– Кто вы?
– Ты отлично знаешь кто. Я кузен Брина. Разве он никогда не рассказывал тебе, что у него есть тетка, которой повезло с замужеством? Я ее сын от этого брака, и мне вздумалось навестить родственников, которых я никогда прежде не видел. Но одного из них я не нашел, мистер Сторневей. Возможно, вы сможете рассказать мне, что случилось с Недом Брином?
– Нет, нет, я его не видел! Я не знаю, где он! – побелевшими губами прошептал Сторневей.
– Ты лжешь. Нед работал на тебя и Коута. Именно ты договорился с ним о его услугах. Ты хотел, чтобы он пропустил через ворота тяжелогруженый экипаж, а после забыл о самом его существовании. Он также должен был помочь разгружать какой-то очень увесистый багаж. Нед сделал то, о чем его просили, но вскоре исчез. – Увидев, что Сторневей смотрит на него широко раскрытыми глазами, Джон добавил: – Я думаю, сэр, вы убили Неда Брина.
– Нет! Клянусь, я его не убивал!
– Тихо! С чего бы тебе церемониться с ним, если к этому времени ты уже убил двух других человек?
– Нет, нет, нет, нет! Это ложь! Я этого не делал! Я не смог бы! Говорю вам, я в этом не участвовал!
– И в покушении на раннера с Бау-стрит тоже? Ты меня принимаешь за идиота? Позволь я сообщу тебе, что он пришел в сторожку с ножевой раной плеча и разбитой головой. И он отлично знал, кто на него напал! Когда он оправится достаточно для того, чтобы встать с постели, вас арестуют, мистер Сторневей, и вы сможете попытаться убедить присяжных в том, что это не вы хотели воткнуть нож в спину раннера. Я надеюсь, вам это доставит удовольствие!
– Нет, говорю вам, нет! – хрипло пробормотал Сторневей. С его лба катились крупные капли пота. – Меня там не было! Я об этом ничего не знал! О господи, вы должны мне поверить!
– Поверить тебе? Я пришел сюда ради того, чтобы посмотреть, как тебя вздернут в Тайберне![11] Я знаю о тебе больше, чем до сей поры удалось установить раннеру. Открывая и закрывая ворота, я также был очень занят другим делом. Я отслеживал все твои перемещения, начиная с того момента, как ты выехал из Лондона! Давай не будем попусту терять время! Знаю, что именно ты задумал устроить засаду на пути экипажа, который должен был везти в Манчестер соверены. Тебе не только было известно о существовании этого груза. Ты также убедил своего друга в министерстве финансов сообщить тебе точную дату отправления груза из Лондона!
– Это неправда! Если он так сказал, то лжет! Я не… Мне такое и в голову не пришло бы! Он сам все рассказал мне однажды вечером, будучи навеселе! И я ничего не задумывал – это все был Нэт Коут! Он сразу понял, как можно устроить дело, но обещал мне, что никого не будет убивать. Он мне это пообещал!
– Однако убили двоих человек, и в этом двойном убийстве повинны двое!
– Я не был в их числе! Я тут ни при чем! Богом клянусь. Это не я!
– Ты был тогда на переправе, – с неумолимым видом продолжал капитан. – Мне все известно, даже если раннер не догадывается об этом.
– Вы не сможете доказать, что я там был! Я не сделал ничего… ничего! Это все Нэт и Гун! Это они! Нэт и Роджер Гун застрелили охранников, а брат Гуна управлял фургоном. Это его собственный фургон! И после того как золото выгрузили, он уехал в нем еще до рассвета. Я могу сказать вам, где он живет! Это в Йоркшире, недалеко от…
– Ах, как же ты отвратителен! – непроизвольно вырвалось у Джона.
Генри не понял его.
– Это правда! Нэт заставил меня поехать с ними, потому что я хорошо знаю здесь все дороги! Я не хотел, но он меня заставил! Поверьте, я был в его власти и не мог ему отказать!
– Ты мог бы легко избавиться от Коута, если бы сообщил о его планах на Бау-стрит, – заметил Джон.
Слезы заструились по посеревшим щекам Сторневея.
– И почему я этого не сделал! Я так жалею о том, что ввязался в это! Нэт сказал, что мы ничем не рискуем. Я и не подозревал, что он собирается убить охранников! Он клялся, что их просто свяжут и заткнут им рты!
– Как можно связать двух вооруженных мужчин, простофиля?
– Я не знаю… я не подумал! Я в этом не участвовал! – в отчаянии повторил Сторневей.
– Не участвовал! Значит, это Коут знал, где есть возможность надежно спрятать золото? Или это ты знал, что где-то в тех холмах расположена пещера, в которой твой отец когда-то сломал ногу? Пещера, вход в которую много лет назад закрыли и о которой сейчас почти… – но не до конца!.. – забыли?
До этого Сторневей цеплялся за надежду на то, что капитан не может знать о нем так много, как он столь убедительно намекал. Но такое свидетельство того, что он каким-то непостижимым образом располагает тем единственным фактом, однозначно указывающим на участие Генри в ограблении, не оставил от этих надежд ни малейшего следа. Генри побледнел так, что Джону показалось, будто он вот-вот потеряет сознание. И хотя Сторневей несколько раз открыл и закрыл рот, при этом он не издал ни единого звука.
