ой центр на заседании СНК и просил выдвинуть кандидатов в его состав[616].
Наконец, 30 ноября был создан Совет рабочей и крестьянской Обороны, о необходимости которого неустанно твердили В.И. Ленину Н.И. Подвойский и другие военные партийцы. Вождь, убедившись в феврале — марте 1918 г., что Подвойскому не стоит доверять ответственные посты, всегда выслушивал его предложения, поскольку этот старый большевик, будучи по натуре интеллигентным бюрократом, всегда тонко чувствовал необходимость аппаратных изменений.
Опубликованные и неопубликованные источники позволяют реконструировать механизм создания Совета Обороны, без понимания которого невозможно представить себе в полном объёме аппаратный гений вождя мировой революции.
Создание Совета Обороны Ленин впервые обсудил не позднее 24 ноября 1918 г. с членом ЦК РКП(б) И.Т. Смилгой[617], лично преданным вождю и крепко связанным с ним по дореволюционной работе в Финляндии[618], хотя письмо И.Т. Смилги В.И. Ленину из Гельсингфорса от 30 октября (12 ноября) 1917 г. убеждает в том, что отношения между вождём и его ближайшим подручным были не столь однозначными. Вслед за И.Т. Смилгой вождь, по всей видимости, переговорил о создании Совета Обороны с только что приехавшим с фронта первым советским «наркомом» по военным делам В.А. Антоновым-Овсеенко[619]. Примечательно, что с Я.М. Свердловым В.И. Ленин беседовал между 23 и 25 ноября не о создании Совета Обороны, а об освобождении из тюрьмы инженера-изобретателя Ф.Ф. Богатырева[620] — которое вряд ли было делом более значимым для партии и государства, нежели создание нового военно-политического центра.
28 ноября В.И. Ленин председательствовал на заседании СНК, во время заседания набросал перечень вопросов для предстоящего обсуждения и скрупулёзно пометил фамилии и время выступающих. Сам Ленин выступил при обсуждении различных вопросов 11 раз[621]. После обсуждения 4-го пункта протокола № 158 заседания Малого СНК от 28 ноября 1918 г.[622] были заслушаны сообщения о взятии Нарвы и о создании Совета Обороны, причём во время весьма продолжительного обсуждения двух вопросов председатель Совнаркома лично выступил 5 раз (см. Документальное приложение, № 10).
В тот же день, 28 ноября, об образовании под председательством В.И. Ленина нового высшего государственного органа — Совета Обороны — с подчинением этому органу «всех действующих комиссариатов и», разумеется, «Реввоенсовета Республики» и постановкой страны «на военную ногу», сообщил по прямому проводу В.А. Антонову-Овсеенко И.В. Сталин. Сталин предположил, что вследствие создания Совета Обороны будут сокращены функции Реввоенсовета Республики[623]. На правах курьёза приведём фрагмент переговоров по прямому проводу В.А. Антонова-Овсеенко с И.В. Сталиным, начавшихся в 21 час. 40 мин.:
«— У аппарата т. Сталин.
— У аппарата т. Антонов, что хотели мне сообщить (зачем оторвал от дел государственной важности? — С.В.)?
— Ничего я сообщать не хотел (нужны вы мне больно! — С.В.). Завтра отправлю вам письмо. Вы меня вызвали, что имеете сообщить?
— Мне сказали, что Вы предложили о моём приезде Вас об этом уведомить. Я добился очень немногого, у Вацетиса опять обещание, будет ли исполнение — неизвестно, но об этом говорить по телеграфу невозможно. [К] Вам выедет с письмом мой курьер, здесь большое недоразумение может быть с нашей общей затеей. Говорят, что образован Всероссийский Совет обороны и Вы в него вошли (не успели решить вопрос на Совнаркоме — об этом уже знают в Курске. — С.В.). Не можете ли сообщить об этом?
— Прежде всего сообщаю: сегодня вечером Нарва взята, образовано Эстонское временное правительство коммунистическое, затем — Совет Обороны действительно образован: председатель — Ленин, члены — Троцкий, Сталин, Красин, Цюрупа, Невский. Этот Совет подчиняет себе все существующие комиссариаты, Реввоенсовет Республики. Последний будет иметь Бюро из трёх лиц: Вацетис, Троцкий, Аралов, функции его сокращаются (курсив наш. — С.В.). Совет Обороны милитаризует всю страну и ставит её на военную ногу. Думаю, что порядок снабжений, наконец, установится. […]
— Рад Вашим сведениям. Теперь дело пойдёт»[624].
