— Расскажите об интервью с Мэллоем.
Видимо, Эллис был только рад сменить тему.
— Я издаю журнал под названием «Вокруг космоса». Может быть, вы о нем слышали?
Я кивнул — помнится, об этом журнальчике говорил Фицпатрик.
Эллису это польстило.
— Если так, вам должно быть известно, что мы печатаем очерки, репортажи, интервью — короче говоря, все, что связано со сверхъестественными явлениями, особенно с пришельцами. У меня большие связи в области уфологии, я знаком даже с самим Элайджей Уиттом. Он — живая легенда, корифей науки о контактах с инопланетянами.
Мне это имя знакомым не показалось.
— Мы с мистером Уиттом уже довольно давно переписываемся. Примерно шесть месяцев назад он сообщил, что его друг Томас Мэллой переезжает в Сан-Франциско и мне не мешает с ним познакомиться. Но вообще-то Мэллой нашел меня первым.
А вы в курсе, чем он тут занимался?
— Мистер Уитт — профессор, он не один десяток лет проработал в Беркли. И хотя он ушел на пенсию и теперь безвыездно живет на северо-западе, за ним сохранена почетная должность. Он нажал на свои рычаги и устроил Мэллоя в научную лабораторию при университете.
— Над чем работал Мэллой?
Эллис пожал плечами.
— В подробности он не вдавался, только упомянул некое устройство под названием «Пандора». Я понятия не имею, что он имел в виду.
Фицпатрик рассказывал, что след Мэллоя оборвался в ближайшем университете. Если Эллис заслуживает доверия, мне следует предположить, что в Беркли Мэллой создавал или помогал создать устройство «Пандора». Я поерзал в кресле.
— Что еще вам сказал Мэллой?
— Гм-м… Разумеется, мы поговорили о Розвилле. Вообще-то, у меня сохранилась часть интервью.
— Кажется, вы сказали, что запись украдена?
Эллис встал и подошел к старому деревянному бюро.
— Мы долго беседовали. Я записал целый диск и поставил второй; правда, на нем минут пять разговора, не больше. Первый диск украли, но второй, к счастью, оставался в видеокамере, а ее я унес домой. Я хотел, напечатать в журнале выдержки из интервью; после кражи диска пришлось оставить эту затею. — Эллис порылся в бюро и достал диск в простом бумажном конверте. — Вот он. Желаете взглянуть?
Его голос звучал не слишком обнадеживающе, но я решил не спешить с выводами. На ближайшем стеллаже стоял лазерный видеоплейер, Эллис включил его и поставил диск. Чуть позже на экране появилось лицо Мэллоя. За кадром зазвучал голос Эллиса:
— Извините, что перебиваю, вы говорили…
— Как вам известно, — продолжал Мэллой, — комплекс в Розвилле закрылся много лет назад. Мало кто знает, какие огромные запасы инопланетной техники и материалов хранились, да и сейчас хранятся там.
— А вам известно, для чего предназначены эта техника и материалы?
— Ну что вы! Над этим вопросом безуспешно бились лучшие умы военного ведомства. Но вот что я вам скажу… В Розвилле потерпел крушение корабль, битком набитый снаряжением. Я разговаривал с некоторыми участниками проекта. По их словам, корабль больше походил на снабженческий, чем на исследовательский. Можно по пальцам сосчитать предметы, которые находились на борту в единственном экземпляре. В рубке управления было обнаружено устройство, которое действовало как энергетический элемент. И точно такое же устройство оказалось в трюме. Некоторые аналитики предположили, что второй комплект оборудования предназначался для второго корабля. Но это, конечно, чистой воды гипотеза. Как я уже сказал, аналитики так и не разгадали, что для чего служило. Не считая, конечно, ускорителя частиц.
— Понимаю. Кстати, раз уж речь зашла о гипотезах… Как вы считаете, при современном уровне технологии могут наши ученые создать межпланетный корабль?
Мэллой пожал плечами.
— Не исключено. Разумеется, вся инопланетная техника по-прежнему хранится в научном комплексе Розвилл.
— И это представляет собой проблему?
Мэллой заговорщически улыбнулся.
— Больше похоже на тупик… если слухи не беспочвенны.
В кадре появился Эллис и пожал Мэллою руку.
— Спасибо, что нашли для меня время.
— Не за что.
Эллис вытащил из плейера диск и убрал в деревянное бюро.
— Видите? Тут не слишком много интересного.
— А что Мэллой имел в виду под слухами о Розвилле?
Эллиса, видимо, позабавило мое невежество.
— Неужели вы не в курсе? Этой истории уже не один десяток лет. Ни для кого не секрет, что комплекс в Розвилле был закрыт перед самым концом войны. Говорят, один из последних научных проектов привел к страшной катастрофе. С места крушения инопланетного корабля было вывезено несколько таинственных контейнеров. Над ними годами ломали головы наши ученые, но так и не нашли разгадку. И когда они случайно поняли принцип действия ускорителя частиц, у кого-то родилась счастливая идея вскрыть один из контейнеров с его помощью. Как только это произошло, все черти вырвались на свободу. В контейнере была заключена живая материя. Ядовитая или заразная — этого никто не знает, суть в другом. Инопланетная жизнь погубила большинство розвиллских ученых, прежде чем кто-то спохватился, что случилась беда. С тех пор комплекс — под жесточайшим карантином.
Так вот куда идут мои налоги! Если верить всему, чего я наслушался за последнюю неделю, где начинается армия, там кончается спокойная жизнь.
