социалистическое государство рабочих и крестьян от всяких любителей чужого добра». В беседах с личным составом требовалось разъяснять, что «всякая война, которую ведет государство рабочих и крестьян, является войной справедливой, войной освободительной»[671].
Мирное решение советско-литовского конфликта потребовало переориентации развернутых у границ Прибалтики войск с подготовки боевых действий на беспрепятственное занятие территорий. Пока шли переговоры, войска БОВО получили боевой приказ № 2, которым устанавливались время (15.00) и места перехода границы Литвы. Командование 11‐й и 3‐й армий своими приказами поставило перед войсками задачу на продвижение по территории Литвы, которое началось в 15.15 15 июня. 16‐й ОСК получил задачу занять Каунас и мост у Ионавы и удерживать их до подхода основных сил 11‐й армии. Несмотря на подписанное в 23.10 соглашение о дополнительном размещении войск Красной армии в 11 районах Литвы и приказ генерала Виткаускаса о лояльном отношении к советским частям, при переходе границы советскими войсками имели место отдельные стычки с литовскими военнослужащими, которые были либо подавлены, либо разрешены в ходе переговоров. Отмечались случаи превышения полномочий красноармейцами, сводившиеся к разоружению и пленению литовских солдат. Так, разведгруппа 185‐й стрелковой дивизии, направленная на погранзаставу, перешла границу и захватила литовскую заставу, зарубив 1 полицейского. Командование и политорганы пресекали подобное самоуправство и разъясняли личному составу его права и обязанности[672].
15—16 июня советские войска заняли большую часть территории Литвы. 16 июня советские войска получили задачу вступить на территорию Эстонии и Латвии. В 9.00 17 июня военные уполномоченные сторон Й. Лайдонер и К.А. Мерецков (с 9 июня заместитель наркома обороны СССР) встретились в Нарве, а Д.Г. Павлов и полковник О. Удентыньш – на станции Ионишкис. Переговоры завершились соответственно в 15.00 и в 13.00 подписанием соглашений о вводе дополнительных войск, в которых были указаны места временной дислокации советских войск (9 в Латвии и 12 в Эстонии) и оговаривались хозяйственные вопросы[673]. Войска 8‐й армии, развернутые на границе в боевых порядках «в готовности для наступления», были вынуждены за 1–2 часа перейти в походное положение и, получив задачу занять важнейшие пункты, в 5.00 17 июня начали продвижение в Эстонию и северо-восточные районы Латвии. Части 65‐го ОСК к 13.15 вместе с десантом КБФ, под прикрытием ставшего на рейде линкора «Октябрьская революция», 4 сторожевиков и 2 миноносцев, заняли крепости «Сууропи», «Найссаар», «Аэгна» и Таллин. Десантная операция в Гайжунай была отменена, и 16 июня 720 десантников из состава 214‐й авиадесантной бригады на 63 самолетах ТБ‐3 были переброшены на аэродром Шауляя, где они были в качестве танкового десанта приданы 2‐й и 27‐й танковым бригадам 3‐й армии, сосредоточившимся к исходу дня в районе Ионишкис. В тот же день в районе Риги с парашютом был высажен начальник парашютно-десантной службы ВВС БОВО капитан И.Г. Старчак. В 10.20 утра 17 июня танковые бригады и части 121‐й и 126‐й стрелковых дивизий перешли латвийскую границу и около 13.00 заняли Ригу. Остальные войска 3‐й армии заняли юго-восточные, а части 2‐го ОСК западные районы Латвии. В последующие дни войска продолжали занятие Прибалтики, которое в основном завершилось к 21 июня 1940 г. Несмотря на мирное продвижение, войска имели потери, которые по неполным данным составили 58 человек погибшими (самоубийств – 15, погибло в результате несчастных случаев – 28, утонуло – 15) и 158 человек ранеными[674].
С 21 июня управление 8‐й армии разместилось в Тарту, 3‐й армии – в Риге, а 11‐й армии – в Каунасе. Соответственно было проведено переформирование армий. На командиров корпусов возлагалась ответственность за порядок, сохранность военных объектов, взаимоотношения с вооруженными силами республик, но им запрещалось вмешиваться в политику. Войскам было приказано «в разговорах с населением и местными властями… уважать самостоятельность литовского государства и объяснять, что Красная Армия выполняет лишь мирный договор о взаимопомощи»[675]. Началось свертывание тыловых частей, сформированных для Прибалтийской операции. 21 июня был отдан приказ о расформировании к 26 июня эвакогоспиталей и санитарных поездов. Части связи из Идрицы согласно приказу Генштаба № ОМ/755 от 26 июня следовало перебросить в распоряжение командования Южного фронта, куда еще 20–21 июня были отправлены 21‐я танковая, 201‐я и 214‐я авиадесантные бригады[676].
