рмы однозначно не позволяли влезать в личное, а это, несомненно, было оно. Вот только и я был для них, как и они для меня, не абы кто.
– Акено-сан? Все нормально?
– Все путем, Син, дело прошлое.
М-да, с одной стороны, кое-что стало понятней, с другой, ни черта непонятно, а с третьей стороны – дальше лучше не лезть. Кагами, как я заметил, тоже взгрустнула. Явно больная тема. Я вот только не понял, про что тема-то? Учитывая, как на меня смотрел Акено, я в этом тоже как-то участвовал, и это, честно говоря, нехило сбивает меня с толку. Ну пока замнем. Хотя о чем я, не замять не получится, не лезть же мне сейчас с расспросами?
– Как вам, кстати, ножик?
– Удобная вещь. Из условного подвида «удобных», я имею в виду. Те же Змеевод и Клык Фафнира – довольно неудобные кинжалы.
– Никогда не слышал о них.
– Да? Ну и фиг с ними. Что тут у нас еще? Гравировка непонятная, видимо, просто для украшения сделана. Общий стиль никаких ассоциаций не наводит. С одной стороны, плохо, с другой, хорошо… Не знаю, в курсе ты или нет, но способность того или иного артефакта вполне возможно узнать по его виду, это все равно непросто, но все же довольно быстро. Зато такие вот вещи, – приподнял он нож, – как правило, имеют более опасные возможности. Больше при беглом осмотре я, пожалуй, и не скажу. – Потянувшись очередной раз к тарелке, Акено заметил, что она пуста. – Хм, дорогая, не могла бы ты… – неопределенно помахав над столиком рукой, сказал мужчина.
– Обжоры.
– Грязная инсинуация, – опередил я Акено.
– Это не мы обжоры, это хозяйка мастерица, – улыбнулся тот.
К тому времени как вернулся Кента, Кагами успела дважды сгонять туда-сюда, принеся не только десерт, но и новый чай. А также кофе лично для меня. Когда женщина возвращалась во второй раз, успел увидеть за дверью любопытную мордашку Мизуки, а к приходу Кенты там уже мелькала и Шина.
– Кагами-тян, там девочки, по моему мнению, без дела сидят, ты уж займись этим.
– Конечно, Кента-сан.
Встав и поклонившись, мать семейства пошла накручивать хвосты дочерям. Бесперспективное дело, как по мне, женское любопытство неизничтожимо. Но вполне наказуемо, что Кагами сейчас и продемонстрирует двум пигалицам.
– Итак, Синдзи, кому надо я позвонил и обо всем договорился. В список гостей ты добавлен, просто скажешь на входе свое имя. А теперь давай пройдемся по правилам и условиям.
– Давайте.
Думаю, он имеет на это право, учитывая, что за меня поручились.
– Тэк-с. Перво-наперво это законы империи, которые не предусматривают мухлеж в картах. Дальше у нас идет игра в карты, выйти из которой нельзя. Так что, сев за стол, готовься либо все проиграть, либо, соответственно, выиграть. Минимальная сумма – десять миллионов рублей. Причем как минимум один раз тебе сыграть придется – таково условие вечера. С аукционом все как обычно. Ты бывал на аукционах? – Я лишь кивнул. – Тогда ты все знаешь. Вежливость, Синдзи, что бы ты там ни говорил, тоже в каком-то роде условие. Перешагнешь определенную черту – и все, больше тебя туда не пустят. Ну и мне заодно влетит.
– И где именно эта черта?
– Если в вашу потасовку втянуто больше шести человек. Хочешь с кем-то поругаться – отойдите в сторонку. Под «втянуто» я имел в виду очевидцев.
– А если… ну, не получается иначе? Если не я виновен?
– Разбором полетов будет разбираться лично принц Оама, и тут уж от него зависит, кто покинет вечер, а кто останется.
– А если свидетелей нет?
– Учитывая твое положение в обществе, считай, что тебе не повезло.
М-да, сословное неравенство в действии.
Акено на слова отца нахмурился, старик, кстати, тоже в конце начал хмуриться, не сильно, но все же.
– Если что-то такое произойдет…
– Сын, подожди. Там повсюду камеры, Синдзи, учти это. Если что, принц не побрезгует посмотреть запись, и читать по губам он умеет. Хотя если честно, я сомневаюсь, что до тебя будут докапываться специально. Но из поля зрения камер все-таки тебе лучше не выходить.
– Буду знать. Спасибо за уточнение. Это все?
– Да. Там не так уж и много условий. Мм, девушку себе, я думаю, ты найдешь.
Чегось?!
– Стоп. Еще раз. Девушку? При чем здесь девушка?
– Сопровождающая. Хм, н-да. И правда, чуть не забыл сказать. Пришедший на вечер обязан иметь пару. Девушка, женщина, бабушка. Даже ребенок, не важно, лишь бы противоположного пола. Хотя насчет ребенка с уверенностью не скажу, не доводилось о подобном слышать.
– Это что, шутка? Какая девушка, Кента-сан? Как… да что это за фигня такая? На фига вообще такое придумали? Если вы шутите, признайтесь сейчас, народ, я ведь уточню, не поленюсь.
– Да какие шутки, малыш. – Акено явно развеселила моя реакция. Черт, спокойней, Макс, спокойней. Что ты, в самом деле, не найдешь, с кем пойти? – Тут уж ничего не поделаешь. Может, завсегдатаи и могут обходить данное условие, но, например, даже нам с отцом это не дано.