Эллис прервал мои раздумья:
— И что мы теперь собираемся делать?
Мне не понравилось словечко «мы», хотя в другом контексте оно бы меня вполне устроило. Должно быть, Арчи начитался комиксов о Бэтмене, вот только с чего он взял, что я мечтаю иметь в подмастерьях маменькиного сынка, который лакает травяной чай и предпочитает благовония крепкому табаку?
— Я хочу побольше узнать об устройстве «Пандора». Еще мне, наверное, следует связаться с Элайджей Уиттом.
Живой интерес на лице Эллиса уступил место мрачной настороженности.
— Сомневаюсь, что это удачная идея.
— Почему?
— Видите ли, мистер Уитт — очень важная персона. Вдобавок он не любит, когда его дергают по пустякам, и не имеет привычки разговаривать с незнакомыми.
Эллис говорил таким тоном, будто описывал достоинства любимого хомяка. Очень хотелось брякнуть, что мне вообще-то нет дела до привычек и предпочтений мистера Уитта или мистера Эллиса, но я сдержался.
Вот как? Ладно, будем считать, что мне не повезло.
Эллис немного успокоился.
— Ну что ж… Если я больше ничем не могу помочь…
Пора подымить. Однако, пока я вставал с кресла, возник еще один вопрос. Я полез в карман и достал книжку «Открытый космос шлет сигнал человеку».
— Случайно не читали?
Эллис внимательно посмотрел на книжку.
— Разумеется, читал. Это же монография мистера Уитта. Превосходная книга. Видите? У. Дж. Тэйлаит. Это анаграмма. Если переставить буквы, получится «Элайджа Уитт».
Я сунул книжку в карман. А Эллис не умолкал, он даже перешел на скороговорку, смахивая на рыбака, который боится упустить большую рыбу.
— Еще советую почитать «Маятник Фуко». Вам эта книга все объяснит. И «Теллурические токи», и «План тамплиеров». Умберто Эко был настоящий пророк!
Он вскочил, чуть ли не бегом обогнул стол и встал между мной и дверью.
— Еще рекомендую «Пятую колонну». Гениальная вещь! Там доказано, что в правительстве зреет чудовищный заговор. Среди нас живут пришельцы. Давно, многие поколения! Доказано даже, что один наш президент был инопланетянином. По крайней мере, полуинопланетянином. Все задокументировано! Круги на полях… Абдукции… И правительство знает все! Черт побери, да оно само почти ко всему приложило руку!
Я прошел мимо Эллиса в торговый зал. А он молол без передыху:
— Мой вам совет: никому не верьте! Меня-то не нужно бояться, но в большинстве случаев вы не можете понять, с кем имеете дело. Пришельцы — везде!
На пороге я остановился, повернулся и изобразил безмерную подозрительность.
— Арчи, как я могу быть уверен, что вы — не пришелец?
С таким же успехом я мог нанести ему пощечину. Он очухался лишь через несколько секунд.
— Но ведь это каждому известно… Пришельцы отрицают сам факт своего существования. Будь я инопланетянином, не стал бы даже заговаривать о них.
Я снисходительно улыбнулся.
— А… ну конечно. Что ж, теперь я знаю, что вы заслуживаете доверия, и ухожу со спокойной душой. Не беспокойтесь, я запомню ваш совет.
Эллис поспешил к двери и щелкнул замком.
— Рад был познакомиться, мистер Мерфи. Всегда приятно встретить единомышленника. Не пропадайте.
ГЛАВА 18
Я вышел из «Вокруг космоса», закурил долгожданную сигарету и, прислонясь к спидеру, глубоко затянулся. Мысли разбегались; сведения, которые я почерпнул за последние дни, просто-напросто не умещались в голове. С таким же успехом можно запихивать сливочные тянучки в хрюшку-копилку.
Я попытался расставить события в хронологическом порядке. Итак, сначала в Розвилле брякнулся корабль пришельцев. Тут же вмешались вояки, припрятали обломки и убедили репортеров, что все это — сплошное недоразумение. Находка была переправлена в подземный комплекс неподалеку от Розвилла, и там над ней много лет безуспешно корпели яйцеголовые. В проекте «Синька» принимал участие и Мэллой, пытался расшифровать инопланетные письмена. В конце концов наша технология маленько подросла, и военным удалось разобраться с некоторыми неземными диковинами, в частности, с сулившим революцию в науке ускорителем частиц. Ребятишки из Пентагона прикинули, как с его помощью смастерить новую бомбу, да вот только бомба получилась не очень удачная. Мы выиграли войну, но потеряли озон. Проект «Синька» был свернут, Мэллоя перевели в Пекин, где он вплоть до ухода на пенсию переводил техническую документацию, а на досуге возился с инопланетными закорючками.
Что ж, пока все довольно складно. Пора напустить маленько туману.
В конце концов Мэллой совершил открытие. Вероятно, он был первым и единственным земным существом, которое могло читать послания наших братьев по разуму. И как же он поступает? Уходит на пенсию, возвращается в Штаты, устраивается в Беркли и помогает сконструировать некое устройство «Пандора», затем исчезает и на поверхность выныривает лишь для того, чтобы дать интервью чокнутому траволюбу. Вскоре после этого он рассылает почтой минимум три, а скорее всего, четыре шкатулки. И никто, похоже, не в силах их открыть. Потом его убивают. Кто? Всего вероятнее, агенты АНБ.