23 мая 1940 г. в КОВО была издана директива по оперативной подготовке на летний период № А‐1/0067. Войскам предлагалось «на полевых поездках, штабных учениях и учениях с войсками и в период маневров детально отработать следующие вопросы:
а) во фронтовом звене – наступательную фронтовую операцию с прорывом укрепленной полосы и форсированием крупных речных преград. Планирование и обеспечение операции.
б) в армейском звене – наступательную операцию армии, как правило, с прорывом долговременной укрепленной полосы, с форсированием рек и преодолением полос заграждений.
в) в корпусах и дивизиях:
1) управление встречным боем;
2) наступательный бой с прорывом долговременной укрепленной полосы – форсированием реки и преодолением полосы заграждений;
3) оборонительный бой с созданием укреплений, устройством полос заграждения и с последующим переходом в наступление.
В 13‐м ск, 96‐й и 192‐й сд все отработать в горных условиях.
г) в коннице и танковых войсках:
1) встречный бой против конницы, танковых войск и пехоты (кк, кд, тбр, ммд, КМГ);
2) действия на фланге в наступательной операции;
3) вхождение в прорыв и действия в оперативной глубине;
4) оборона на широком фронте с созданием заграждений и укреплений (кк, кд, ммд) и с последующим переходом в наступление.
д) в 204 вдбр – выброска парашютного десанта и высадка крупного авиадесанта и действия в оперативной глубине противника с целью:
1) захвата аэродромов противника и уничтожения его авиации;
2) дезорганизация управления, связи и тыла и производство диверсий;
3) окружение и уничтожение противника во взаимодействии с подвижными войсками и авиацией;
4) захвата и удержания мостов, переправ и важных объектов.
При отработке этих вопросов особое внимание обратить на управление войсками в подвижных формах боя, на планирование, организацию и взаимодействие родов войск, наземных войск с авиацией, связь и взаимодействие с соседями.
Учить и воспитывать командиров и штабы разгрому противника по частям, путем его окружения и уничтожения…
Всячески прививать внезапность, скрытность, инициативу и решительность действий и массирование сил и средств (артиллерия, танки, авиация и материальные ресурсы) на главном направлении»[1566].
А вот как в сентябре 1940 г. проигрывалось начало войны в 6‐й армии КОВО. «Западные», переведя армию на военное положение, «упреждают нас в развертывании, наступление их следует ожидать с утра 12 сентября». «Восточные» вводят в действие план прикрытия и с вечера 10 сентября проводят «сосредоточение и развертывание, занятие исходного положения», с 13 сентября ведут разведку полосы прикрытия противника путем наблюдения с линии границы. С утра 14 сентября 6‐я армия переходит в наступление и к 16–17 сентября уничтожает части прикрытия противника, создает условия для ввода в прорыв Конной армии, во взаимодействии с ней и 5‐й (по игре 15‐й) армией наносит поражение томашевской группировке врага и выходит на рубеж Замостье – Белгорай – Жешув – река Сан. В период 17–22 сентября войска развивают успех, уничтожают подходящие резервы противника и выходят на реку Висла, «имея прочный заслон на р. Сан». После двухдневной подготовки войска должны форсировать Вислу, продолжая наступление на запад[1567]. Как видим, вновь никаких действий по отражению наступления противника, которое по заданию к игре может начаться за 2 дня до удара 6‐й армии, не отрабатывается. Командование довольно оптимистично оценивало боеспособность своих войск, которые должны были за 3 дня развернуться для наступления и за 9 дней разгромить группировку противника в 14–16 дивизий и выйти на р. Висла.
Считается, что в отличие от вермахта, в Красной армии оперативные планы на оперативных играх не отрабатывались. К сожалению, большая часть документов по оперативной подготовке войск недоступна для исследования. Имеющиеся материалы показывают, что оперативно-стратегические игры января 1941 г. не были единичным эпизодом. Так, 25 января 1941 г. начальник Генштаба генерал армии К.А. Мерецков утвердил «План проведения сборов высшего начальствующего состава в округах и армиях», согласно которому следовало в Западном, Киевском, Прибалтийском особых, Ленинградском, Архангельском, Закавказском, Забайкальском, Московском военных округах и Дальневосточном фронте провести окружную фронтовую игру по теме «Наступательная операция фронта». В ходе сборов предусматривалось заслушать двухчасовые доклады на тему «Современная фронтовая операция», «Артиллерия во фронтовой операции», «Конно-Механизированная армия во фронтовой операции», «ВВС во фронтовой операции», также планировалась военная игра на картах в течение 5 суток. В Одесском, Орловском, Приволжском, Уральском, Сибирском, Северо-Кавказском, Средне-Азиатском, Московском, Харьковском, Архангельском, Закавказском, Ленинградском военных округах и в армиях приграничных округов планировалось провести сборы для отработки армейской наступательной операции. В ходе сборов планировался четырехчасовой доклад на тему «Современная армейская наступательная операция» и военная игра на картах в течение 4 суток. На эти сборы следовало привлечь комсостав штабов и управлений округов и армий, корпусов, дивизий сухопутных войск и ВВС, танковых и мотобронебригад, артполков и командиров, окончивших Академию Генерального штаба[1568].
