— Сдвиньте верхнюю секцию на половину расстояния обратно, потом переместите среднюю вправо.
Я так и сделал.
— А теперь среднюю — влево до упора. Потом нижнюю — на четверть дюйма вправо.
— Готово.
— Сдвиньте вправо верхнюю секцию.
Выполнив последнее указание, я услышал щелчок крошечного фиксатора. Верхняя грань шкатулки слегка подпрыгнула. Я повернул голову к Фицпатрику и сквозь облако кубинского дыма увидел торжествующую улыбку.
— Извините, что заставил вас совершить этот маленький ритуал. Боюсь, от природы я немного театрален.
— Ну что вы, вступление — дело полезное.
Я посмотрел на шкатулку и откинул крышечку. Я ожидал увидеть какую-нибудь инопланетную диковину — к примеру, глиняную табличку с загадочными письменами, на худой конец, что-нибудь механическое: деталь корабля или устройства «Пандора». Ничего подобного. В шкатулке лежали только длинная металлическая булавка и слайд. Сказать, что я был слегка разочарован, — значит, не сказать ничего.
Я посмотрел на Фицпатрика.
— И это все?
Фицпатрик, не переставая улыбаться, кивнул.
Я достал из шкатулки слайд. Поднес к свету. Увидел не слишком интересный на первый взгляд рисунок — какая-то трубка с металлическими колпачками на концах и чем-то наподобие лампочки в центре. Трубка выглядела знакомо, но я не мог вспомнить, что же она напоминает. Булавка была длиной с половину карандаша, толщиной два-три миллиметра. На одном ее конце я увидел довольно большую головку, на другом, заостренном несколько поперечных бороздок.
Фицпатрик взял слайд и повернул к свету.
— И что вы можете сказать об этой вещи?
— По-моему, она похожа на древний фонарь Коулмана.
Фицпатрик перевел взгляд на меня.
— Вы говорите таким тоном, будто считаете это пустяком.
Я пожал плечами. Старикан оставил слайд в покое.
— Мистер Мерфи, когда-то Шекспир сказал: не все то золото, что блестит. Мэллой не положил бы сюда этот слайд, если бы не считал его важным.
Конечно, Фицпатрик был прав. Я откинулся на спинку кресла и напряг мозги. Где-то я уже видел изображенный на слайде предмет… И тут я вспомнил: в папке, которую мне показывал Эллис.
— Если Мэллой положил слайд в шкатулку, значит, этот предмет нам может понадобиться. И не мешало бы его найти.
Фицпатрик стряхнул с сигары большой комок пепла.
— Резонно.
— Кажется, я могу кое-что выяснить на этот счет.
— Прекрасно.
Я взял ультрафиолетовый сканер и провел им над каждой гранью второй шкатулки. И обнаружил только два квадратика размером с почтовые марки на противоположных стенках.
— Вы не смогли ее открыть?
Фицпатрик отрицательно покачал головой.
— Думаю, эта булавка нужна, чтобы открыть еще не найденную нами шкатулку. И приспособление для этих квадратиков, скорее всего, находится в другой шкатулке. Хотелось бы знать, сколько еще посылок отправил Мэллой. — Фицпатрик положил окурок в пепельницу и медленно встал. — Полагаю, это задача для сыщика-профессионала. Оставить шкатулки у вас?
Я уложил все, кроме слайда, в картонную коробку.
— Лучше пусть они у вас побудут. А то последнее время ко мне в офис зачастили незваные гости. Я оставлю только слайд, если не возражаете.
Фицпатрик кивнул и взял коробку.
— Обещаете держать меня в курсе?
— Разумеется.
Фицпатрик вызвал по видеофону такси. Я проводил его до спидера, а затем полетел к Эллису.
Когда я приземлился перед «Вокруг космоса», было уже поздно, над изломанным горизонтом Нового Сан-Франциско выглядывало солнце. На двери магазина висела табличка «ЗАКРЫТО», но я все равно постучал. Вскоре Эллис вышел ко мне через черный ход и отворил переднюю дверь.
— Что, все-таки надумали попробовать фиточая? От бессонницы лучше средства нет.
— Нет, спасибо. Извините, что я так поздно, мне нужно срочно кое-что выяснить. Я вручил Эллису слайд.
Он подошел к прилавку и включил лампу. Направил свет себе в лицо, поднял слайд.
— Где вы это взяли?
— Не важно. Узнаете?
— Это артефакт из каталога майора Баррета. Эллис выключил лампу. — Хотите еще разок заглянуть в папку?
Я кивнул. Мы вошли в жилую комнату, и уже через секунду Эллис рылся в папке. Он быстро нашел нужную ксерокопию и протянул мне. Я пригляделся. Тот же рисунок, что и на слайде, а в самом низу листа стоит номер. Я посмотрел на Эллиса. Тот нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
— Что вы можете об этом сказать?
Эллис откликнулся с жаром спортивного болельщика на решающем матче:
— Инвентарный номер сто восемьдесят шесть. Баррет эту штуковину называет «энергетическим элементом». По свидетельству майора, в Розвилле среди обломков космического корабля обнаружено три таких предмета. Один «элемент» находился в пульте управления, два других — в трюме. Возможно, они служили инопланетянам источниками тока. При аварии элемент из пульта пришел в негодность, остальные уцелели. Ученые взяли один из них в лабораторию и попытались разобрать, а второй был каталогизирован и помещен на хранение. Как утверждал майор Баррет, принцип действия и предназначение «энергетического элемента» выяснить так и не удалось.
