И длится круг скорбей,
Зерно бросают, лиш мякину
Храня в своей коре.
Я также знаю, — и должны бы
О том все знать всегда,—
Что люди строят стены тюрем
Из кирпичей стыда
И запирают, чтоб Спаситель
Не заглянул туда.
Они свет солнца запирают
И милый лик луны;
Они свой Ад усердно прячут,
И в нем схоронены
Дела, что люди и Сын Божий
Увидеть не должны!
В тюрьме растет лишь Зло, как севы
Губительных стеблей.
Одно достойно в том, кто гибнет
И изнывает в ней:
Что в ней Отчаяние — сторож,
А Горе — спутник дней.
Здесь могут голодом ребенка
И день, и ночь терзать,
Бить слабых, мучить сумасшедших
И старцев оскорблять.
Те гибнут, те теряют разум,
И все должны молчать.
Живут здесь люди в кельях узких,
И тесных, и сырых,
В окно глядит, дыша отравой,
Живая Смерть на них,
И кроме Похоти все стало
Прах — в образах людских.
Поят водою здесь гнилою,
Ее мы с илом пьем;
Здесь хлеб, что взвешен строго, смешан
С известкой и с песком;
Здесь сон не дремлет: чутко внемлет,
Крича, обходит дом.
Пусть тощий Голод с Жаждой бледной,
Как две змеи, язвят;
Пусть сохнет тело, — что за дело! —
Другой ужасней яд:
Мы днем таскаем камни, — ночью
Они в груди лежат.
Здесь в келье — сумрак, в сердце — полночь.
Здесь всюду — мрак и сон.
Колеса вертим, паклю щиплем,
Но каждый заключен
В Аду отдельном, и молчанье
Страшней, чем медный звон.
Никто не подойдет к нам с речью
Приветной и живой,
Лишь глаз к нам смотрит сквозь решотку
Безжалостный и злой;
Забыты всеми, гибнем, гибнем
Мы телом и душой!
Одни, унижены, мы ржавим
Цепь жизни без конца...
Оскар Уайльд.
(перев. В. Брюсова).
Никакой суд невозможен; всякая награда, как и всякое наказание несправедливы, как бы они ни были ничтожны и как бы ни были велики заслуги или проступки.
Жорж Этьеван.
То, что упущено у детей, воздается взрослым; за то, чем пренебрегали в детстве и в юности, позже придется многократно расплачиваться. Тюрьмы и смирительные дома недостаточным и недостойным образом должны наверстывать то, что упущено воспитательными учреждениями... Все силы, растрачиваемые на преследование преступников и на безнадежное лечение больных, должны быть направлены на организацию и воспитание. Необходимо возвратиться к основам общественных недугов, чтобы по возможности подавить в самом источнике причины преступлений и болезней. Людей сначала делают больными и преступными, чтобы потом лечить их медицински и юридически.
Л. Вольтман.