С 13 по 20 марта 1941 г. Генеральный штаб провел со штабами Ленинградского, Уральского и Орловского военных округов полевые поездки на тему «Наступательная операция зимой». Согласно приказу командующего КОВО № А/009 от 5 февраля 1941 г. от командиров 5‐й, 6‐й, 26‐й и 12‐й армий, командиров отдельных корпусов требовалось усилить оперативную подготовку комначсостава, до 1 июля отработать наступательную операцию, до 1 ноября – оборонительную. В марте – апреле 1941 г. предстояли учения стрелковых корпусов на тему «Наступательная операция». 7—10 мая во Львове была запланирована фронтовая наступательная игра под руководством командующего КОВО. 12–17 и 25–30 мая планировались командно-штабные учения армий и корпусов по отработке наступательной операции. Кроме того, был утвержден план подготовки армейских управлений по управлению армейской оборонительной операцией с устройством полевой обороны с предпольем и с последующим переходом в контрнаступление[1569].
7 декабря 1940 г. командующий ЛВО отдал приказ о подготовке к учебно‐методическому сбору высшего комначсостава в период с 13 по 18 января 1941 г., в ходе которого требовалось отработать исключительно наступательные темы на уровне корпусов, дивизий, танковых бригад, частей ВВС. В марте 1941 г. в ЛВО заместитель наркома обороны генерал армии К.А. Мерецков провел многодневную оперативную игру, на которую привлекались командование и штабы округа и армий. Имеющееся утверждение, что это была оборонительная игра, противоречит вышеприведенным документам. Кроме того, в истории округа указывается, что «поучительно проходили полевые поездки на Карельском перешейке и Кольском полуострове, в ходе которых изучался характер современной наступательной операции и боя в условиях лесисто-болотистой местности в масштабе армии, корпуса и дивизии, отрабатывалось взаимодействие с ВМФ. Для руководящего состава систематически читались лекции с учетом опыта боевых действий в ходе второй мировой войны. Их тематика была такой: характер современной наступательной операции, взаимодействие родов войск, действия крупных группировок механизированных войск, организация и проведение десантных операций»[1570]. О настроениях комсостава округа свидетельствует следующий факт из воспоминаний бывшего в 1941 г. начальником штаба 14‐й армии Л.С. Сквирского. В начале 1941 г. он был вызван в Москву для обсуждения вопроса об участии СССР в торгах по финским никелевым рудникам южнее Петсамо. Узнав цель вызова, автор не удержался от вопроса: «Зачем покупать, если мы вскоре, воюя с Германией и ее потенциальным союзником Финляндией, и без того возвратим себе рудники?»[1571].
В ПрибОВО в феврале 1941 г. в 8‐й армии проводилось командно-штабное учение на тему «Оборонительная операция фронта с последующим переходом в наступление для уничтожения противника при равенстве в силах и средствах». В марте в ходе сбора комсостава той же армии «отрабатывались вопросы организации прорыва укрепленной полосы, ввода в прорыв механизированного корпуса». В апреле состоялась полевая поездка на тему «наступательная армейская операция». Незадолго до начала войны на штабных учениях в 8‐й армии отрабатывался «вариант контрудара в тильзитском направлении»[1572].
Согласно распоряжению Генштаба от 21 сентября 1940 г. № оп/103070/сс на период с 10 по 17 октября была запланирована фронтовая полевая поездка в ЗапОВО под руководством наркома обороны, которая позднее была перенесена на 15–22 октября в связи с тем, что инспектировавший показательные учения С.К. Тимошенко не успевал прибыть к намеченному сроку. Как отмечалось в истории округа, в ходе учений на картах и местности «проверялись и уточнялись взгляды, выработанные к тому времени советской военной наукой, на характер наступательной операции… Особое значение имела фронтовая штабная военная игра на местности со средствами связи, проходившая в ЗапОВО в конце 1940 г. В этой игре, которой руководили представители Генерального штаба, приняли участие управление округа (в роли фронтового управления), а также управления всех общевойсковых армий»[1573].
По свидетельству бывшего начальника штаба 4‐й армии Л.М. Сандалова, «все предвоенные учения по своим замыслам и выполнению ориентировали войска главным образом на осуществление прорыва укрепленных позиций». «Командно-штабные учения и выходы в поле в течение всего зимнего периода и весны 1941 г. проводились исключительно на наступательные темы…В марте – апреле 1941 года штаб 4‐й армии участвовал в окружной оперативной игре на картах в Минске. Прорабатывалась фронтовая наступательная операция с территории Западной Белоруссии в направлении Белосток, Варшава». В мае 1941 г. уже в войсках 4‐й армии проигрывались наступательные действия 28‐го стрелкового корпуса армии совместно с Пинской военной флотилией в том же направлении. Участник мартовской игры командир 3‐го дальнебомбардировочного корпуса Н.С. Скрипко вспоминал, что на корпус «возлагалась выброска воздушно-десантного корпуса в интересах фронтовой наступательной операции», которая должна была проводиться одним рейсом. «По условиям игры мы не решали и бомбардировочных задач, а прикрытие выброски десанта обеспечивалось захватом господства в воздухе»