было.
– Что ж, спасибо за пояснения, Акэти-сан, – кивнул я старику. И, переведя взгляд на его сына, продолжил: – Отвечая на ваш вопрос, позвольте задать свой. Что мешает родам, которыми вы управляете, устроить сёгунат в отдельно взятом клане?
Негатива на мои слова вроде как не было, но сколько же всего он хотел мне ответить. В частности, я уверен, пояснить разницу между аристократами и простолюдинами. Задвинуть лекцию про честь и долг. Да и по мелочи всякого наговорить. Но промолчал. И, судя по одобрительной мине, понял и принял. Хотя главного я, конечно, не услышал бы. Репутация. Какой смысл быть членом клана, если на этот клан все плюют с высокой колокольни. А что еще остается делать с ним, если глава довел до подобного? Но я надеюсь, Акэти Юдсуки понял, что я имел в виду. В Шидотэмору глава – я. И мне не нужны для этого какие-то бумажки.
– Достойный ответ, – качнул он головой вниз. И неожиданно перевел тему. – Попробуй эти креветки, Сакурай-кун. С блюдами Кагами-сан, конечно, не сравнятся, но тоже достойно получились.
О том, что он до сих пор обдумывает мои слова, говорит то, что сам он эти креветки не пробовал и вроде как советовать не мог. Не таскал же он их с кухни перед ужином.
За следующие полчаса ничего значимого не произошло. Все задаваемые мне вопросы были в лучшем случае обычными и не несли какого-то важного смысла. Понятно, что меня сейчас читают, пытаясь составить психологический портрет, от того и вопросы, скажем так, разные. Мне только одно интересно: они понимают, что для меня это выглядит нагловато? Или думают, что я не в курсе роли Акэти Акако? Да и без нее… Довольно важный, между прочим, вопрос. Короче, полчаса я отбивался от нападок семейства Акэти, пока не случилось следующее.
– Дядя Юдсуки! – услышал я за спиной голос некой радостной особы.
Уж не знаю, чему она там радовалась, но первое, что она сделала, это подбежала к главе клана. Так как Юдсуки сидел напротив меня, а вход в столовую был позади, то понять поначалу, что за незнакомец сидит за столом, она не могла, да, похоже, и не старалась. А вот я немного оскорбился. Не тому, что на меня не обратили внимания, а тому, что глава клана позволяет так нагло прерывать деловой ужин. То есть ценят меня тут не сильно. Обидно. Но я парень терпеливый. Последнее время.
Вот девушка подбегает к своему дяде, обнимает его, целует в щеку, распрямляется и поворачивает голову ко мне. Хлоп – обморок. Впрочем, глава успевает подхватить безвольную тушку.
– Хм… надо же, действительно работает. А я и не верил, – произнес Акэти Юдсуки.
Пипец.
– Нашлась, похоже, и на нее управа, – усмехнулся старейшина.
Подставили, весельчаки хреновы. Только я не берусь сказать, кого именно. Шутники, м-мать. Плевать им на контракт. И на меня плевать. Я для них никто. Узнать бы, что они решили по поводу договора. Меня бесит, что мне приходится тут расшаркиваться перед ними, даже не понимая, нужно ли это еще. А если нет? Меня тут ниже плинтуса опускают, а я могу лишь улыбаться. Непростительное поведение перед лицом возможного партнера, да и просто незнакомого человека. Спокойней, Макс, расслабься, а то я даже сам чувствую, как моя улыбка в оскал превращается. И «яки», «яки» убрать. Надеюсь, они не успели ничего почувствовать. А нет, заметили. Напряглись слегка.
– Прошу прощения, Акэти-сан, но мое время, выделенное на этот ужин, закончилось, и мне пора идти. – Получите, засранцы. Мне на вас тоже плевать. – Еще раз прошу прощения, – встал я из-за стола, – дела.
М-да, не ожидали от меня такого, похоже. Привыкли, что простолюдины стелются перед ними. Даже не попрощались, что на оскорбление не тянет, ибо банальная бескультурщина.
– Синдзи-кун, подожди, – произнес Юдсуки, с девушкой на руках. – Прошу, сядь. Дай мне пару мгновений.
Я хоть и был зол, но не настолько, чтобы игнорировать просьбу главы не самого слабого клана. Так что пришлось сесть обратно. Сам Юдсуки в это время вышел из помещения, неся племянницу на руках, и буквально через шесть секунд вернулся обратно уже без нее. Видать, стоящим за дверьми слугам свою ношу сдал.
Вернувшись на свое место напротив меня и помолчав пару мгновений, сказал:
– Прошу простить меня, Сакурай-кун. Клан Акэти приносит вам свои извинения.
Аж от лица целого клана извинился. Забавно. А главное, оставляет мне всего два выхода.
– Я принимаю ваши извинения, Акэти-сан. Давайте забудем случившееся. – Я, конечно, не забуду, да и застывшее лицо старика многое говорит о его мнении по поводу извинения главы. М-да. В идеале заключить бы договор да держаться после этого подальше от них.
– Еще раз извиняюсь, Сакурай-кун, но все эти слухи о поведении моей племянницы в твоем присутствии… не удержался. – Ну а я что? Я промолчал. – Видишь ли, Торемазу – девочка сложного характера, и ее поведение вдвойне удивительно для знающих ее.
