[77] Мистер Данн сделает торжественное объявление. Он намерен сказать, что в связи с грандиозным успехом, который имели вечерние курсы итальянского языка, со следующего года будет запущена новая образовательная программа для взрослых.
— Мистер Данн? — слабым голосом переспросила Фиона.
— Да, тот самый, который организовал эти курсы, дружок нашей преподавательницы Синьоры. Ты, по-моему, говорила, что знаешь его дочерей?
— Да, знаю.
— Он нынче на седьмом небе от счастья. Прямо светится.
— И он тоже будет на вечеринке?
— Эй, Фиона, ты что, спишь? Разве не ты сама говорила мне, что мы не можем пригласить его дочек, поскольку они идут вместе с ним?
— Разве я говорила?
Да, наверное, говорила, но это было так давно, еще до того, как Фиона узнала все, что знает сейчас.
— А его жена? Как ты думаешь, она тоже придет? — спросила Фиона.
— Наверное, да. Каждый из нас побеспокоился о том, чтобы непременно пришли все его близкие люди: жена или муж, мать или отец, не говоря уж о горячо любимых подружках!
— Значит, твой папа тоже туда придет?
— Сегодня он сказал мне, что придет обязательно! — сообщил ирландский «итальянец» Бартоломео. Он был счастлив и горд оттого, что ему удалось сколотить такую замечательную команду.
Вечера, когда должна была состояться fiesta[78] в школе Маунтенвью, ожидали с огромным нетерпением. Синьора поначалу собиралась купить себе новое платье, но в последний момент решила потратить отложенные для этого деньги на покупку разноцветных лампочек для школьного холла.
— Зачем вам это нужно, Синьора! — уговаривала ее Сьюзи Салливан. — У них там в школе есть старые лампочки, пусть их и зажигают. А я присмотрела для вас отличное платье в магазине «Не хуже нового».[79]
— Я хочу, чтобы они запомнили этот вечер навсегда, а красивые разноцветные лампочки добавят романтики такому важному событию. А кому будет лучше, если я истрачу сорок фунтов на новое платье? Никто этого даже не заметит.
— Ну, а если я достану для вас лампочки, вы купите себе платье? — спросила Сьюзи.
— Ты же не хочешь сказать, что попросишь Луиджи… — Синьора подозрительно посмотрела на девушку.
— Нет-нет, клянусь, я больше ни за что не позволю ему якшаться с преступниками! Я и так потратила много сил, чтобы вытащить его из этого болота. Нет, просто у меня есть хороший знакомый, который работает в магазине электротоваров, его зовут Джэко. Мне в свое время понадобилось заменить в квартире проводку, Лу тогда навел справки у себя в классе, и Лэдди сказал, что знает одного парня, электрика, который делал ремонт у них в гостинице. Хотите, я пришлю его к вам? Он обязательно поможет.
— Ну, Сьюзи, я даже не знаю…
— Если он возьмет недорого, — а он наверняка возьмет недорого, — вы согласитесь купить себе платье? — Глаза девушки горели от возбуждения.
— Конечно, Сьюзи, — сказала Синьора.
Внимательно оглядев школьный холл, Джэко вынес свой приговор:
— Не школа, а сарай какой-то.
— Да, конечно, но я подумала, что если повесить здесь три-четыре гирлянды из разноцветных лампочек… Ну, знаете, как на Рождество…
— Жалкое будет зрелище, — сказал неумолимый Джэко.
— Но у нас просто нет денег, чтобы купить что-нибудь получше. — Вид у Синьоры был расстроенный донельзя.
— А кто говорит о том, чтобы что-то покупать! Я вам тут устрою иллюминацию не хуже, чем на дискотеке.
— Нет, что вы, как можно! Это же будет стоить целое состояние! Кроме того, нужен кто-то, кто умеет управляться со всем этим хозяйством.
— Это я беру на себя, так что не волнуйтесь, ничего не взорвется. И денег мне тоже не надо, ведь все это — лишь на одну ночь.
— Мне очень неудобно, что мы доставляем вам такие хлопоты, — смущенно пролепетала Синьора.
— Да что вы, это будет отличная реклама для моего бизнеса, — ответил Джэко, улыбаясь от уха до уха.
— Могу я предложить вам пару билетов на случай, если вы захотите привести подружку или друга? — Синьоре отчаянно хотелось хоть чем-то отплатить парню за его доброту.
— Спасибо, Синьора, но в настоящее время я плыву по морю жизни в одиночестве, — сказал он со своей извечной хитрой ухмылкой. — Но кто знает, вдруг я подцеплю кого-нибудь на вашей вечеринке. Не всю же ночь мне возиться с лампочками!
Билл Берк и Лиззи Даффи на двоих должны были «завербовать» десять гостей для участия в вечеринке. Билл попытался продавать пригласительные билеты в банке, но потерпел фиаско, поскольку его опередила Грания Данн. Однако, как стало известно, в Дублин должна была приехать мать Лиззи.
— Может, попробуем взять в оборот ее? — нерешительно предложил Билл. Миссис Даффи была совершенно непредсказуемым человеком, и, имея с ней дело, никогда нельзя было знать, чем это все обернется — победой или полным фиаско.
Лиззи задумалась.
— Какой фортель, по-твоему, она может выкинуть в самом худшем случае? — спросила она Билла.
