Пожалуй, только злая улыбка седовласого послужила предупреждением. Мастер воздуха в последний миг изменил направление движения, и только после этого увидел едва заметную жёлтую дымку, образующую сферу над тремя центральными магами и темницей заложника. Левое крыло с неприятным звуком проскрежетало по необычному огненному щиту и начало распадаться.
Воса завертело, швырнуло в сторону, и он только по наитию сумел выбрать правильное направление — вверх, подальше от мощёных улиц, щелчков, подозрительно напоминающих выстрелы из луков и огненных потоков, настроенных на разрушение магии воздуха.
Только опыт множества далеко не безопасных экспериментов помогли Восу удержаться в воздухе и даже восстановить пострадавшую конструкцию. Хитёр, гад! И ведь всё рассчитал, за кострами и яркими аурами магов, рассмотреть едва светящуюся дымку почти невозможно. Опасный противник — и умелый. Оказывается, некоторые мастера огня способны не только пламенем швыряться.
Далеко внизу расплывались огненные кляксы. Ровным счётом пять штук. Значит, не меньше пяти магов пытались его достать, стоило ему лишь приблизиться. Да и стрелы, которые так просто не рассмотреть, ему явно не почудились. Пожалуй, могли бы достать даже на его скорости, хорошо подготовились!
Вос сам поразился своим мыслям. Он не злился, не боялся, ему больше всего хотелось изучить, как организовано это неординарное заклинание! Как будто перед ним был не враг, намеревающийся лишить преимущества, пленить или уничтожить, а соперник-программист, умудрившийся создать нечто принципиально новое. Должно быть, краткий визит на Землю полностью оторвал его от реальности, от этого простого и жёсткого мира, где проиграть почти всегда означает — умереть, а единственное слово может изменить всю судьбу. И то, что происходит сейчас — не соперничество двух коллег или конкурентов, а схватка, от исхода которой зависит судьба многих людей.
Сидона. Одна лишь мысль о лери заставила настроиться на серьёзный лад. Именно Вос выташил свою женщину в этот "отпуск", стоивший так дорого множеству людей. И как бы он не утешал себя измышлениями, что новый конфликт между непримиримой Зерионой и Гильдией огня был неизбежен, а Милерум рано или поздно был бы расколот Дишем, всё началось с него.
Но самое главное, в этом здании, или где-то в бурных водах Дуоны до сих пор сражается за жизнь и свободу маленький ребёнок, сын, ещё не знающий, кто его истинный отец. Дитя, которому он дал имя и оставил на произвол судьбы!
И вот уже второй раз за короткое время, честолюбивые и безжалостные люди играют жизнью его родных и близких. Мир вдруг сузился и выцвел. Любопытство, мораль, жалость и всё прочее, несвоевременное и ненужное, оказались выброшены за пределы сознания. Есть только он и враги. Сильные многочисленные противники, хорошо подготовленные, злые и безжалостные. Но он победит. Не потому, что сильнее, умнее и безжалостнее. А потому, что у него нет другого выхода. Должно быть, так воспринимают мир лиму или даже их быки. А для всего остального ещё найдётся время. После победы.
— Неласково встречаешь, Тирум!
Простенькое заклинание усилило голос мага, метнуло слова вниз раскатами грома. Мастер огня такой возможности не имел, но и кричать не собирался. Восу пришлось немного спуститься, чтобы расслышать ответ:
— Вежливые гости стучат в дверь, Вос. Спускайся!
Странно, ему казалось, что ультиматум произносил другой человек. Может, кто-то из воздушников, по приказу? Или это заклинание так исказило голос?
— Почему бы тебе не подняться ко мне, Тирум? Ты требуешь повиновения без доказательств. Покажи мне пленника, и я решу, стоит ли принимать условия.
Мастер огня рассмеялся:
— Я не торгуюсь, Вос! И не собираюсь доказывать очевидное. Хочешь получить ребёнка — сдавайся, у тебя не хватит сил, чтобы забрать его силой!
— Уверен?
— Попытайся! Здесь мало власти над ветрами, с нами не справится даже буря!
Вос вместо ответа метнул "воздушное копьё". И самое дальнобойное и надёжное, самое точное и неотразимое заклинание бессильно расплескалось о невидимый купол. Маг двинулся было вниз, чтобы попробовать молнией, но был вынужден вновь набрать высоту. Не из-за медленных и предсказуемых "рокетболов", а спасаясь от быстрых и злых стрел, взметнувшихся едва ли не с каждой крыши, из-за каждого дерева.
Мастер воздуха лишь чудом отделался несколькими царапинами. Хотя мог бы и подумать заранее. Тирум не стесняется привлекать обычных людей, и прекрасно знает сильные и слабые стороны магии.
Холодный разум быстро подсчитывал. Как бы ни был силён Тирум, держать сразу два заклинания бесконечно он не сможет, даже при поддержке двух магов и костров. Должно быть, как раз до утра. Раз он обещает сохранять жизнь заложнику до конца ночи.
Будь здесь только маги — он бы справился. Но самый опасный враг сейчас — обычные люди, наёмники и слуги, своим числом противостоящие искусству.
Вос с раздражением отбросил мысль об отравляющих газах. Это было бы так просто — слегка поработать с газами прямо в атмосфере, обрушить на ничего не подозревающего противника тяжёлое облако. Убить десятки виновных — и сотни, если не тысячи невинных горожан, вместе с заложником. Подло и бессмысленно.
