяева реагируют по–разному. Большинство из них согласно, что лучше изменить ситуацию в корне: «Режьте всё, что считаете нужным!» Меньшинство испытывает к деревьям жалость, очевидно большую, чем к себе, и оплакивают каждую ветку вздохами, причитаниями и восклицаниями, но и они крайне редко настаивают на «помиловании» — надо, значит надо. А ещё встречаются хозяева — в основном люди лёгкие и веселые — которые просят избавить их от лишнего урожая, оставив самый минимум: замучились уже стрясать, собирать, закапывать и раздавать излишки. Дачники же, использующие весь свой урожай, встречаются у нас так редко, что заслуживают собственной «Красной книги».
Налицо общая тенденция: отсутствие большого урожая является меньшей проблемой, чем его присутствие. Для сибиряков — парадокс, нонсенс! А для нас — правда. Вот, снова боремся с изобилием: крутим, сушим, варим… И ведь умом понимаем: как всегда, половина не пригодится. Вон, на полках прошлогодние банки стоят, «для детей». Но остановиться — тут особый душевный подвиг нужен. Росло, зрело — и бросить пропадать?!
Урожай — вещь мало управляемая, а все неуправляемое нас отталкивает. Да и заняты, и устаём. Плоды же в основном червивые, а деревья высокие и полупустые. Обычная кубанская картина: сорт — «Слава победителям», плоды — «позор побежденным», а дерево — «безумству храбрых!» К тому же пекло дикое, а дача так далеко, а выходной чаще всего один, а тут внукам в школу, а детям некогда…
Факт: до двух третей урожая на дачах просто не собирается. Значит, он не нужен. Но при этом — о чём мечтаем мы весной благословенной, как не о ветках, сплошь увешанных плодами! Во, стихами запел — точно, мечтаем. Откуда этот мираж?.. Что заставляет нас постоянно метаться между хотением обильных плодов и невозможностью их употребить?
Всё дело в разнице между предвкушением и реальной нуждой. Возможно, в силу исторических обстоятельств, или просто по глупости, но мы эти вещи не различаем. Предвкушение у нас развито чрезвычайно сильно! Реальной нужды может вообще не быть, но нам это уже до лампочки. Недостаток трезвого хозяйского расчета заменяется инстинктом сусликовой запасливости. И вот мы не можем решить: маленький нам нужен сад или побольше? Сильными должны быть деревья или карликами? Одна груша — или пять?
Братцы, я убедился: когда чётко разделять желаемое и действительное, на душе здорово легчает. А сколько напрягов уходит, сколько свободы прибавляется!
Давайте честно: для большинства из нас дача — это две трети морального удовлетворения и, в лучшем случае, треть продовольственной программы. Вот оно цветет — красота! Вот завязалось, зреет — чудо! Вот созрело — все соседи званы на чай, все друзья — на шашлык, и душа поёт. Вот замотался, не успел собрать, всё опало, сгнило — ну и гори оно синим огнём. Свой кайф мы получили! Это и есть предвкушение. Сколько нам нужно красивых плодов, чтобы удовлетворить его? По моим подсчётам, минимум тонна. Почти все они станут удобрением для почвы — да и бог с ними.
Использовано же будет в лучшем случае по два–три ведра. Это и есть реальная потребность. Она складывается из намерения иногда что–то съесть, потребности что–то дать детям, невозможности часто приезжать и неохоты кропотливо ухаживать. Думаю, она не превышает 100-150 кг на круг. Мы вывели эмпирический закон: предвкушение дачника примерно в десять раз больше реальной потребности. Эх, вот во всем мы так!
Некоторые пытаются действовать радикально, правой сжав пилу, а левой вздымая лозунг «Все на борьбу с будущим урожаем!». Бывало, зовёт меня хозяин старого сада: спасите, забодал меня урожай! Срезаю деревья на жёсткую омоложку, оставляю треть молодых веток. Глянешь — пусто стало! Клиент рад и счастлив. А на следующий год звонит: «Я в шоке! Приезжайте, повторите ещё раз! Яблок почти столько же, и они вдвое крупнее!!!»
Северяне и сибиряки горделиво кривят ухмылки: «Во, с жиру бесятся! Нам бы ваши 150 кэгэ, а вам — наши минус сорок градусов!» Остыньте, братцы: четверть моих клиентов были как раз сибиряки и северяне, переехавшие на Кубань. Так у них предвкушение вообще зашкаливало. Это' во–первых. А во–вторых, вы представьте в красках: обвальный урожай — но побитый плодожорками, не товарный, гниющий на глазах, и у всех вокруг. Да я завидую сибирякам! Их радует каждое яблочко, каждая грушка. У вас слишком мало урожая? Радуйтесь: вам есть, к чему стремиться. А куда вы деваете обвальный урожай? Продаёте без проблем? Так радуйтесь, нам и продать некому!
И всё же предлагаю компромисс. Глянем–ка на урожай по–другому.
Во–первых, успокоимся и возрадуемся: действительно, урожая нужно гораздо меньше, чем хочется. Кстати, сами деревья нам это подсказывают: сбрасывают завязь. В норме происходит три волны сброса: сначала опадают неопыленные цветки, позже — недоопыленная завязь и в июне — плодики, не выдержавшие конкуренции. Так помогите им: стрясите лишнюю завязь, да не один раз. Осталось 10—15% — как раз то, что надо. А вот как видит предвкушение: цветёт тысяча цветков — значит, и плодов должно быть столько же! И ведь каждый год видим: не бывает так, но упрямо верим. Эх, жадность!..
Во–вторых, создавайте небольшие деревья, где плодов будет меньше, но они будут здоровыми и качественными. Вот яблоня, на ней десяток тысяч цветков, в ведре — два десятка яблок, мне нужно пять ведер, всего — сто яблок. На каких ветках лучший урожай? Остальные ветки — особенно те, что закрывают свет, — лучше убрать, а лишние плоды, особенно мелочь, лучше оборвать в фазе «вишенки». Мне это удаётся уже пятнадцать лет.
В-третьих, попытайтесь убрать всё предвкушение из плана закупки саженцев. Это почти нереально, но вы попытайтесь… В конце концов, уберите половину деревьев вообще. И да успокоится душа ваша!