«Сложного характера», хех. А если присовокупить к этому ранг Ветерана, то совсем страшно становится. Особенно тем, кого она в асфальт вбивает. Сомневаюсь, что она совсем уж дикая, кто бы ее тогда в школу с детьми пустил, но «сложный характер» – некоторое преуменьшение того, что я о ней слышал. И как они ей мужа искать собираются? Ох ты ж!.. А ведь на меня по-любому досье собирали. Да нет, бред. Паранойя. Быть такого не может.
– Вам лучше знать, Акэти-сан. Лично я с ее характером не сталкивался.
– Кхм. Да. Так вот. Тебе, наверное, будет приятно узнать, что мы решили заключить с тобой договор, – переглянулась троица.
Либо они приняли решение заранее, либо понимают друг друга без слов. А еще я понял, что они любители кардинально менять тему обсуждения.
– Мой помощник будет в восторге, – намекнул я на то, что извинения принял, но их еще не простил. Причем умом я понимаю, что зря выпендриваюсь, но удержаться не смог. Но тут я рассчитывал на свой возраст. Порой он и полезным бывает.
– О да, – подал голос старик, – помощник. Надеюсь, он в скорейшем времени поправится.
Хех, какие намеки пошли. Типа – мы следим за тобой. Только я не понял, при чем тут его «надеюсь»? Не все ли им… а-а-а, понятно. Это меня сейчас так приопустили. Мол, с Таро вести дела гораздо приятней. Вот вредный старикашка. Прям как я.
– Можете не сомневаться, – кивнул я головой. – Через неделю пойдем в боулинг отмечать его выздоровление. – Невинная фраза, если не знать, что три дня назад второй сын главы клана устроил нехилую бучу в одном из салонов боулинга. Это, если кто не понял, мой им ответ на их «мы следим за тобой».
Вот так вторая часть ужина и прошла. Подкалывали друг друга со стариком и вели задушевные разговоры о нынешнем поколении с Юдсуки. С Акако за все оставшееся время перекинулись всего несколькими фразами. А когда я уже уходил, всучили мне килограмм «Дэнто но аджи». То ли этот чай не такой элитный, как я думал, то ли я все же произвел на них впечатление.
– Ну, что скажете? – спросил глава клана Акэти у своих собеседников, когда они устроились в его кабинете.
– Ты не должен был приносить извинения от лица всего клана, сын, – первым заговорил самый старший в комнате.
– Не стоит плодить врагов на пустом месте, отец. Мне не сложно, а он проникся. Ведь так? – перевел он взгляд на свою жену.
– Скорей удивился. Но в нашем случае это нормально, – ответила Акако.
– Он слишком нагл, – решил не продолжать эту тему старейшина.
– Я бы сказала – горд. Наглеть он начал после прихода Торемазу, – покачала головой женщина.
– Это да. Достойный молодой человек. Но все равно нагловатый.
– Я не понял, отец, так он тебе понравился или нет?
– Понимай как хочешь. Но я не баба, чтобы мне нравились парни.
– Как же с тобой трудно, – вздохнул Юдсуки. – Но хоть что-то конкретное ты можешь сказать?
– Если он все же получит герб, а все к этому и идет, то будет на кого скинуть Тори-тян. Если же нет… – задумался дед. – Появляются интересные варианты.
– Кхм-кхм. М-да. Акако?
– Как вы и сами поняли, умен. А вот дальше интересней. Он весьма посредственно знает этикет.
– Что-то незаметно. Да и к чему ты это? – не понял хозяин кабинета.
– А к тому, что мы недавно наблюдали аристократическую кровь энного поколения в действии, – пояснила Акако. – Она же, скорей всего, и давила на его гордость. Вот вы, Такеши-сан, – обратилась она к старейшине рода, – можете себе представить подростка, простолюдина, без должного воспитания, переругивающегося с вами на деловом ужине? Не переходя грань дозволенного?
– Не зря же он живет в квартале Кояма? Наверняка нахватался там всякого, – ответил тот.
– Вот именно, что всякого. И именно что нахватался.
– Так, может, к демонам то, что его родителей изгнали? – просил Юдсуки у жены и отца. – Такой парень и нам пригодится.
– Нет, – произнес Такеши. – Кояма могут себе это позволить, а вот нам рисковать репутацией не стоит.
– Да и у Кояма на него, вполне возможно, свои планы имеются, – добавила женщина. – Да без всякого «возможно» имеются. Не хотелось бы вставать им поперек дороги. Выдать за него Тори-тян – это одно, а вот взять его в клан может и аукнуться.
– Ладно. Я понял вас. Что еще можешь сказать? – спросил Юдсуки.
– Складывается впечатление, что на сам договор ему… – замялась Акако. – Он не сильно для него важен.
– А вот это интересно. И странно… Отец, сможешь узнать, насколько он зависит от Кояма… в деловом плане?
– Попытаюсь, – пожал плечами старик. – Но навскидку, из того что я уже знаю, никак не связан.
– Да, ты говорил. Но удели этому вопросу более пристальное внимание. А я посмотрю, с кем из аристократов он вообще связан… И почему мы не заметили его раньше? – задал он риторический вопрос. – Есть еще что-то?
– На первый взгляд, все, – ответила ему женщина.
– Слишком много внимания этому парню, – произнес старейшина.
– Ну, – пожал плечами глава клана, – чего не сделаешь ради любимой племянницы.