Что по-настоящему интересно: в протоколе заседания Совнаркома от 28 ноября вопрос о создании Совета Обороны отсутствует[625] — вероятно, на заседании лишь упомянули о решении Малого СНК в числе других вопросов (в итоговом постановлении – 8 пунктов)[626]. На заседании СНК присутствовали: В.И. Ленин (председатель), нарком юстиции П.Г. Стучка, нарком иностранных дел Г.В. Чичерин, его заместитель Л.М. Карахан, нарком финансов Н.Н. Крестинский, комиссар по делам страхования и борьбы с огнём М.Т. Елизаров, А.И. Елизарова, нарком здравоохранения Н.А. Семашко, нарком социального обеспечения А.Н. Винокуров, нарком земледелия С.П. Середа, член коллегии Наркомата труда В.П. Ногин, заместитель наркома просвещения М.Н. Покровский, член коллегии Наркомата продовольствия Л.И. Рузер, нарком труда В.В. Шмидт, заместитель наркома юстиции Д.И. Курский, Э.М. Склянский, ответственный сотрудник Народного банка И.И. Познер, заместитель наркома продовольствия Н.П. Брюханов, член коллегии Наркомата продовольствия Л.Н. Скорняков, М.К. Владимиров, заведующий Отделом советской пропаганды ВЦИК В.В. Осинский, член коллегии Наркомата продовольствия А.И. Свидерский, председатель Высшего совета народного хозяйства А.И. Рыков, Управляющий делами Совнаркома В.Д. Бонч-Бруевич, Л.Б. Красин, член коллегии Наркомата иностранных дел Х.Г. Раковский, член коллегии Наркомата путей сообщения П.Н. Кирсанов, член коллегии Наркомата финансов С.Е. Чуцкаев, Тихомиров, член коллегии Наркомата внутренних дел Б.М. Эльцин, член коллегии Наркомата юстиции П.А. Красиков, С.Н. Шевердин, заместитель главного комиссара Народного банка Я.С. Ганецкий, член коллегии Наркома путей сообщения А.Ф. Заикин, член коллегии Наркомата продовольствия А.А. Юрьев[627]. Как видим, от военного ведомства был только Э.М. Склянский, отсутствовали, за исключением В.В. Осинского, на заседании СНК и члены Президиума ВЦИК, периодически посещавшие советское правительство. Правда, в числе присутствовавших находились люди, давно и искренне симпатизировавшие Л.Д. Троцкому — к примеру, Х.Г. Раковский[628]. Примечательно, что на заседании В.И. Ленин внёс ряд исправлений в утверждённое Реввоенсоветом Республики «Положение о чрезвычайных военных комиссарах железных дорог» и, зачеркнув гриф РВСР об утверждении документа, поставил визу: утверждается «председателем Совета народных комиссаров». Таким исправлением В.И. Ленин напомнил Реввоенсовету Республики, а заодно и собственным наркомам, что все межведомственные вопросы выходят за пределы компетенции РВСР и могут решаться только Совнаркомом или его председателем[629].
29 ноября решение включить в повестку дня пленарного заседания ВЦИК постановления об образовании Совета Обороны было принято на заседании Президиума ВЦИК. Заслушали: «О порядке дня заседания ВЦИК 30 ноября». Постановили: «Добавить к опубликованному списку порядка дня засед[ания] ВЦИК 30 ноября ещё два вопроса: 1) вопрос о создании Совета рабоч[ей] и крестьян[ской] обороны; 2) вопрос о пересмотре постановления ВЦИК от 14 июня 1918 г.»[630] Таким образом, В.И. Ленин смог создать противовес Я.М. Свердлову в большевистском руководстве советского парламента. Одну из основных проблем Я.М. Свердлова как потенциального вождя составляло то обстоятельство, что если В.И. Ленин был безусловным лидером в «рабоче-крестьянском» правительстве, то Я.М. Свердлов отнюдь не был абсолютным авторитетом в собственной государственной вотчине. Фактически в Президиуме ВЦИКа сидели члены партии даже с более длительным в отдельных случаях стажем, чем у самого Свердлова — А.С. Енукидзе, член ЦК РКП(б) М.Ф. Владимирский и ещё двое из лидеров РКП(б) — Л.Б. Каменев и И.В. Сталин.
Михаил Фёдорович Владимирский в самом начале 1900-х гг. был для Я.М. Свердлова и вовсе старшим товарищем: когда будущий «председатель ЦК РКП» только начинал свою революционную карьеру, он уже был известным революционером[631]. Владимирский родился в г. Арзамасе Нижегородской губернии в 1874 году. В начале 1890-х гг. участвовал в социал-демократических кружках в Нижнем Новгороде, с 1895 г., будучи студентом Московского университета, он состоял членом социал-демократического кружка, работал в качестве организатора и пропагандиста в рабочих кружках социал-демократического направления, за что был арестован, несколько месяцев провёл в тюрьме, а затем был выслан в провинцию. В 1898 г. снова работал в Москве, член Московского комитета Российской социал-демократической (рабочей) партии после I съезда. Весной 1899 г. во время студенческих волнений снова выслан из Москвы. Вскоре эмигрировал, работал в заграничной организации «Искра» (это ключевой момент). После возвращения в Российскую империю в 1902 г. — в Нижегородской организации. Большевик, участник Первой русской революции (с осени 1905 г. — в Москве), далее член областного комитета в Центральном районе. В 1906 г. арестован, освобождён до суда. Скрылся от следствия в эмиграции, в которой находился 11 лет (в Парижской группе большевиков, в «Комитете заграничных организаций большевиков»). Вернулся в Россию в июле 1917 года, участник вооружённого восстания в Москве. После Октябрьской революции — член Президиума Моссовета, на VII Экстренном съезде РКП(б) вошёл в ЦК партии