Войска Красной армии еще продолжали марши по дорогам Прибалтики, а нарком обороны С.К. Тимошенко 17 июня 1940 г. направил И.В. Сталину и В.М. Молотову докладную записку № 390/сс: «В целях обеспечения скорейшей подготовки Прибалтийского ТВД считаю необходимым немедленно приступить, на территории занятых республик, к осуществлению следующих мероприятий:
1. Границу с Восточной Пруссией и Прибалтийское побережье немедленно занять нашими погранвойсками для предотвращения шпионской и диверсионной деятельности со стороны западного соседа.
Таблица 18. Группировка войск в Прибалтике на 21 июня 1940 г.[677]
2. В каждую из занятых республик ввести по одному (в первую очередь) полку войск НКВД для охраны внутреннего порядка.
3. Возможно скорее решить вопрос «с правительством» занятых республик.
4. Приступить к разоружению и расформированию армий занятых республик. Разоружить население, полицию и имеющиеся военизированные организации.
5. Охрану объектов, караульную и гарнизонную службу возложить на наши войска.
6. Решительно приступить к советизации занятых республик.
7. На территории занятых республик образовать Прибалтийский Военный Округ со штабом в Риге.
Командующим войсками округа назначить командующего САВО генерал-полковника т. Апанасенко.
Штаб округа сформировать из штаба 8‐й армии.
8. На территории округа приступить к работам по подготовке ее как театра военных действий (строительство укреплений, перешивка железных дорог, дорожное и автодорожное строительство, склады, создание запасов и пр.).
План подготовки ТВД представлю дополнительно»[678].
Более радикальное предложение сделал командующий БОВО, направивший в 12.15 21 июня наркому обороны записку: «Существование на одном месте частей литовской, латвийской и эстонской армий считаю невозможным.
Высказываю следующие предложения:
Первое. Армии всех 3‐х государств разоружить и оружие вывести в Советский Союз.
Второе. или После чистки офицерского состава и укрепления частей нашим комсоставом – допускаю возможность на первых порах – в ближайшее время использовать для войны части литовской и эстонской армий – вне БОВО, примерно – против румын, авганцев (так в тексте. – М.М.) и японцев.
Во всех случаях латышей считаю необходимым разоружить полностью.
Третье. После того, как с армиями будет покончено, немедля (48 часов) разоружить все население всех 3‐х стран.
За несдачу оружия расстреливать.
К выше перечисленным мероприятиям необходимо приступить в ближайшие дни, чтобы иметь свободу рук, – для основной моборганизационной подготовки округа. Для проведения вышеуказанных мероприятий БОВО готов, лишь прошу приказ по мероприятиям дать за 36 часов до начала действий»[679]. Правда, столь грубые меры не нашли поддержки в Москве и советское руководство решило реализовать предложение наркома обороны.
Прежде всего, 17–21 июня при помощи советских эмиссаров были созданы Народные правительства[680], по решению которых началось разоружение населения и военизированных организаций. В результате к 15 июля только в Латвии и Литве было изъято 36 214 винтовок и карабинов, 21 250 пистолетов, 433 легких и 17 станковых пулеметов, 4 654 единицы холодного оружия, 2 835 гранат, 608 толовых шашек, 1 танк и 5 510 013 патронов[681]. 20 июня было утверждено постановление Комитета обороны при СНК СССР № 267/сс/ов «Об утверждении организации КБФ и мероприятиях по усилению обороны западных районов Финского залива», которым устанавливалось «место постоянного пребывания Военного Совета КБФ порт Палдиски» и намечались меры «для создания организации ПВО на полуострове Ханко и обеспечения строительства береговой обороны на островах Эзель, Даго и южном побережье Ирбенского пролива»[682].
30 июня начальник Генштаба представил наркому обороны проект директивы о дислокации Красной армии, составленный с учетом создания Прибалтийского военного округа (ПрибВО), в котором предлагалось развернуть 10 стрелковых, 2 танковые, 1 моторизованную, 2 кавалерийские дивизии и 1 танковую бригаду[683]. 4 июля нарком обороны и начальник Генштаба в докладной записке в Политбюро ЦК ВКП(б) и СНК СССР окончательно сформулировали идеи военно-территориальной структуры Прибалтики и уточнили состав будущего округа, который должен был включать 11 стрелковых, 2 танковые, 1 моторизованную дивизии и 9 артполков[684]. После утверждения этих предложений постановлением СНК № 1193-464сс от 6 июля 1940 г. нарком обороны отдал 11 июля приказ № 0141, в котором ставилась задача к 31 июля сформировать на территории Литвы, Латвии и западных районов Калининской области ПрибВО. КалВО расформировывался, а его управление обращалось на формирование управления ПрибВО в Риге. Территория Эстонии включалась в состав ЛВО, восточные районы Калининской области в МВО, а Смоленская область в БОВО, который переименовывался в Западный ОВО. Командующим войсками ПрибВО был назначен генерал-полковник А.Д. Локтионов, начальником штаба – генерал-лейтенант П.С. Кленов, командующим ВВС округа – генерал-лейтенант Г.П. Кравченко, а командующим 8‐й армией ЛВО – бывший командир 65‐го стрелкового корпуса генерал-лейтенант А.А. Тюрин