– Пока что, – капитан едва уловимо подчеркнул эти слова, – раннеру ничего не известно о существовании той пещеры. Но полагаю, я мог бы подсказать ему, где ее искать. Куда вы ходили, мистер Сторневей, когда я встретил вас рано утром на дороге, ведущей к пустоши? И для чего вам тогда понадобился фонарь?
Ответом ему было тоненькое поскуливание. Джон молча и неподвижно ожидал, пока его жертва заговорит. Спустя довольно продолжительное время Сторневей прошептал:
– Что вы собираетесь делать? Зачем вы пришли?
– Я еще не очень хорошо представляю себе это, – ответил Джон. – Я пришел услышать от тебя правду. Где Нед Брин?
По телу Сторневея пробежала крупная дрожь. Дрожащими руками Генри закрыл лицо и сказал:
– Он мертв!
– Кто его убил?
– Нэт Коут. Клянусь вам, это правда! Если бы вы знали… если бы увидели… вы бы поверили, что я говорю вам правду! Нэт ударил его ножом! Он был крупным парнем и очень сильным. Я не смог бы ударить его ножом или спрятать его тело… – Сторневей замолчал, хватая ртом воздух. – Если я расскажу вам все от начала до конца, вы мне поверите? Вы должны мне поверить! Когда Брин исчез, я испугался… но Нэт ничего мне не говорил! Поэтому однажды ночью я пошел… потому что я должен был знать! Это было невыносимо! Я нашел Брина! – Генри снова содрогнулся всем телом. – Это было ужасно, ужасно! – Сторневей поднял голову. – Он не остановится ни перед чем! Я говорю вам, ни перед чем! Я предпочел бы никогда не знать его! Жалею, что вообще услышал об этом проклятом золоте! Мне хочется умереть!
– По крайней мере это желание, скорее всего, скоро исполнится, – сухо ответил Джон. – Кто-то должен ответить за три убийства!
– Я никого не убивал!
Джон задумчиво смотрел на Генри. В светлых глазах, украдкой наблюдающих за мучителем, светилась надежда. Сторневей робко протянул руку и нерешительно положил ее Джону на колено. От омерзения по коже капитана поползли мурашки, но он совладал с желанием стряхнуть пальцы Генри и остался неподвижен.
– Вам незачем точить на меня зуб! – просительно произнес Сторневей, вглядываясь в это неумолимое лицо. – Если бы вы знали, как мне пришлось страдать! Клянусь, если бы я понимал, чем все обернется, я ни за что не стал бы помогать Нэту! – Он увидел, что губы капитана изогнулись в недоброй усмешке, и поспешно добавил: – Это было безумием! Теперь по моему следу идут шпики, а имение так увешано долгами, что, когда умрет мой дедушка, мне все равно ничего не достанется! Говорю вам – мне просто нужны были деньги!
– К этим деньгам все равно еще очень долго нельзя прикасаться! – смерив его уничтожающим взглядом, произнес капитан.
– Нет, но… Я этого не знал! – пробормотал Сторневей. – Я сожалею, что вообще во все это ввязался! Если бы я смог от всего избавиться… но как, черт возьми, это сделать? Я не убивал тех людей! Мне чертовски жаль, что они умерли! Но что же мне делать? Что же мне теперь делать?
Он застонал и снова спрятал лицо в ладонях.
– Ты действительно хочешь спастись?
– Это невозможно!
– Если бы я был уверен в том, что не ты убил Брина, я помог бы тебе выкарабкаться.
Значение этих слов проникло в сознание Сторневея не сразу. Голос, который их произнес, звучал так жестко, что Генри не мог поверить в то, что не ослышался. Сторневей поднял на Джона широко раскрытые застывшие глаза, наткнувшись на ледяной, как морская вода, взгляд. Но капитан снова медленно произнес:
– Я мог бы тебя спасти… если бы мне этого захотелось.
Сторневей провел кончиком языка по пересохшим губам. Его щеки слегка порозовели.
– В пещере спрятано целое состояние! – задыхаясь, произнес он. – Только держите язык за зубами, и вы получите…
– Мне не нужно ни твое состояние, ни даже его часть. И в случае моего молчания ты все равно не спасешься. Шпик здесь не просто так. Он знает, что золото спрятано где-то в этих местах. Рано или поздно он найдет его, на сей счет можешь не заблуждаться! Я пришел сюда не ради того, чтобы помочь тебе в обмен на состояние: деньги возвратятся туда, откуда приехали. Что касается тебя – все может закончиться тем, что ты будешь признан разбойником и убийцей либо несчастным орудием в руках мерзавца. Коль ты не убивал Брина, мне совершенно не хочется отправлять тебя на виселицу. Если покажешь мне тело привратника с такой ножевой раной, как ты описал, а также то место, где лежит золото, я вытащу тебя отсюда целым и невредимым!
Повисло долгое молчание.
– Как? – спросил наконец Сторневей, пристально наблюдая за капитаном.
– Я скажу раннеру, что ты развлекал Коута от чистого сердца, но, когда тебе стали ясны его мотивы и то, зачем он приехал в Келландс, ты понял: эти преступления были совершены из-за твоей глупости и длинного языка. В стремлении искупить свою невольную вину ты бросил все усилия на то, чтобы узнать, где спрятано золото. Мы с тобой отправились на розыски в одну из пещер, которыми изобилуют эти места. Ты будешь выглядеть идиотом, но не мерзавцем.