Но как победить при таком численном преимуществе врага? Здесь нет надёжных стен крепости и храбрых лиму, рвущихся в бой. Он один в бескрайнем небе. В безбрежном океане воздуха.
— Буря, говоришь? — На этот раз Вос не стал усиливать голос. — Будет тебе буря!
Можно называться повелителем стихии. Править незначительной её частью. Летать, подчинять ветра, даже смирять небольшие ураганы. Ворваться в разгул ветров, дышать в такт со стихией, жить ею. Но, оказывается, этого недостаточно, чтобы быть настоящим хозяином воздуха.
Легко сказать — вызвать бурю! Пусть небольшую и ненадолго, только над Фаргоном, чтобы разогнать не защищённых аурой обычных людей, отбросить лёгкие стрелы.
Сцепив зубы, Вос раз за разом подхватывал порывы ветра, разгонял их до штормовой силы, но стоило лишь отвлечься — и ярость стихии ослабевала. Можно разорвать, подчинить кусочек естественной бури — но как свершить обратное? Никакому магу не под силу манипулировать чудовищными массами воздуха, надо просто создать условия, заставить ветер реветь, кружить — без вмешательства, по собственной воле. Как будто у стихии есть осознанная воля!
— Подчинись! — Ярость переполняла мага, он не привык чувствовать себя бессильным. Почему воздух так ленив? Почему любые усилия так быстро сходят на нет? — Бушуй!
Сейчас ему было всё равно, сколько прошло времени, и как выглядят снизу его странные попытки.
— Дуй! Рви! Пой!
Казалось, что ответ совсем рядом. Только потянуться чуть дальше, захватить чуть больше, ещё сильнее растянуть ауру, и так сильно обеднённую крыльями, и потоки воздуха, наконец, заживут собственной жизнью, взметнутся бешеным, неудержимым ураганом. Только не упустить вырывающиеся струи сил, разгоняющиеся всё больше, ускориться, он ведь летит, не ему ли гоняться с ветрами?
Где-то далеко блеснул первый луч солнца, знаменующий скорый рассвет, и Вос вдруг понял, насколько он устал, повторяя бесчисленные, бессмысленные попытки. И в краткий миг отчаянья, ослабил контроль. Сложные, выверенные конструкции расплылись, растворились в захваченных магом ветрах. И ветры взревели.
Не было сил сопротивляться. Вокруг всё ревело, свистело, выло, обезумевшая стихия вышла из-под контроля. Злость, отчаянье, усталость не позволяли манипулировать аурой — и энергия мага растекалась свободно, бушуя в центре разъярённой стихии. Ему оставалось только надеяться на чудо, ждать, пока эта буря не утихомирится… Буря!? Но разве не этого он добивался?
Яростный ветер хлестал по ночному городу, швыряя в лица пыль и нечистоты. Самые ветхие дома угрожающе раскачивались, да и те, что покрепче, угрожающе поскрипывали. Целые пласты тщательно укреплённой соломы и дранки срывались с крыш и неслись по улицам, а кое-где даже черепица не способна была удержаться на своих местах. Фаргону, расположенному в низине, не часто доводилось иметь дело с ураганами, и тем удивительней было то, что в лесу неподалёку от города утренний ветерок едва шевелил листья, да и рябь на реке была ничуть не крупнее обычной.
Нельзя было сказать, что именно Вос правит бурей — скорее, их отношения можно было назвать партнёрством или дружбой. Маг был сердцем, душой разъярённой стихии, парил в центре, в невероятно, неестественно спокойном "глазу" урагана, и сам не мог объяснить себе, как его вышедшая из-под контроля, аура взаимодействует с воздухом.
Потребовалось немало сил и некоторое время, чтобы его застывшее в центре бури тело начало перемещаться в нужную сторону. От южной окраины, в сторону которой Воса снесло, едва ли не к центру, где должны развиваться основные события. Оценить и понять можно и позже. Но прямо сейчас надо действовать, раз уж его безумная идея всё же воплотилась в жизнь.
Перемещался маг с мучительной неспешностью — всё же, не так просто сместить центр бушующего урагана, поминутно посматривая на светлеющее небо. С болезненной отчётливостью Вос видел, как развалились, по меньшей мере, две хрупких бедняцких хижины. Видел распластанные фигурки людей, вжимающиеся в землю, пытающиеся укрыться от безумия стихии, и проклинал свои самонадеянность и эгоизм. Но начатое дело надо завершить. И ставшая оружием стихия должна сделать своё дело прежде, чем он постарается прекратить этот рукотворный кошмар.
Пепел взметнулся и поднялся столбом, знаменуя прибытие на место назначения. Вос мрачно усмехнулся, увидев сиротливо светящиеся ауры огненных магов. А где ваши не защищённые магией соратники, уважаемые мастера? Спрятались от сквознячка? Некому даже стрелой поприветствовать!
Но трое по-прежнему стоят в центре, под ставшим гораздо плотнее куполом. Да и находящиеся вне защитного поля маги не дремлют. Огненные заклинания взметнулись против ветра — и разлетелись, рассеялись в бурных потоках слитого с аурой воздуха. Интересный и довольно надёжный вариант защиты — если бы ещё не выматывал так, и не сопровождался ураганом.