– Я не понимаю твоей вспышки, Синдзи, – заметил Кента, – неужели глава Шидотэмору не найдет себе пары на вечер?
И что ему ответить? Что в компании меня мало кто знает, как, собственно, и я их? Сама-то девушка не проблема, проблема – ее воспитание и знание этикета высокородных, позориться-то мне в подобном, да и не только, обществе не хочется. В будущем это может неслабо аукнуться. Придется Таро еще и этим напрячь, наверняка в Шидотэмору найдется подходящая женщина, а если нет, он сумеет такую найти.
– Можешь, в конце концов, Мизуки или Шину попросить, – заметил Акено. – Думаю, они не откажут.
Да я уверен, что не окажут. Только оно мне надо? Поручитель Кояма, девушка Кояма, и что там обо мне подумают? А то, что я под кланом Кояма хожу, вот что подумают. И потом никого в обратном уже не убедишь. Плюсы подобных слухов не так уж и велики, как, впрочем, и минусы, но есть одна маленькая деталь. Если начнут сплетничать о том, что на меня имеют виды Кояма, герб, кроме как от старика, мне будет получить… скажем так, непросто. Никто, банально, не захочет портить отношения с Кояма Кентой, а я стану в той или иной степени от него зависеть. Повторюсь – оно мне надо?
– Девушку я найду, Акено-сан, но все равно, спасибо за… – хотел сказать «предложение», но прозвучало бы это как-то не очень, – беспокойство.
Суетный какой-то вечер. Ладно. Что хотел, я получил, пора и честь знать. И будто что-то такое почуяв, подала голос Кагами:
– Совсем вы ребенка замучили. Может, об остальном завтра договорите?
– Да уж, – потер я ладонями глаза, – тот еще вечерок. Пойду я, пожалуй. Или есть еще что-то?
– Да вроде все сказано, – ответил Акено, переглянувшись с отцом.
– Тогда до свидания, Кента-сан. Акено-сан. Кагами-сан. Пойду я, – и, не удержавшись, вздохнул, после чего хмыкнул: – Дальше работать.
– Ну кто что скажет? – спросил Кента, когда вернулась Кагами, провожавшая Синдзи.
– Твой план сделать его богатым накрылся медным тазом, отец.
– Но он еще не в клане.
– И не будет. Сколько раз я уже говорил, не пойдет он ни под чью руку.
– Он должен стать главой рода.
– В клане, под твоим началом.
– Мы не какой-то там посторонний клан. Он всю жизнь живет рядом с нами, и наши отношения…
– Совершенно не зависят от твоих планов, отец.
– Ты уж совсем меня бездушным интриганом не выставляй. Синдзи и мне дорог.
– Вот и не трогай его, он сам справится. А где не справится, там я помогу.
Не то чтобы это была такая уж серьезная перепалка, но Кагами не нравилась даже такая. В семейных отношениях, как, собственно, и везде, надо стремиться к идеалу. К сожалению, не всегда ей удавалось сгладить подобные вспышки, вызвать огонь на себя или перевести тему разговора в другое русло. Однако сейчас такая тема имелась, и ей она была интересна в не меньшей степени.
– Прошу прощения, Кента-сан, но меня мучает один вопрос. Откуда у Синдзи взялись деньги на основание фирмы? И как он в свои годы сумел все это организовать?
Задумались. Теперь если и начнут спорить, то по делу. А в случае чего она может задать еще один вопрос. И еще. Главное, не обращать внимания на глупые ответы и не слишком часто лезть со своими предложениями, мужчины любят чувствовать себя умнее женщины. Тут главное не забыться и не перегнуть палку – глупые женщины мало кому интересны. Особенно в долгосрочной перспективе.
– Хм, интересный вопрос. Видимо, нашел взрослого, которому доверился, а деньги… скопил, наверное.
– Скопил? А не много ли копить пришлось? – заметил на слова отца Акено.
– Нет, не много. Основать нечто подобное смог бы любой среднестатистический житель Японии. Их сфера – Интернет, а там поначалу главное – идея. Впрочем, я могу ошибаться, это надо уточнять.
– Все равно фигня получается. Либо он копил года три, либо врал нам о размере присылаемых ему денег. Если копил, тогда вопрос, откуда у него такие знания в десять-одиннадцать лет.
– А если врал, то зачем? – спросил Кента.
– Не врал. Забыл, что он на подработки бегал?
– И что у нас получается? Сначала появилась идея, потом он начал подрабатывать, копя деньги и попутно обучаясь нужным знаниям.
Выводы мужчин были в принципе верные, но кое-что они забыли.
– Но почему он не обратился к нам? Ладно, деньги, но неужто Синдзи не доверял нам настолько, что организовал свою фирму через чужих людей?
Для Кагами это был очень важный вопрос.
– Да, мне бы тоже хотелось знать, почему он не обратился к нам, – сказал Акено.
– Лично мое мнение, – начал глава клана, – что это либо из-за гордости и нежелания нам докучать, либо из-за того, что деньги, скопленные им, были не совсем чисты.
– Ты считаешь, он их украл? – удивился Акено.
Вот об этом Кагами не подумала. Нет, это лучше, чем ее мысли… но все равно как-то… плевать, уж лучше так.
– Не обязательно украл, может, обманул кого-то или просто работал на мелкую банду.
– Как-то это… вряд ли, по-моему. Скорей все же первое. И артефакт за двести минимум миллионов тому подтверждение.