Тут настала его очередь наморщить лоб.
— Напьется и станет петь вместе с рок-группой, — предположил он. — Возможен такой вариант?
— Нет, когда она напивается, то начинает рассказывать всем и каждому, какая сволочь мой папаша.
— Музыка будет играть очень громко, ее никто не услышит. Так что давай все же позовем ее на вечеринку, — подытожил Билл.
Констанс могла скупить все билеты без малейшего ущерба для своего кошелька, но это было бы нечестно. Она должна была найти свою пятерку приглашенных, как и все ее одноклассники.
Вероника, само собой, придет да еще приведет подругу с работы. Придут ее дочери. Более осторожно, но она все же предложила сыну Ричарду прийти на вечеринку вместе со своей подружкой, и, к ее удивлению, он охотно согласился. Вообще, после развода и судебного процесса дети стали для нее главной опорой. Гарри, как она и предсказывала ему, отбывал тюремный срок, пусть и небольшой, а дети регулярно звонили и каждую неделю навещали Конни в ее квартирке на берегу моря. Значит, она все сделала правильно.
Через пару дней после того как она пригласила сына на вечеринку, он позвонил ей.
— Ты не поверишь, — возбужденно затараторил Ричард, — но мой босс, мистер Мэлоун, собирается прийти на вашу… эту, как ее… festa. Он сам мне сегодня об этом сказал.
— Как тесен мир! — ответила Конни. — Может, в таком случае, мне пригласить его тестя? Пол придет с женой?
— Скорее всего, — ответил Ричард. — Старики всегда ходят с женами.
Старики…
«Интересно, кто из нашей группы мог пригласить Пола Мэлоуна?» — задумалась Конни.
Гас и Мэгги клятвенно пообещали Лэдди прийти на его festa, заверив, что никакие силы не помешают им сделать это. Они также пригласили на вечеринку своего друга-итальянца, владельца дешевого магазина, чтобы отблагодарить его за услуги, которые он оказывал им в качестве переводчика. А еще Гас и Мэгги сказали, что в качестве призов в лотерее готовы предоставить несколько бесплатных обедов с вином.
Джерри Салливан, младший член семьи, в которой жила Синьора, пожелал узнать, начиная с какого возраста пускают на их вечеринку.
— С шестнадцати, Джерри, я ведь говорила тебе, — ответила Синьора. Она знала, что школа уже полнится слухами о вечеринке, которая должна состояться в холле — с освещением, как на дискотеке, танцами и настоящей выпивкой. Однако директор школы, мистер О'Брайен, охладил пыл даже у старшеклассников, заявив:
— Вы и так проводите слишком много времени под благословенным школьным кровом. Так что отправляйтесь в свои закопченые подвалы и слушайте, как обычно, дикую музыку, которая вышибет из вас остатки мозгов.
В последние дни Тони О'Брайен превратился в сущего дьявола. Чтобы сделать приятное своей ненаглядной Грании Данн, он бросил курить и теперь ходил злой, аки зверь лютый. Однако в душе он считал, что отказ от курения — лишь малая дань в обмен на то чудо, которое сотворила для него Грания: она навестила своего отца, и теперь тот был на их стороне. Тони не знал, как ей это удалось, но на следующий же день после визита Грании домой к нему в кабинет вошел Эйдан Данн и протянул ему руку.
— Я вел себя, как отец из викторианской мелодрамы, — сказал Эйдан. — Моя дочь достаточно взрослая, чтобы выбирать свой собственный путь, и если вы сумеете сделать ее счастливой, буду счастлив и я.
От такого потрясения Тони едва не вывалился из своего директорского кресла.
— Я вел довольно неприглядную жизнь старого холостяка, и вы это знаете, Эйдан. Но с появлением грании все изменилось до неузнаваемости. Рядом с ней я ощущаю себя моложе и лучше, она наполняет меня счастьем и надеждой. Я никогда не подведу ее. Если вы хоть во что-нибудь верите, вы должны поверить в это.
И мужчины обменялись столь энергичным рукопожатием, что потом у обоих целый день болели ладони.
Тони понимал, что этот жест стоил Эйдану огромных усилий. Он все же странный человек… Если бы Тони О'Брайен не знал Эйдана Данна так хорошо, он поверил бы, что у преподавателя латыни действительно роман с Синьорой.
Такой поворот событий значительно упростил жизнь — и на работе, и дома. Грания перестала принимать противозачаточные пилюли…
Вечеринку собирались посетить и друзья Синьоры — Бренда и Патрик Бреннан. «Какой смысл быть начальником, если не можешь позволить себе расслабиться», — сказали они. В ресторане имелся помощник шеф-повара, так что они вполне могли оставить заведение без своего присмотра на один вечер, будучи уверены, что все будет в порядке. И, конечно, на вечеринку придет Нелл Данн, администратор «Квентина», так что ресторан в этот вечер останется обезглавленным. Они говорили об этом со смехом.
— Не понимаю, зачем мы все туда отправляемся, — недоумевала Нелл Данн. — Мы, должно быть, спятили.
— Для того, чтобы проявить солидарность и оказать моральную поддержку, зачем же еще! — объяснила мисс Бреннан, как-то странно поглядев на Нелл, и у той уже не в первый раз появилось ощущение, что хозяйка ее недолюбливает.