— Стало быть, по меньшей мере одна такая штуковина, вероятно, невредима и хранится в комплексе Розвилл?
Эллис обеспокоенно посмотрел на меня.
— Уж не хотите ли вы туда пробраться?
Я вернул ему ксерокопию.
— Возможно.
— Мерфи, вы с ума сошли. Оставьте эту затею.
— Почему?
— Думаете, вы первый, кому это пришло в голову? Нет на свете уфолога, который не мечтает хоть одним глазком заглянуть в комплекс Розвилл.
— И что же их останавливает?
Эллис заметно разволновался.
— Прежде всего, надежная охрана. Военные не желают туда никого пускать. Без допуска к сверхсекретным объектам вы и на пушечный выстрел к Розвиллу не подойдете.
— А если я получу такой доступ?
Эллис отрицательно покачал головой.
— Мерфи, я вам настоятельно советую выбросить эту идею из головы. Мне известно по крайней мере о четырех попытках проникновения. И только один человек остался жив и смог кое-что рассказать. Он был в последней, четвертой группе. Они готовились целый год, обзавелись всем необходимым снаряжением, даже пропуска раздобыли. Выживший парень сказал, что им удалось преодолеть наружную охрану. Он стоял на крыше, а остальные спустились в комплекс. По плану они должны были провести внутри четыре часа. Этот парень тридцать часов проторчал на крыше. Его группа так и не вернулась.
Мне это напомнило рассказы о привидениях. Ниточка, которую нам оставил Мэллой, вела прямиком в Розвилл. И пускай Эллис не хочет или не может мне помочь, я его раскусил и всегда смогу вытянуть нужные сведения. А сейчас мне нужно знать только дорогу в комплекс Розвилл.
Возвратясь в офис, я решил связаться с Фицпатриком. Помнится, нанимая меня, он сказал, что когда-то работал вместе с Мэллоем в Китае. Что-то не верится. Скорее всего, с Мэллоем Фицпатрик познакомился намного раньше. Возможно, даже в Розвилле. И пусть это всего лишь предположение, вреда не будет, если я попробую вызвать старичка на откровенный разговор. Мэллой мертв, и никто из моих знакомых никогда не бывал в Розвилле. Кроме, быть может, Фицпатрика. Помочь мне — в его интересах.
Час был поздний, но я все равно позвонил. Через семь или восемь гудков на экране видеофона появилось усталое лицо Фицпатрика. Должно быть, я его все-таки разбудил.
— Мистер Фицпатрик, извините, что побеспокоил. Мне удалось кое-что выяснить о рисунке на слайде.
— Прекрасно. И не стесняйтесь звонить мне в любое время.
— Вежливость — превыше всего.
— Что же вы узнали?
Очевидно, этот предмет хранится в комплексе Розвилл. О нем упоминается в блокноте Мэллоя. Там он фигурирует под названием «артефакт номер сто восемьдесят шесть».
Фицпатрик встревожился.
— Вы хотите проникнуть в комплекс?
— Похоже на то. Вы ведь там когда-то работали, правда?
Фицпатрик потупился на мгновение, но тут же устремил взгляд в видеокамеру.
— Да, действительно. Там я и познакомился с Томасом Мэллоем.
— Почему же раньше не сказали?
— Потому, что не хотел обсуждать такую тему, как Розвилл. Я надеялся, что ваши поиски не коснутся моего прошлого. Но, похоже, у нас нет другого выхода. Вы уверены, что нельзя обойтись без проникновения в комплекс?
— Потому-то и звоню. Хочу выяснить, как это можно сделать.
— Не знаю, смогу ли чем-нибудь посодейстовать. Мой пропуск давно просрочен.
— Ничего не подскажете?
— Боюсь, вы должны рассчитывать только на собственный ум и сноровку.
— Да, похоже, придется без вас обойтись. Что ж, если через три дня не позвоню, заказывайте обо мне некролог.
На лице Фицпатрика отразилась глубокая озабоченность. Признаться, я был удивлен.
— А вы уверены, что нет других вариантов?
— Пока я их не вижу. Так вот, мистер Фицпатрик, если я через три дня не вернусь, вам следует обратиться к миссис Мэдсен. Она живет в «Империале» и участвует в нашем деле. Возможно, к тому времени у нее появятся сведения о других шкатулках. Она довольно сумбурно представляет себе ситуацию, так что я советую не звонить ей без крайней необходимости.
— Понимаю. Думаю, вам следует узнать один факт, прежде чем вы отправитесь в Розвилл.
— Весь внимание.
— Я ушел в отставку задолго до закрытия комплекса, однако кое-какие слухи до меня все же дошли. Вам известно, что комплекс содержится в жесточайшем карантине?
— Что-то в этом роде мне говорили.
— Он наглухо закрыт и обесточен. Очевидно, там произошла серьезная авария, но, поскольку пресса об этом молчит, можно предположить, что военным удалось сохранить происшествие в тайне. Если сумеете туда проникнуть, будьте начеку. Возможно, беда только и ждет, когда ее выпустят на свободу. Не рискуйте без необходимости.
— Постараюсь возвести это в принцип.
— Отлично. Желаю удачи, мистер Мерфи.